Псевдоним «Испанец» 1-9 - Евгений Юллем

не до нас. Шоу «пожар в публичном доме» было в разгаре, в полном смысле этого слова. Дом горел хорошо, несмотря на попытки его потушить. Суетились охранники и слуги, бегая с ведрами за водой, размахивали руками пара придворных магов, под ногами суетились собаки и дети. И, естественно, никому не было дела до посторонних лиц, внезапно оказавшихся внутри периметра.

— Вот и она! — брат показал на истерически орущую на пару охранников женщину, закутавшуюся в красный плащ с золотым подобоем.

— Готовимся! — сказал я.

Мы пересекли лужайку в общей суете, народу было не до нас, и спрятались в отбрасываемой пламенем тени гостевого дома. Осталось только ждать, угадали мы с местом, или нет.

Наконец к женщине подошла еще парочка, видимо старшие охраны, и повели ее в гостевой дом.

— Работаем!

Мы выскочили перед охранниками, как чертики из коробочки. Я взмахнул посохом, и охранники потеряли свои головы в буквальном смысле этого слова. Арий с двумя мечами, разделался с остальными, и теперь чертова баба осталась одна.

Вот только сдаваться она явно не собиралась. Издав ультразвуковой визг, эта чертовка, сбросив плащ, пустилась бежать бегом. Точнее, собиралась. Воздушный кулак догнал ее в пяти шагах, выбил из легких весь воздух и бросил на землю.

Арий осмотрелся в поисках свидетелей, но тут вряд ли кто-то обращал на кого-то внимания, всем было не до этого — особняк уже пылал от основания до шпиля на крыше, и было ясно, что потушить его, несмотря на все усилия, не удастся.

Мы еще раз подправили скрыт, наложили его на герцогиню, перешли на ускорение и рванули к забору. Я несся первым, мне предстояло проделать путь для отступления. Сзади натужно пыхтел бегущий Арий с герцогиней через плечо. Точнее, пыхтел бы, но на ускорении его дыхания слышно не было. Мы добежали до забора, я взмахнул посохом и снял плетения.

Эх, взяли! Я взлетел на забор и чуть не получил ушиб всего организма разом — Арий не стал церемониться и запустил герцогиней прямо в меня. Твою же мать! Я чуть кубарем не свалился вниз, получив столь ценный метательный снаряд. Тем более в процессе поимки герцогиня стукнулась о посох, который я так и не выпустил из рук.

Пришлось прыгать с двухметровой высоты с таким грузом, рискуя сломать себе шею, даже несмотря на плетение Левитации. При приземлении колено недобро хрустнуло, но вроде все обошлось — ни боли, ни нарушения подвижности я не заметил.

Ну а теперь — ходу, быстрее в наш фургон и уносить отсюда ноги. Чувствую, заметать за собой следы придется мне…

Глава 16

Рассвет мы встретили в степи под Арзуном.

— Вот так, — Арий отступил на шаг, рассматривая дело рук своих. — Пойдет.

Герцогиня была привязана к спицам колеса фургона. Арий не мудрствовал лукаво и использовал подручные средства.

— Думаешь, будет говорить?

— А куда она денется? И причем разговор будет коротким, у нас мало времени. Ее уже ищут, и скоро сопоставят два и два, найдут тех, кто прибыл из Лундии и выйдут на нас, дело времени. К тому же, если вызовут — точнее, когда вызовут — архимага-поисковика, у нас времени останется еще меньше, — сказал Арий и похлопал по щекам бесчувственную герцогиню. — Эй, просыпайся! Утро пришло, и оно недоброе.

Герцогиня бессмысленно захлопала веками, как кукла, потом ее взгляд сфокусировался на Арии и вспыхнул такой злостью, что аж поежился.

— Ты посмел поднять руку на царственную особу? — зарычала она. — Развяжи меня, быдло, и я убью тебя быстро!

— Хорошо связанная девушка в предварительных ласках не нуждается, — пошло хохотнул брат. — Да, и не давай обещаний, которые ты не сможешь выполнить.

Герцогиня собралась с мыслями, напряглась… и ничего не вышло.

— Что, магичить не получается? Цепочка из гномского железа мешает? Пичалька, — продолжал зубоскалить брат. — Говори, какого черта ты следила за мной. Можешь не притворяться, ты знаешь, кто я, поэтому политесы разводить некогда. Ближе к делу.

— Ожидаемо от магистра-расстриги Ордена, — она выплюнула эти слова.

— Ну вот видишь, — удовлетворенно сказал брат, — ты знаешь, кто я. Значит и знаешь, что от тебя нужно. Говори.

Герцогиня сплюнула, целясь в брата.

— И ядом, как очковая кобра, плеваться не нужно, — Арий легко увернулся от ее плевка. — Итак, твои люди выслеживали мою семью. А я как-то к этому довольно нервно отношусь. Вопрос — зачем?

— Нужна мне ваша семья ублюдков Бертелани, — сквозь зубы процедила герцогиня. Чтоб вы все сдохли, жаль, мой братец вас всех под ноль не вырезал, а я не успела.

— Какое нежное отношение к нам со стороны всех членов королевской династии, даже тех, кто готов перегрызть глотку друг другу, — покачал головой брат. — Аж за душу берет!

— Развяжи меня! — потребовала герцогиня. — Душу выну, скотина!

— Попозже. Когда Ваша Светлость закончит плеваться ядом и ответит на все мои вопросы.

— Да я тебя…

— Герцогиня, вы не в том положении, чтобы угрожать или ставить условия, — прервал ее брат тоном дознавателя-инквизитора. — Если наша семья не нужна, зачем вы пытались выследить нас.

— Нам нужен он, — кивнула она на меня. — Вот этот вот ублюдок. В пророчестве говориться, что он может свергать династии и менять мир.

Ну вот опять реплика «Нео, ты избранный!». Очередная Тринити нашлась, тоже мне.

— Он? — искренне удивился брат. — Мой младший брат?

— Младший брат? Не смеши меня, — прошипела герцогиня. — А, так ты не знаешь? И братец тебя не просветил?

Она наслаждалась гримасой озабоченности и непонимания на лице Ария, даже кривая ухмылка проскочила.

— Ну тогда я просвещу. Твой «младший» брат — Паладин и маг Равновесия, пришедший издалека. Мессия, так сказать. И он был нужен лично мне. Да, мальчик, ты был бы моим верным слугой. У тебя еще есть шанс. Убей своего беспутного братца и займи место около моего трона. Вместе мы будем творить историю.

Хорошая попытка. Только вот не получится. Я смотрел на ее черную ауру с красными просверками. Такого воплощенного зла я еще не встречал с тех пор, когда начал видеть других не обычным зрением.

— Не слушай ее, — сказал брат.

— И не собираюсь, — подтвердил я. — Ты демон, а демоны всегда врут.

Ну конечно она не демон, тут их вроде бы не бывает — я не видел, но по повадкам похожа.

Лицо герцогини исказилось гримасой такой злобы, что у меня невольно екнуло сердце. Даже не животной ненависти, а инфернальной, всепожирающей. Теперь я видел перед собой не человека.

— Ладно, закончим нашу содержательную беседу, — сказал брат, потирая ладони, и подошел к ней.

Герцогиня