"Фантастика 2026-188". Компиляция. Книги 1-13 - Харальд Хорф

При всех неприятностях, свалившихся из-за обвинений в убийстве торговки, в общем и целом человеческие отношения в СССР 1969 года были гораздо чище, откровеннее, прозрачнее. То же хулиганьё не скрывало намерений, не действовало исподтишка, в отличие от своих сверстников из 2026 года, проводящих время в подпольных колл-центрах за звонками доверчивым соотечественникам: мы вам обновим домофон в подъезде, перечисляйте предоплату на такой-то счёт. Он как-то бросил в ответ: конечно-конечно, а то у меня в деревне калитка проволокой перемотана, мошенник понял, что его раскрыли, и прервал коннект.

Здесь подобное мало распространено, даже банальные виды обмана. Не вписывается в стандарты этого общества. Уголовных дел по фактам мошенничества — кот наплакал, по крайней мере, в Белоруссии.

Лишился интернета, «Тойоты-Кэмри», квартиры в крупном городе — и пусть. Зато обрёл молодость и возможность жить там, где дышится легче. А что придётся ещё подчистить этот мир от монстров в милицейских погонах — прекрасный шанс оправдать своё вселение в прошлое.

За год с небольшим в советской белорусской республике Леонида ни разу не посетила мысль оповестить руководство страны о грядущих катаклизмах — катастрофе в Чернобыле и распаде СССР в результате долгих системных ошибок, помноженных на личный гений Михаила Горбачёва (с супругой). Этот мир был похож, но иной. Хруща сменил Шелепин, куда более толковый руководитель, нежели бровастый Ильич. На Гагарина вообще едва ли не молились: первый в космосе, первый на Луне, самый авторитетный человек планеты. Став Генеральным секретарём ЦК КПСС, начал разумные рыночные реформы, без того маразма, что накрыл прошлую реальность в конце 1980-х.

Гагарин делает то, что нужно, на своём месте. Леонид постарается на своём.

Настроение не испортилось даже от того, что среди ночи баба Матрёна, направлявшаяся в туалет, споткнулась о лежащего на полу и наступила на руку. Мелочи жизни!

* * *

Примечание к гл. 2.

В период многочисленных реформ после преобразования МООП СССР в МВД СССР обе оперативные службы милиции пережили несколько преобразований, сотрудники именовались то инспекторами розыска, то оперуполномоченными, одно время «уголовный розыск» вообще выпал из официального употребления, подразделения именовались «оперативно-розыскное отделение». Несколько ранее, в 1951−54 гг, в органах внутренних дел существовали должности: старший сыщик, сыщик и младший сыщик уголовного розыска или ОБХСС. Автор романа для простоты всё это игнорирует. Опера, инспекторы, сыщики — одним миром мазаны.

Глава 3

3.

В XXI-м веке Нарочанский край станет меккой для российских туристов, отрезанных санкционным режимом от привычных европейских пляжей Средиземного моря, застроится домами отдыха и гостиницами. В 1969 году здесь функционировали лишь «Нарочь» и «Нарочанка» с комфортом и сервисом, мягко говоря, не дотягивающими до минимальных стандартов. Путёвки в них раздавали на предприятиях бесплатно за счёт профкома, лишь бы койко-места не пустовали.

Переночевав у друзей, выслушав от бабы Матрёны упрёк «он ещё здеся?» и подкрепившись чаем с бубликом, Леонид забежал в УВД оставить рапорт о переходе в прокуратуру, после чего поехал в дребезжащем троллейбусе к автовокзалу — возвращаться в край озёр. Трястись предстояло около пяти часов. Лобастый автобус «ЛАЗ» 1950-х годов, с третьей фарой над лобовым стеклом, преодолевал какие-то полтораста километров до Мяделя очень не спеша, с остановками в Молодечно, Вилейке и многих мелких населённых пунктах. Лишённый милицейского удостоверения, лейтенант платил за билет как простой смертный. Экономил, даже не купил газеток на вокзале, чтоб скоротать время. Вместо этого приобрёл семечек у толстой бабки, попросил у неё второй кулёк — для шелухи, сплёвывать её просто на пол, как считалось нормальным в то время, стеснялся.

Семечки кончились ещё до Красного, дальше предавался размышлениям и дремал, а дома увидел картину, ничуть не навевавшую сонливость: у него во дворе толпилось человек семь, включая начальника РОВД майора Васечкина, причём — по форме, несмотря на субботний выходной день. Вели себя как хозяева, благо что хоть дверь в прихожую не взломали. Остальные были в штатском, все — незнакомые.

— Смотрите, товарищи! — распинался майор. — Дом в хорошем состоянии. Озеро рядом. Участок — 25 соток земли.

— А прежний владелец? — разумно спросила солидная тётка чиновного вида.

— Не волнуйтесь, Изольда Игоревна. Сядет за убийство. Если даже не расстреляют, конфискация имущества обеспечена. Дом отойдёт райисполкому… а там решим вопрос.

Появления Леонида они не заметили, и он решил, что самое время заявить о себе.

— А ну свалили все нахрен с моего участка! И вы, Павел Сергеевич, при всём уважении, тоже валите.

Тот едва не подпрыгнул как ужаленный, что при его немалом весе выглядело бы забавно.

— Воронов⁈ Тебя же вызвали в Минск, там должны были взять под стражу…

— Вместо этого выдали справку, что все обвинения прокуратура области сняла. В понедельник верните мне удостоверение, пистолет и напишите рапорт о начислении денежного довольствия за время вынужденного прогула вследствие ваших противозаконных действий, товарищ майор.

Показал справку, но в руки не дал. Толстяк налился кровью и стал пунцовым.

— В понедельник зайди ко мне, Воронов. Поговорим.

— Непременно. А пока — вон отсюда. Все.

— Думаешь — отмазался, и всё кончилось? Ошибаешься!

Леонид проигнорировал последнюю реплику. Чего-то подобного от Васечкина ожидал, не думал только, что майор кинется торговать его домом, не дожидаясь официального сообщения об аресте.

— Извините нас, — вежливо попросила Изольда Игоревна.

Видимо, смекнула, что из-за Васечкина едва не влипла в неприятности по партийной или какой-то там линии, решила смягчить неприятный осадок, чтоб на орехи досталось лишь шаловливому майору.

Леонид лишь рукой махнул и заторопился открыть дверь. Дома припасены картошка, сало, макароны, луковицы. Соседка ссудила яйцами. Желудок, давно пропустивший транзитом семечки, взвывал о кормёжке.

Пока приготовил да прикончил, день окончательно склонился к вечеру. В голове неотступно стучала мысль, забрезжившая ещё в Минске, а сейчас выбившаяся в топ-10 соображений. Майор струхнул. Понимает, что, коль с Воронова обвинение снято, область начнёт копать в поисках истинного убийцы, а также его покрывавших должностных лиц. То есть Леонид, обладающий самой полной информацией о доказательствах, в том числе содержавшихся в порванных протоколах допросов (передопросить несложно), представляет собой угрозу. А Васечкин не из тех, кто готов ждать проблем, сложив руки на обширной пузяке.

Вообще-то лейтенант надеялся, что задача — что делать с начальником РОВД и слишком шустрым инспектором ОБХСС — встанет лишь в понедельник, когда придёт время вернуться на рабочее место и раскрыть карты, сразу объявив о переводе в прокуратуру и грядущем отъезде, а вы расхлёбывайтесь как