Новая жизнь 1-9 - Виталий Хонихоев

Тем временем на экране Нобуо рассказывает кто он такой и как на шоу попал, снизу экрана горят слова вопроса, он отвечает, пространно рассуждая о том, что «времена уже не те» и вода уже не так мокра как раньше.

— Ээ… на мой взгляд у Кенты проблемы с воспитанием — говорит он, а внизу экрана горит вопрос «что вы скажете о Кенте-куне?»: — он груб и невежественен, лезет повсюду со своим мнением, типичный хулиган. Я вообще удивляюсь, как он сюда попал, у шоу явно снизились стандарты. — чувствую, что взгляды аудитории скрестились на мне. Я пожимаю плечами и откидываюсь назад, на спинку стула. Надо признать, что бываю и груб и невежественен. И уж со своим мнением везде лезу как не в себя. Это есть. Что поделать. Правда есть правда.

— Что касается Эйки-тян, то ведь она самая старая среди нас — продолжает копать себе могилу Нобуо: — и как она вообще осмелилась выйти на сцену в образе школьницы-лоли? Слышал что у нее уже есть два ребенка на воспитании у мамы, в то время как она тут хвостом крутит. В таком возрасте девушка…

Эйка что-то рычит с места сквозь зубы и Нобуо, который с нами — вжимает голову в плечи.

— Юрико? Эта, которая все время к Кенте жмется? Ничего плохого не скажу — продолжает вещать с экрана телевизионный Нобуо: — обычная девушка. Правда с таким вот набором качеств ей бы в цирке продолжать выступать, а вот карьера звезды явно не для нее…

— Твое мнение забыла спросить — шипит Юрико с подоконника, смеривая взглядом Нобуо, словно прикидывая, куда бы ему свою заколку воткнуть.

— Дездемону я не осуждаю. Если у тебя средняя внешность и вокальные данные хуже некуда — привлекаешь внимание чем возможно. Она вон волосы сбрила. Ей бы петь научиться и на сцене стоять. — рассуждает с экрана Нобуо. Тот Нобуо, что с нами — сидит бледный, открыв рот. Он, бедняга, так и не понял, что произошло. А произошло вот что — его расслабили, с ним поговорили, сказали какой он красавчик и лапочка, и дали выговориться. И все это записали. Потом — нарезали самые гадкие куски. Вуаля — Нобуо — гад. Впрочем, у нас еще весь вечер впереди, мы еще многое узнаем про себя и окружающих, в конце концов, кто сказал, что название у проекта «Дружба и розовые пони»?

— Такеши — ботаник. Ему бы в консерваторию, не знаю, кто у вас за отбором участников следил. Если эта, которая с папкой везде ходит, то неудивительно — она ж тормознутая у вас. — продолжает топить себя Нобуо с экрана.

— Эй, Кента — спрашивает меня Юрико от подоконника: — эти твои близняшки — они второе письмо уже написали? Можно будет с Нобуо передать, раз уж ему все равно по пути...

Глава 22

Ситуация в гостиной накаляется. Все точно так, как и планировали организаторы — и это ведь только Нобуо показали! Воздух ощутимо наэлектризован невысказанными проклятиями и угрозами, все и так на взводе, а тут еще и Нобуо со своими флешками. Народу больше всего не понравилась эдакая высокомерность в отношении, словно он тут принц, а все остальные — плебеи голоногие.

— И… следующий у нас — Такеши-сан! Который к полной неожиданности всех оказался никем иным, как Мико Танн! — повышает голос Шика: — перекрикивая невнятный гул в зале: — Внимание на экран! — и на экране появляется Мико Танн. Задорная, динамичная музыка льется словно поток, словно водопад захлестывает нас, заставляя неосознанно притопывать в такт, сама Мико двигается быстро, словно танцует или сражается, смычок в ее руках так и порхает, а скрипка… Скрипка совсем не похожа на творения Страдивари, ее скрипка больше напоминает рок-гитару — с расходящимися в стороны «крыльями», в черно-красной, кричащей окраске, да еще и прикреплённая к ее плечу, словно погон. Сперва я думал, что она прижимает скрипку плечом и шеей, но потом — она взмахнула смычком, словно клинком, крест-накрест и топнула ногой, танцуя ирландский танец и скрипка осталась у нее на плече. Энергия, страсть, стремление жить — все это читалось в каждом ее движении. И пока остальные только рты раскрыли — мне оставалось улыбнуться. Я знал какая она на самом деле. Страстная. Бескомпромиссная. Смелая. Только… все это было скрыто у нее внутри. Общество учит нас не выделяться — верно? Особенно японское. Так вот — неверно. Общество учит тому, что если ты хочешь иметь свое мнение — то тебе нужна сила, чтобы его отстоять. Вот и все. Вон у Сомчая голова лысая и с какими-то шрамами на ней — вот пусть ему кто-нибудь что-нибудь насчет этого скажет. Зубами подавится. И печенкой закусит ага.

— И это была наша Мико Танн, таинственная незнакомка нашего проекта! И вот что она думает о проекте и его участниках! — на экране появляется Мико, на этот раз — все еще в облике Такеши.

— О… ну… — говорит она, пока внизу экрана бежит строчка «что вы думаете о проекте»: — я думаю, что это неправильно — держать людей взаперти. Мне кажется, что телефоны… — идет монтажная склейка и новый вопрос.

— Дездемона… она имеет право носить что носит. Мне… я б так не смогла. — следующий вопрос. Несмотря на попытки интервьюеров вытащить из нее нелицеприятные высказывания о участниках проекта — этого не удается.

— И… Кента-кун. — последний вопрос, Мико-Такеши на экране немного краснеет: — он… хороший парень. Правда, тормозной, потому что мог бы и сам догадаться! — снова все взгляды возвращаются ко мне, и я развожу руками. Ну как тут догадаешься?! Я не Мико-Tattletale и не моя мама, у меня сверхъестественной силы распознавать человека по фото нет. Или чего там хочет этот человек и почему он меня в душевой подкарауливает. Вон, сама Натсуми-тян ошиблась, чего уж там. Да, тормоз, ваша честь, признаю.

— Следующий участник — Кента-сан! К сожалению здесь никаких сюрпризов у нас нет, Кента-сан зарекомендовал себя как самый настоящий парень. Даже мужчина. — говорит Шика и немного краснеет. Она-то почему краснеет?

— Внимание на экран — дает отмашку Шика и на экране появляется мое лицо. А потом… потом мне остается только головой крутить и материться про себя. Вот не зря я местных считал профессионалами — чувствуется, что почти все у них на