Фантастика 2026-79 - Валерия Рашитовна Шаталова

посмотрел на охранника с лёгким удивлением. Гонец? Лично к нему? Это было необычно. Обычно всю корреспонденцию сортировали секретари, и до него доходило только действительно важное.

Но его люди знали, что отвлекать Великого Князя по пустякам нельзя. Значит, этот гонец их как-то убедил.

— Пропустите его, — приказал Роланд после короткой паузы.

Через несколько минут в кабинет ввели крупного мужчину в простой одежде почтового служащего. Он явно нервничал, его руки, держащие запечатанный конверт, слегка дрожали.

— В-великий Князь Десмонд, — пробормотал почтальон, кланяясь так низко, что едва не уронил письмо. — Мне поручили передать это лично в ваши руки. Только в ваши руки, больше никому.

Роланд взял конверт и мельком взглянул на печать. Печать Рихтеров. Он узнал её сразу. Этот череп с светящимися зелёными глазами слишком долго снился ему в кошмарах.

— Можете идти, — сказал он почтальону, уже вскрывая письмо.

Мужчина поклонился ещё раз и быстро покинул кабинет, явно с облегчением от того, что его миссия завершена.

Роланд развернул пергамент и начал читать. Текст был написан старомодным, официальным стилем, каким пользовались Великие Князья в древние времена, когда ещё соблюдали хоть какие-то формальности.

И внутри находилось официальное объявление войны.

Напоминание о двадцати четырёх часах на подготовку и намёк о том, что дальше Рихтеры приступят к военной конфискации всей инфраструктуры клана Десмонд на территориях Рихтера и его вассалов.

Роланд прочитал письмо дважды, затем медленно отложил его на стол.

Несколько секунд он молчал, глядя на подпись внизу документа.

Потом рассмеялся.

Сначала тихо, почти про себя, но затем громче, пока смех не наполнил весь кабинет. Абсурд! Совершенный, идиотский абсурд!

Рихтер воспользовался древним законом об официальном объявлении войны, законом, который Великие Князья не соблюдали с момента, когда он только появился. Потому что писан он был не для них, а для контроля над простыми кланами.

Великие же Князья просто брали, что хотели без всяких формальностей, без этой бюрократической чепухи с письмами и сроками на подготовку.

Но Рихтер… Рихтер всегда был другим. Он играл по правилам, когда это было выгодно ему. И нарушал их, когда это было выгодно ему.

Непредсказуемый и раздражающий, он вечно находил способы выбесить всех вокруг.

— Рихтер, ты всегда в своём стиле, — пробормотал Роланд вслух, когда наконец просмеялся. — Всегда находишь способ удивить. Всегда делаешь не то, что от тебя ожидают.

Он подошёл к окну и посмотрел вдаль. Где-то там, за горизонтом, находился материк. Его инфраструктура, железные дороги, клубы, банки, склады, представительства. Всё это было разбросано по территориям, которые теперь контролировал Рихтер или его вассалы. Штайгеры, Вийоны, Салазары, все эти бывшие Великие Кланы теперь подчинялись ему.

Роланд прекрасно понимал, что происходит. Рихтер методично захватывал территории, устанавливал контроль, окружал владения Десмондов, а теперь просто отрезал всё разом. Умно. Эффективно. Типично для него.

Но двадцать четыре часа… Зачем Рихтер дал ему время? Это было странно. Максимилиан не из тех, кто играет в рыцарство просто ради благородства. Он должен был что-то задумать, какой-то хитрый план, какую-то ловушку.

Впрочем, как бы там ни было, а двадцать четыре часа — это двадцать четыре часа. Можно использовать это время, чтобы эвакуировать людей, вывезти ценности, документы, артефакты, либо же подготовиться и дать отпор там, где это возможно.

Пусть, основная масса его боевых магов и техники находилась на родном острове, но часть работала на чужих территориях.

Даже если это и ловушка, отступать всё равно некуда. Он должен выжать из этих суток максимум.

Роланд развернулся и направился к одному из шкафов в углу кабинета. Открыл его и достал артефакт связи. Второй такой же находился у Канваров.

Он и так собирался с ним связаться, после того, как сражение с Сиренами пошло не по плану.

Как не жаль это признавать, но им нужна была новая стратегия.

Роланд положил кристалл на стол и активировал его прикосновением. Вскоре в воздухе над столом начало формироваться изображение.

Роланд ожидал увидеть Ракшу, но вместо этого перед ним появился полупрозрачный силуэт молодой женщины в традиционных одеждах Канваров.

Она спокойно и прямо смотрела на него, словно так и должно быть.

Роланд не узнал её, но что-то в её чертах показалось смутно знакомым.

— Кто вы? — спросил он с лёгким раздражением. — Где Ракша Канвар?

Девушка посмотрела на него без тени смущения или страха:

— Я Сурья Канвар. Глава рода Канваров.

Роланд нахмурился.

— Глава рода? — переспросил он, уже не скрывая недовольства. — Ты не слишком ли много на себя берёшь?

— Ракша мёртв. Максимилиан Рихтер убил его в поединке.

Сурья сообщила это так невозмутимо, словно сообщала прогноз погоды:

Роланд замер.

Несколько секунд он просто смотрел на неё, обрабатывая услышанное.

Ракша мёртв? Что за чушь? Они говорили с ним буквально день назад. Так быстро погибнуть могла дура Катарина или слабак Салазар. Но Канвар?

Даже Рихтер не мог провернуть такое за одни сутки.

— Девочка, — начал Роланд снисходительно, — я не знаю, как ты получила доступ к этому артефакту, но хватит играть с чужими игрушками.

Сурья ответила на удивление твёрдо для человека, который понимает с кем именно он говорит:

— Я не девочка. Я архимаг и глава клана Канваров. И я получила доступ к артефакту, потому что он теперь принадлежит мне по праву наследования после смерти моего отца.

Десмонд моргнул. Отца? Значит, она дочь Ракши. Это объясняло знакомые черты лица.

Но всё равно это не имело смысла. Ракша не мог проиграть Рихтеру. Не мог просто взять и умереть. Он был слишком силён. Даже сам Роланд не рискнул бы с ним схватиться без серьёзной подготовки.

— Ракша не мог проиграть Рихтеру, — всё ещё цеплялся за последнюю надежду Роланд. — Немедленно найди его и передай артефакт.

— Я не могу этого сделать, — спокойно отозвалась Сурья. — Великий Князь Десмонд, вы правы, мой отец был силён. Но он проиграл. Рихтер убил его в честном поединке один на один.

Она сделала паузу, затем продолжила:

— Сопротивление в клане подавлено. Мы больше не воюем с Рихтером. Мы строим новый клан, свободный от прошлых ошибок и амбиций моего отца.

Роланд почувствовал, как раздражение начинает перерастать в гнев. Эта девчонка, которая явно не понимает, с кем разговаривает, смеет отчитывать его, объяснять ему политическую ситуацию, словно он какой-то неразумный ребёнок.

Роланд открыл рот, чтобы ответить, но Сурья продолжила, не дав ему вставить и слова:

—