Современная зарубежная фантастика 6 - Адам Пшехшта

скорченные в позе эмбриона, находятся люди! Тонкие стебельки подходили к их пупкам, а сами они время от времени двигали рукой или ногой – как невероятные младенцы-переростки.

Сколько их было здесь? Сотня? Наверное, даже больше. Они дрейфовали по озеру, а Кентаро с ужасом думал о том, что один из бутонов может открыться и выпустить наружу такое невообразимо гротескное дитя.

С другой стороны озера находилось нечто, напоминавшее еще одну лабораторию. Деревянное сооружение было похоже на дом – дом, скрытый в пещере под взглядом каменного дракона.

– Мояши, Серебряный Клык, одно из главных божеств Ниппона, – сказал Сатобени, указывая на статую. – Тот, что мечет молнии, податель света и дождя. Это под его горой Мудрец пришел к просветлению, это именно он хранил святые воды жизни в Замке Тысячи Водопадов, там, где боги создали человека.

– Я знаю, кто такой Мояши, – ответил Дух.

– Раз так, то ты должен знать, что, по преданию, именно он должен победить Красного Коня. А победить Красного Коня – значит, спасти Ниппон от мангутов.

– Это всего лишь легенда.

– Да, может быть, и легенда. Но цветы сэймэй но хана абсолютно настоящие! Видишь? – Он указал на плавающие нераскрытые бутоны гигантских лотосов. – Вот моя работа! Мои собственные мутации божественных цветов! Впечатляет, верно? Если бы я был богом, люди почитали бы меня. Но я всего лишь человек. Человек, что творит наравне с богами!

– Эти люди, – Кентаро кивнул в сторону двигающихся в бутонах силуэтов, – тоже твоя работа?

– Дети Бессмертной! – Сатобени ткнул пальцем. У основания каменного сталагмита между когтями дракона стояла богато отделанная стойка для меча. Пустая стойка. – Алый Клинок, что выпил ее кровь, будучи погружен в эти святые воды, позволил мне создать новый вид. Не только цветов, но и людей! Какой прок для Ниппона с одной-единственной Бессмертной, если можно создать множество таких, которых убить невозможно? Что такое одна слабая женщина в сравнении с армией мужчин? Вот моя работа, Дух. Самый большой дар, который лекарь может вручить нуждающемуся. Вечная жизнь!

Кентаро выхватил меч, блеснула сталь. Дух повернулся к Сатобени и нацелил на него острие меча.

– Осу! Где он?

– Я обещал, что приведу тебя к нему, господин Кентаро. Обернись. Господин Осу прямо за тобой.

Дух лишь чудом избежал удара. Гигантский заостренный кусок стали слабо напоминал меч, но стальной монстр, который внезапно появился за его спиной, вращал им, как будто тот ничего не весил!

Стальной монстр? Нет, скорее воин, одетый в полную, защищающую каждый дюйм тела сегментированную броню. Несмотря на очевидную ее тяжесть, двигался он быстро. Быстро и странно – одна рука сжимала огромный меч, а другая опиралась о землю, как будто бы этот человек не мог… удержаться на ногах! И только сейчас Кентаро это заметил – одна из ног мужчины была отрублена, вместо нее был стальной протез.

Дух взглянул на темное искаженное лицо противника и узнал его черты.

Осу. Это был Осу. Трансформированный; уже не сгорбленный старик, но могучий воин, одетый в железо. Возвышающийся над Духом, яростно машущий мечом. Стальное божество бешенства и ненависти.

– Ты не остановишь господина Нобунагу! – Крик Осу напоминал рычание зверя. – Я спасу Ниппон с ним, спасу моего сына!

Он ударил снова, блеснула сталь.

Кентаро снова чудом ушел от страшного удара, разрубившего воздух, но Осу не останавливался – подскочил к Духу и ткнул еще раз. От этой атаки Дух не уклонялся, лишь чуть ушел с ее направления, а потом… наступил на вражеский клинок ногой, нажал, придерживая его на месте. На мгновение обездвиживая противника.

– Осу, это я! Кентаро, Дух, твой приемный сын! Ты спас меня, спас меня, помнишь?

Осу совершенно очевидно не помнил ничего. Он дернул руками, сбрасывая Духа со своего оружия – Кентаро полетел назад, упал на спину, но мгновенно вскочил обратно.

Еще один удар, Дух увернулся, сталь прошипела совсем рядом с его ухом.

Контрудар, он ударил высоко, целясь в лицо врага, единственную открытую часть тела, – мимо! В последний момент Осу обернулся – катана зазвенела о броню.

– Живьем, господин Осу! – крикнул откуда-то издалека Сатобени. – Господин Хироши желает взять Духа живым!

Трудно сказать, услышал ли его гигант. Он атаковал снова, широким размашистым ударом. Таким, который при попадании вовсе не гарантировал бы того, что Духа доставят к Нобунаге одним куском.

Кентаро подпрыгнул и что есть сил пнул в нагрудник врага. Осу покачнулся и чуть отступил, а Дух тем временем разорвал с ним контакт, помчался к Сатобени.

Лекарь, увидев это, повернулся и побежал к своей мастерской. Тогда Кентаро увидел, что напоминавшее дом сооружение было связано со сложной деревянной конструкцией, поддерживавшей потолок, – пещера явно была не столь устойчива, как это могло казаться.

Осу побежал за Духом – быстро, но неуклюже. Используя меч словно трость, он бежал на трех конечностях.

Кентаро обернулся и увидел, что Осу уже совсем рядом, заметил блеск меча, что поднимался для очередного удара.

Сейчас!

Он дотянулся до Сатобени, поймал лекаря за одежду на груди и толкнул за себя. Рухнула сталь, медик завыл. Кровь разлетелась во все стороны, но Кентаро уже не смотрел на это. Он прыгнул, ударил с левой.

Несколько вещей произошло одновременно.

Осу рубанул мечом снова, низко и горизонтально. Это была ошибка. Кентаро уже уворачивался от удара, подпрыгнув, но острая сталь разрубила деревянную стену домика, рассекла поддерживавшие его доски, так что крыша согнулась, наклонилась и рухнула.

Кентаро взбежал по образовавшемуся наклону и тогда выстрелил механизм кёкэцу-сёгэ. Шнур с зацепом рванулся вверх, ударил в одну из досок – ослабленную теперь после уничтожения поддерживающей ее конструкции внизу. Дух крутанул механизм, который залаял, втягивая обратно эластичный шнур, но Кентаро вовсе не хотел оказаться наверху… он хотел, чтоб то, что наверху, оказалось внизу.

Дух схватился за одну из досок, прижался к ней, по-прежнему заставляя работать механизм. Чувствовал, как кёкэцу-сёгэ практически отрывает ему руку, но не отпускал. Не мог отпустить!

Скалы загудели, когда камни освободились, а дерево застонало.

Осу бесновался внизу, размахивал мечом, пытаясь дотянуться до Духа.

– Я спасу Ниппон! Спасу сына!

Дух зажмурился, пытаясь справиться со слезами.

– Осу, отец, прости меня!

Деревянная подпорка не выдержала, упала вниз, а за ней повалились камни с потолка, воздух заполнила пыль. Кентаро отпустил доску, за которую держался, втянул кёкэцу-сёгэ и в последний момент отпрыгнул от падающего обвала дерева и скал.

Камни пролетели рядом, ударили в сталь нагрудника Осу. Обвал, как лавина, подхватил его с собой, потащил к озеру.

– Акинобу!!! – проревел то ли человек, то ли чудовище за миг до того, как вода поглотила его тело, залила лицо.

Несколько камней срикошетили, попали в нераспустившиеся бутоны лотоса, разрывая их, сбрасывая заключенные в них существа в воду. Те тонули, не готовые еще выйти на свет.

Бессмертные воины гибли, не успев родиться.

Но и это был не конец всех разрушений.

В домике, судя по всему, Сатобени собрал запас легко воспламеняющихся жидкостей и химических веществ. Те вылились из разбитых сосудов, когда рухнул потолок, а потом занялись огнем от свечей и ламп.

Пожар быстро начал пожирать дерево.

Кентаро