Поцелуй смерти - Александра Шервинская

– Аглая действительно была моей подругой, – Годунова нервно переплела пальцы, – я не убивала её, Антон!

– Значит, это сделал кто-то другой, воспользовавшись твоим обликом, – я безразлично пожал плечами, – тот, у кого было что-то твоё, да ты сама не хуже меня знаешь, как такие вещи делаются. Я выполнил твою просьбу, Софья Арнольдовна?

– Да, я считаю твою работу выполненной и претензий не имею, – ответила она положенной фразой и тут же, словно мимоходом, уточнила, – как ты себя чувствуешь, Антон? Ты вроде говорил, что немного простудился?

«Ах ты ж, змеюка подколодная, – даже с какой-то нежностью подумал я, – и пяти минут не прошло, а ты уже всё сопоставила, взвесила риски и решила уточнить, представляю ли я для тебя хоть какую-то реальную опасность. Ну не умница ли, а? Приятно, что есть всё-таки в нашей безумной жизни что-то стабильное, пусть даже это ведьминская подлость».

– Да ерунда, – отмахнулся я, – весна – на удивление коварное время года. То солнце и жара, то ветер и холод, как в марте. Видимо, или под кондиционером посидел неудачно, или рано в лёгкую куртку перебрался. Вообще-то мы, некроманты, редко болеем, но тут вот задело слегка. Спасибо, что спросила, мне, как нормальному мужчине, приятна забота красивой женщины.

– Выздоравливай, Антон, – очень проникновенно проговорила Софья и ободряюще похлопала меня по руке, – моё предложение по поводу зелий от простуды остаётся в силе. Тебе стоит только сказать, и мои девочки тут же доставят тебе его.

– Спасибо, дорогая, – я подавил желание смахнуть слезу умиления, но решил, что это будет уже перебор, – тебя проводить до ворот? Просто я тут ещё задержусь немного, прогуляюсь. Уж больно воздух здесь хорош, прямо не надышаться.

Тут я пару раз кашлянул, поморщился, словно от боли в горле и улыбнулся Годуновой.

– Гуляй, конечно, – ласково улыбнулась мне ведьма, – здесь ведь совсем рядом, не думаю, что я заблужусь. Спасибо ещё раз за помощь, Антон. Буду выяснять, кто же это осмелился так меня подставить…

Она повернулась и, не оглядываясь, направилась в ту сторону, где были ворота.

– Григорий Северьяныч, – негромко позвал я, когда она отошла достаточно далеко, – ни в чём себе не отказывай, мне её вообще не жалко. Только в живых оставь, она нам ещё пригодится как свидетель и источник эксклюзивной информации.

– Ух, повеселю красотку! – хохотнул где-то рядом Погостник, а я искренне порадовался за Годунову, у которой впереди была масса новых впечатлений и ощущений.

Глава 12

Первый громкий вскрик раздался как раз тогда, когда я, скинув одежду, выпустил силу и, завернувшись в заранее взятый из машины плед, удобно устроился в защищённом от ветра месте. Поняв, что на кладбище происходит что-то необычное и оттого ещё более интересное, сила подхватилась и рванула туда, где разворачивалось действие, в котором Софья Годунова была и зрителем, и главным действующим лицом. Я где-то читал, что сейчас такое модно: спектакли с непосредственным вовлечением публики в, так сказать, творческий процесс. И называется такое представление как-то мудрено: не то интерактивный спектакль, не то иммерсивный… Или и так обозвать можно, и так? Этого я не помнил, а напрягаться и вспоминать было откровенно лень: хотелось сидеть на травке и глазами силы, которая тёмным облаком устроилась в густой кроне дерева, наблюдать за происходящим.

А посмотреть было на что… Видимо, ведьмы действительно здорово насолили бывшему думному боярину Мышляеву, так как в делу он подошёл ответственно и с фантазией.

Я увидел Годунову, замершую посреди дорожки, которая вела к воротам. Сила перемахнула поближе, чтобы ничего не пропустить. И то правда: не каждый день удаётся посмотреть на то, как Погостник ведьму по кладбищу гоняет.

Софья Арнольдовна сделала несколько шагов назад, и я прекрасно её понимал. Дорожка, посыпанная симпатичным свежим песочком, вела не к воротам, как это было буквально час назад. Она утыкалась аккурат в гостеприимно распахнутые двери старого склепа, за которыми не было видно абсолютно ничего кроме невнятных туманных завихрений.

Ворота при этом никуда из поля зрения не делись, они просто почему-то оказались в стороне, за склепом. Казалось бы, обогни непонятно откуда взявшуюся преграду – и топай себе к воротам дальше. Именно это и попробовала сделать Годунова, сердито проворчавшая что-то явно нецензурное себе под нос. Напрасно она это сделала, конечно: насколько я успел узнать боярина Мышляева, сквернословия он не любил и всяческие его осуждал. Поэтому совершенно не удивился, когда из земли рядом с дорожкой, по которой шла Годунова, полезли мертвецы.

Это было очень похоже на сцену из классического фильма ужасов, у создателей которого имелся неограниченный бюджет, и, следовательно, не было необходимости экономить на спецэффектах, гриме и антураже.

Софья выкрикнула какую-то фразу, и ближайший покойник рассыпался в пыль. Впрочем, остальные не обратили на эту неприятность ни малейшего внимания и продолжали медленно наступать на ведьму.

Годунова была кем угодно, но не дурой, поэтому оглянулась и громко сказала:

– Чем я прогневала тебя, Хозяин? Вроде ничего не нарушила, да и вообще на погосте твоём впервые. Дружбы меж нами не было и нет, но и вражды вроде как не случалось. Если что нарушила, то не по злому умыслу, а случайно. Выпусти меня, и больше обо мне не услышишь.

Погостник не спешил отвечать, зато мертвые оживились, и их движения приобрели некую осмысленность. Стало понятно, что они целенаправленно окружают ведьму, оттесняя её в сторону склепа.

– Если это как-то связано с ритуалом, то не я же его проводила! – в голосе Софьи пока ещё не было страха, но некоторая обеспокоенность уже проскальзывала. – Некромант должен был с тобой договориться, я только присутствовала!

Недовольно зашумели деревья, а Хозяин Муромского погоста не спешил отвечать на призывы ведьмы. Оно и правильно: он-то у себя дома, он её на свою территорию не звал.

– Он сам сказал, что я могу прийти, – Софья медленно отступала к склепу, открытая дверь которого зловеще поскрипывала, словно намекая, что там, в темноте, Годунову не ждёт ничего хорошего. – Антон! Антон!!

Она явно пыталась использовать что-то из своего наверняка немаленького арсенала, но дело в том, что на территории кладбища действует только магия самого Погостника или того, кому он лично дозволит использовать силу. Поэтому все попытки Софьи как-то задержать неспешно приближающихся мертвецов были по умолчанию обречены на провал.

Тут Годунова как-то очень хитро махнула рукой, и часть мертвецов, захрипев, отодвинулась в сторону, освободив одну из боковых дорожек. Видимо, Софья действительно