Смотритель Маяка 2 - Артём Град

Она поднесла свечу, но тут порыв ветра ворвался в окно и погасил пламя. Следом из трубки сдуло порох, разметав по полу.

— Сука! Твою мать!

Боцман вжался под стол и издал низкое протяжное мяуканье. Похоже, не верил в благополучный исход.

— Я за свечой! — Инесс уже бежала на кухню

— Торопись! — влетел в окно крик Каспара. — Туман!

Я высунулся из окна. Туман упёрся в обледеневшую дверь, а затем начал подниматься по стене Маяка.

— Да чтоб тебя! — я быстро засыпал порох снова, проронив половину на пол. Инесс вернулась с новой свечой.

— Поджигай, Инесс! — скомандовал ей, а потом крикнул в окно во весь голос. — Уходи!

Инесс, прикрывая ладонью пламя, поднесла огонь к пороху и тут же одёрнула руку, вскрикнув от боли. Полетели искры, чёрный дым закрыл обзор. Меня ослепила вспышка, огонь взвился вверх, опалив волосы. Я едва успел отклонить голову, но ружье не выпустил. Секунда… Выстрел! Пуля вынесла кристалл в ослепляющей вспышке, я закрыл лицо рукой, и…

Через долю секунды сдетонировали четыре заряда на канате, белый свет залил остров, обдав нас жаром даже с расстояния в семь метров. Я оттолкнул Инесс от окна, и сам укрылся за стеной.

Снаружи раздался знакомый визг тумана, смешавшийся с треском льда, застывшая волна с грохотом обрушилась к подножию Маяка, разломившись на ледяные глыбы. Здание, освободившись от ледяного мешка, начало мгновенно набирать мощность, я спиной почувствовал, как стены начали нагреваться. Тут же из упавшего вниз льда вырвалась гигантская синяя вспышка, охватив Маяк. Стены окутал густой пар, иней, стремительно покрывавший стены, испарялся мгновенно, пар повалил в окно.

— Работает! Это работает! — донёсся с галереи сдавленный крик Каспара.

Следом вспыхнул защитный контур. Туман, обожжёный кристаллами, с визгом метался вдоль берега рваными клубами, сжимаясь и поспешно отползая подальше в океан за периметр контура.

Инесс смотрела в окно сквозь пар.

— Получилось! — она держала руки в замке возле рта. То ли молилась, то ли дула на раненые пальцы.

Редкие брызги волн, ещё летящие на Маяк, превращались в струйки пара, не успев коснуться стен.

Я опустил мушкет и побежал наверх. Каспар лежал на балконе галереи, рядом валялся обгоревший кусок каната. Голова старика была рассечена от виска вдоль брови, осколок льда от взрыва успел-таки отомстить ему напоследок. Я втащил его внутрь, где уже было тепло и по-дневному светло.

— Получилось, — прохрипел Каспар, с трудом разлепив веки. — А ты чёртов колдун, Владимир.

Я опустился рядом.

— Ты же не собираешься умирать?

Старик вымученно улыбнулся.

Глава 11

Ступени давались Каспару с трудом. Он опирался на моё плечо, и я чувствовал, как его пальцы впиваются в рукав после каждого шага. Старик молчал, только тяжело и натужно дышал. Когда мы показались на лестничном пролёте, снизу раздался крик.

— Отец!

Инесс уже бежала навстречу, подобрав юбку. Она подхватила Каспара с другой стороны, и я невольно отметил, как ловко она это сделала, без суеты, без паники, просто взяла и приняла вес.

— Полежал и хватит, — проворчал Каспар, когда мы втроём доковыляли до кухни. — Пара царапин, подумаешь! Не впервой.

Инесс усадила его на стул и смочила чистую тряпку в тёплой воде. Рана на виске оказалась глубже, чем мне показалось вначале, кровь уже запеклась по краям. Инесс промывала её бережно, почти не касаясь. Каспар зажмурился, как кот, которому чешут за ухом.

Старик хмыкнул, увидев мои опалённые волосы на правом виске. Я, проследив за его взглядом, потрогал пряди пальцем, и они рассыпались пеплом.

— Я предупреждал, — Каспар сделал вид, что ворчит.

Я перевёл взгляд с зеркала на его замотанную голову.

— А я тебя предупреждал.

Каспар хмыкнул, и мы все трое рассмеялись смехом людей, которые только что выбрались из одной передряги и ещё не знали, что ждёт их в следующей.

Из фонарной раздался знакомый сигнал.

— Пойду гляну, чего ему надо.

— Если пираты, гони их в шею! — крикнул Каспар мне вслед.

В фонарной было тепло и светло. Я раскрыл интерфейс, радар услужливо показал жёлтую точку в сорока километрах от нас. Скорость узлов двенадцать, курс на Маяк.

Корабль шёл довольно шустро для торговца, но скоро начнёт тормозить, так что часа через полтора-два будет здесь.

Я спустился обратно в кухню. Каспар сидел на том же стуле, Инесс стояла рядом, положив ладонь ему на плечо. При виде меня старик поднял голову, и я вдруг понял, что он уже догадался, вероятно, по тишине, с которой я вошёл.

— Торговец, — подтвердил я.

Каспар посмотрел на дочь снизу вверх и накрыл её ладонь своей.

— Пора, дочь — сказал он тихо.

Инесс наклонилась и поцеловала его в макушку, туда, где седые волосы были аккуратно зачёсаны вокруг повязки.

— Пора, — повторила она.

Я стоял, прислонившись плечом к шкафу, и смотрел на них. В кино такие сцены всегда заканчиваются тем, что гости обнимаются, плачут, а потом решают не уплывать, но то happy end в фильме, а то жизнь. Я смотритель, они гости.

— Сколько у нас? — спросил Каспар, поднимаясь со стула. Голос его снова стал деловым, капитанским.

— Около двух часов при таком ветре.

— Значит, я успею доготовить лепёшки, — сказала Инесс, вытирая руки о передник. — А ты, отец, собирайся.

Каспар кивнул и направился в спальню переодеваться, а Инесс с удвоенной энергией загремела посудой у печи. Боцман, который до этого сидел под столом, вылез из своего укрытия и стал тереться о её ногу. Я хотел окликнуть его, но передумал, пусть попрощается, а мне пора назад на пост, проверить систему перед тем, как корабль подойдёт ближе.

Я раскрыл показатели системы.

Энергия 100%.

Дальность свечения 25 миль.

Радиус покрытия радара 70 километров.

После перехода на кристаллы система вышла на иной уровень. Я выглянул в окно галереи. Туман держался на почтительном расстоянии, но его серые клубы всё же перекрывали добрую половину горизонта. Корабль, который шёл к Маяку, не пойдёт в туман, побоится. Я вспомнил, что когда сломался механизм вращения, система выдала предупреждение: «Активировано ручное управление», значит, возможность ручного управления существовала. Я пролистал узлы Маяка. Вот он, «Механизм вращения», а под ним две строки: «Автоматический режим» и «Ручной режим». Нажал ручной. Линза мягко, без рывка, остановилась, луч замер, упёршись в одну точку на горизонте.