Ева и логово Хозяина - Елена Винчи

него. – Она только что вышла и пошла в свою комнату. Сейчас вернется, – ответила я. Не успев договорить, на кухню вернулась управляющая. Женщина держала в руках черный, весьма элегантный кошелек. Богдан не стал задавать никаких вопросов. – Я еду в город, примерно дня три меня здесь не будет. Если что, ты знаешь, кому звонить, – командным тоном сказал Богдан. Увидев на столе свежезаваренный чай, он взял кружку, которая готовилась для меня и, сделав пару глотков, осушил все содержимое. Я стояла и смотрела на него округлившимися глазами. Там же был кипяток. Как он смог его так быстро выпить. Тамара Викторовна, не обращая никакого внимания на этот «трюк», принялась готовить новую чашечку чая. Очень интересный ты человек, Богдан Быковский, пронеслось у меня в голове. – Решила у нас погостить? – обратился он ко мне. – Смотри на лошадях ездить желательно в первой половине дня и к вольерам с собаками не подходи: они затаили обиду. Усмехнулся Богдан. Нет, вы посмотрите, он еще смеет шутить на эту тему. Я тогда чуть с ума не сошла от страха, а ему смешно. Но все равно, как красив. Не могу на него долго злиться. – Да нет, что вы, – любезно сказала я, – просто жду водителя Степана, он отвезет меня на вокзал. Богдан удивленно и очень мило поднял брови. – Я могу тебя подвезти, – произнес Богдан, не сводя с меня своих голубых глаз. – Спасибо не надо. Я не хочу доставлять вам неудобство. А в душе у меня все ликовало. Понимая, что он сейчас из вежливости предложит еще раз. И я была права. – Брось, мне не трудно. Собирайся, – скомандовал он. – Жду в машине. Вот теперь мне нужно согласиться. Я немного растерялась, но взглянув на Тамару Викторовну и ее одобрительный кивок с легкой улыбкой, поняла, что мне не за что переживать. Богдан ушёл первый. Тамара Викторовна сделала мне новый чай, который я с удовольствием выпила, общаясь с ней на разные темы. Не торопясь. Мне совершенно не хотелось уезжать. Сильно загорелый и крепкий парень в соломенной шляпе помог донести мою сумку и провел к гаражу, где стоял автомобиль Богдана. Мужчина, который еще вчера вечером был похож городского бизнесмена, а ночью на секретного агента, сегодня сам на корточках, что то рассматривал в машине. Закатанные выше локтя рукава рубашки обнажила сильные мускулистые руки. Он мерял давление в колесах. Солнечные лучи, так красиво подсвечивали золотой ореол внутри его пленительных глаз. Казалось, что только так и можно его рассмотреть. Я наблюдала, как работают его плечи, как ритмично двигаются его мускулы под рубашкой, когда он правил колесо. – Дай мне десять минут, – как-то по-свойски сказал Богдан. – Спускает немного колесо; cхватил где-то саморез. – Хочешь, садись в машину, там не жарко. Мне нужно поставить запасное. – Спасибо, я здесь постою, ветерок приятный, – не успев закончить фразу, как этот самый ветерок, предательски поднял мне юбку сарафана. К счастью, я быстро среагировала и стала держать ее. Взглянув на Богдана, поняла, что у него хорошая реакция и пока я укрощала ветер, он успел увидеть больше, чем нужно. – Я, пожалуй, сяду в машину, – румяная от смущения сказала я и открыла дверь. – Вперед садись, – предложил Богдана. Без лишних слов села в машину рядом с водительским креслом. Теперь нужно было подумать, о чем я буду с ним разговаривать. Может расспросить его о его увлечениях? Их у него явно много: судя по странным собакам и загадочным деревьям. За всю свою жизнь, мне никогда не приходилось ездить на таких машинах. Отливающий глянцевым блеском черный автомобиль «БМВ-7», сиял в лучах солнечного света. Внутри была легкая прохлада и очень тихо. Запах кожаных кресел и легкого древесного парфюма смешались, пробуждая во мне первобытные инстинкты. Меня охватило приятное волнение. Богдан поднял голову и посмотрел в мое окно. Я почувствовала, что внутри у меня все дрожит. Находясь внутри машины, я была в безопасности. Думая, что через тонированные окна он меня не видит, и я могу еще раз, как следует его рассмотреть, хорошо запомнить, что бы ночи мои впредь не были такими тоскливыми. Богдан менял колесо. Движения его были плавными и сильными. Время от времени он поджимал губы. Я различала ритмичное дыхание Богдана. Видно было, что старается. Но никого не звал на помощь. Механики на ферме явно имелись. С таким-то парком сельскохозяйственной техники. Богдан невероятно красивый молодой мужчина. Он снова бросил быстрый взгляд на окно. Я ощутила тяжелые удары сердца и приятное напряжение внизу живота. «Боже, неужели ему видно, как я им любуюсь». Меня кинуло в жар, и я отвернулась. Несколько минут я сидела прямо и смотрела перед собой. Но любопытство взяло верх, и я снова украдкой посмотрела в сторону Богдана. С того места, где сидела, я не могла разглядеть его ниже пояса, только, крепкий торс. Мускулистые руки с широкими ладонями, которые так мастерски крутили колесо. Но мое воображение оказалось игривым и весьма бесстыдным. Яркими красками оно рисовало обнаженного Богдана, нежно целующего меня в красивой спальне его дома. Закончив работу, Богдан вымыл руки под краном, который торчал из стены над раковиной. Рядом на деревянном стуле видела белоснежная рубашка, на которую я сразу не обратила внимание. Богдан Быковский быстрыми движениями начал застёгивать пуговицы, смотря в мою сторону. Стоял он напротив лобового окна. Он понимал, что я его вижу. Мне хотелось одновременно, и смотреть на него и провалиться сквозь землю от смущения. Богдан быстро поменял рубашки и направился в сторону машины. Я могла бы смотреть на него вечно. Любоваться его завораживающим мужским профилем, и дышать с ним одним воздухом. Быстрым движением он открыл дверь автомобиля и сел за руль. В салон ворвался чертовски «грешный» аромат его парфюма. Этот запах я чувствовала и вчера. – Скучаешь? – нажимая на кнопку зажигания, сказал Богдан. – Да нет, все хорошо, жду вас. Не успели мы отъехать, как в окно Богдана, буквально ворвался запыхавшийся Лео. – Надо же думал, не успею, – тяжело дыша, сказал он. – Вы в город? Я с вами. Бесцеремонно и не дождавшись ответа Лео, открыл заднюю дверь и сел в машину. На лице Богдана нарисовалось недовольство. – А где твоя? Лео свободно сел по центр сиденья, водрузив свои локти на наших креслах. – Так она ж на