Ева и логово Хозяина - Елена Винчи

сказала: – Нет, дорогая ничего не слышала. У меня проблемы со сном. Я принимаю витамины для сна. А что-то случилось? Ответ её звучал убедительно. Да и сама она внушала доверие. – Ничего не произошло, просто где-то громко лаяли собаки. Я даже подумала, что кто-то пробрался на территорию поместья, – не став говорить ей правду ответила я. – Это исключено. По всей границе поместья стоит высокий забор, к которому подведено электричество. Так что, можешь не волноваться. Чужаки сюда не проникнуть. Вы уже готовы к завтраку, я распоряжусь на кухне. Что вам принести? – Можно мне кофе и бутерброд, если есть? – пробормотала я, поняв, что Тамара Викторовна хочет закрыть эту тему. Легкая улыбка коснулась губ Тамара Викторовны. – А как насчет сырников или блинов? –О да, конечно, – подхватила я улыбку управляющей. Блинчики были бы сейчас, кстати. Женщина кивнула в знак одобрения и поспешила на кухню. Пользуясь моментом, пока я осталась в гостиной одна, стала рассматривать фотографии, висевшие на стене. Много фотографий было, где изображены Игорь со своей мамой и отцом, я так думаю, и с каким-то еще парнем. И всего лишь одно фото, среди прочих, стоявших на комоде, на котором легко можно было узнать маленького Богдана с тем же мужчиной. – Это мой отец, – послышался голос за моей спиной, который заставил биться мое сердце быстрее, за считанные секунды. – Я так и поняла, доброе утро, – сказала я, поняв, что мой запас слов перед этим сильным мужчиной, исчерпан. Уверенность в своей сексуальности, которую я ощущала в ванной, у меня резко пропала. Теперь я трусливый котёнок, перед огромным львом. Богдан взял в руки рамочку с фотографией отца. Лицо вблизи казалось спокой-ным и волевым. – Поставлю ее у себя в кабинете, – ответил он. Я готова была сквозь пол провалиться. Что нужно говорить в такие моменты. – Тамара Викторовна, сказала, что на завтрак будут блинчики, – выпалила я, чувствуя, как мое лицо вспыхнуло ярким румянцем. Богдан, поднял на меня глаза и улыбнулся. – Отлично, я люблю блины, особенно с икрой. Как ты себя чувствуешь? Отдохнула хоть? – произнес Богдан, и в тоне его было столько простого дружеского чувства, что у меня сразу потеплело на душе. Как будто и не было никаких острых сцен вчера. – Да. Немного поспала. Нога кстати практически не болит. Мужчина наклонился, что бы осмотреть её. – Вот и замечательно. Надеюсь теперь, если тебе захочется, что-либо рассмотреть, потрогать, понюхать, ты будешь меня об этом спрашивать. По крайней мере, в этом доме точно. А что, мы еще где-то будем встречаться, подумала я и легкая улыбка коснулась моих губ. Какой же он милый, когда в хорошем настроении. – Дебоширы, спят еще? – поинтересовался Богдан. – Ирина заходила ко мне за таблеткой от головы, – ответила я. Богдан галантно отодвинул стул, предложил присесть. Странно сегодня передо мной стоял, совершенно другой человек. Спокойный был, не скупился на улыбки. В голосе слышна теплота. В глазах его видно было много вопросов, но взгляд был непроницаем, по нему ничего нельзя было угадать. Мне так захотелось узнать его поближе, но я совершенно не знала, о чем можно говорить с таким мужчиной. Кроме как о сегодняшней страшной для меня ночи. Но трогать эту тему вообще не хотелось. К лицу моему подкатило тепло. Надеюсь, я не покраснела, суетились мысли в моей голове. Он пристально посмотрел на меня, как будто изучая. Потом придвинул тарелку и принялся за еду. Я тоже надкусила брускетт с форелью и стала медленно его пережевывать. Искоса поглядывая на увлеченно жующего Богдана. Тем временем Тамара Викторовна принесла ему в красивом блюде штук десять не меньше отварных яиц. Ольга, помощница Тамары Викторовны также подносила белоснежные блюда с едой. Обеденный стол постепенно пополнялся, разноцветными, красиво оформленными яствами. В основном на столе преобладали блюда из морепродуктов. Салат цезарь с креветками я узнала сразу; остальные поражали своим великолепием и экзотичностью; заливное, внутри которого красовались больших размеров креветки и брокколи с зеленью; на серебристых тарелках, горкой были выложены маленькие щупальца осьминога, которые обхватывали крошечные картофелины с помидорами черри, щедро присыпанные микрозельнью. Таким изобилием еды, могла похвастаться, только английская королева, хотя в богатых семьях, наверное, это норма. Мой завтрак никогда не отличался разнообразием. Любимая овсянка с замороженными ягодами и кружка кофе не смогли бы конкурировать с мясом осьминога. В маленьких затейливых, стеклянных мороженицах, в три разноцветных слоя находилось фруктовое желе. Блинчики и сырники аккуратно лежали на белых тарелках с волнистыми краями, рядом с черной и красной икрой в хрустальных вазочках. Но больше всего меня удивило, что Богдану принесли еще и омлет с креветками. Интересно, сколько требуется яиц, что бы его накормить. Икры ему мало, пронеслось у меня в голове. – Люблю морепродукты, а работаю с мясом, – усмехнулся Богдан, увидев мой удивленный взгляд, когда к завтраку принесли столько дорогой еды. – Я сейчас усиленно занимаюсь спортом. А в яйцах и креветках много белка,– прояснил Богдан, заметив, наверное, на моем лице, немой вопрос. – Да все нормально, я то же люблю яички, – протараторила я. Украдкой посматриваю на увлеченно жующего Богдана. Чувствую себя очень неловко, не спеша, пережевывая брускетт с красной рыбой и пастой из авокадо. Как же хочется попробовать икры, подумала я. Но как правильно ее есть. Хоть бы не опозориться. Все то время пока мы ели помощница Тамары Викторовны – Ольга, находилась при входе в гостиную. Девушка стояла к нам боком изредка поглядывала на стол. Как только у меня закончился сок в бокале, она подошла и деликатно спросила: – Чай, кофе или свежевыжатый сок? – Сок, пожалуйста, – таким же вежливым тоном ответила я. – Так вы значит, сегодня едите на вечеринку, – прервал молчание Богдан. – Я не еду, сегодня возвращаюсь домой, – уверенно сказала я. – Вечеринка была вчера, но девочки решили остаться здесь. У меня сегодня выходной и много личных дел. Богдан в знак одобрения покачал головой. – Понимаю, – согласился он, – тоже не люблю, когда идет все не по плану. И не обязательных людей. – Чем ты занимаешься в жизни? – его вопрос прозвучал для меня, как будто я на экзамене. На лице вспыхнул легкий румянец и мне, почему то стало стыдно признаться, что я всего лишь делаю макияж девушкам, окончив курсы у себя в селе.