Крадуш. Чужие души - Болдырева Ольга Михайловна

порядка явно скучал. Он даже нас не сразу заметил, погрузившись в свои мысли. Только когда Карел Киар вкрадчиво хмыкнул, вампир подскочил из сидячего положения почти на полметра и, поклонившись, едва не упал со ступеней.

— Кериэль, у вас появился конкурент, — тихо прокомментировал сценку лорд Мертвец.

— Простите, ваша светлость! — выдавил из себя вампир. Но при этом, даже пытаясь придать себе виноватый вид, смотрел на меня стражник странно. — Вас очень ждут!

— Это я понял по содержанию сообщения, — проворчал Киар. — Все спокойно?

— Три минуты назад пропустил леди Лавену Шепсит. У нее было разрешение от редакции газеты.

Вот это я понимаю — свобода слова! Если я правильно понял, леди — журналистка? В Старом Свете никого из этой братии и на пушечный выстрел не подпустят к месту происшествия. Сами все решат, а потом преподнесут информацию, замазав темные пятна и приврав, где следует.

— Отлично, значит, все в сборе. Больше никого не пропускать и не спать на службе! Пойдемте, Кериэль.

В узкой прихожей мне пришлось пристроиться за спиной лорда Киара, и мое появление в гостиной, когда я осмелился выглянуть из-за его плеча, вызвало фурор.

— Карел, ты вообще в курсе, что такое уместность?— воскликнул немолодой огненно-рыжий оборотень с пышной бородой и грубым шрамом через все лицо. — Кого ты притащил?

Интересно, кто это, если он так легко тыкает правой руке наместника?

— Знакомьтесь, господа и дамы, его светлость лорд Кериэль Квэлле, князь Эрна. —Лорд Мертвец посмотрел вбок, видимо, ожидая, что я стою рядом, не увидел, нахмурился и оглянулся, обнаружив, что я снова спрятался ему за спину.

Меня, взяв под локоть, вытащили на всеобщее обозрение, вероятно, чтобы присутствующие, наконец, заметили, что он притащил не абы кого, а эльфа.

В комнате, кроме нас с Киаром, присутствовали четверо: рыжий оборотень, дракон в гвардейском мундире, грузный человек в медицинском халате поверх серой формы и единственная женщина, очевидно, та самая леди, которая, встав в дальнем углу, быстро писала в пухлом блокноте.

— Кериэль, позвольте представить вам лордов Индара Лизара, Гарэйла Ферко, господина Беро Харица и леди Лавену Шепсит. — Киар по очереди указал на дракона, оборотня, человека и женщину. — Лорд Квэлле совсем недавно прибыл в наш город, но уже хорошо себя зарекомендовал, поэтому я попросил его прийти со мной в качестве независимого эксперта.

— Теперь это так называется? — ехидно протянул дракон, будто на что-то намекал.

Я заметил, как у Киара нервно дернулась бровь, но он, сделав усилие, сдержался от ответной колкости. Хотя лорду явно не понравился ни сам вопрос, ни тон, которым он был задан. А вот я, увы, не понял, что дракон имел в виду.

— А мне уже не доверяешь? — недобро уставился на Киара мужчина в халате — господин Хариц. Титула, кажется, у него не имелось.

— Просто хочу услышать независимое мнение, только и всего. Давайте приступим, господа. Вы сами срочно вызвали меня, а теперь тратите время на бессмысленное обсуждение моих методов. Напомню, я волен привлекать любые сторонние ресурсы по своему усмотрению.

— Зря вызвали, — проворчал оборотень и спокойно сел на диван прямо рядом с покойным, — ложная тревога.

— Ублюдок обкололся опием. Со всеми его пагубными пристрастиями странно, что это случилось только сейчас, — пояснил слова рыжего перевертыша дракон. Только при этом он почему-то очень недобро смотрел на меня.

Я даже поежился. Что со мной не так? Уж дракона я не толкал, на ноги ему не наступал, нигде дорожками не пересекался. Или он просто эльфов не любит?

Журналистки присутствующие совершенно не стеснялись. Это казалось странным. Дебро, как я понял, был значимой фигурой в городе, и наверняка кому-то может не понравиться, как отзываются о покойном те, кто должны расследовать его смерть.

— Туда и дорога... — Беро Хариц протянул чашку из-под кахве Киару. — Сам посмотри. Такой характерный осадок даже без дополнительных исследований и заключений ни с чем не спутаешь.

Лорд Мертвец, принюхавшись к остаткам напитка, скривился, потом взболтал загустевшую жидкость, рассматривая осадок, а затем прошел к телу и склонился над Дебро. Судя по выражению лица, Карел Киар сомневался в заключении присутствующих, но чем парировать, пока не знал.

Я же неловко переступил с ноги на ногу, боясь снова стать объектом непонятного негатива. Судя по тому, что я видел, все присутствующие (не считая меня и, кажется, журналистки) по неясной причине дружно недолюбливали Киара. Может, поэтому они перенесли свою неприязнь на меня?

Очень хотелось тоже осмотреться, пройтись по комнате — работающее заклинание сигнализировало, что шпинель совсем рядом.

— В досье Дебро не было ни слова о пристрастии к опиуму, — напомнил лорд Мертвец, осмотрев тело и уделив внимание сгибу локтя, куда был сделан укол.

— Значит, твои люди не так хороши, как ты думаешь, — хохотнул оборотень.

Они позвали Киара, чтобы поиздеваться? Что-то я совершенно ничего в происходящем не понимаю! Мне стало обидно за человека. Казалось бы — надо ликовать, раз из-за внушительного списка страстей и грехов Дебро ему так легко приписали злоупотребление наркотиками и даже не присмотрелись к телу внимательнее. Но внутри вместо радости росло негодование и желание ткнуть наглых болванов в их некомпетентность.

Я идиот?

А то! Но лорд Киар проявил ко мне доброту без какого-либо повода, а сейчас я мог помочь ему, пусть этим и подставил бы себя. Затаив дыхание, я ожидал, попросит ли он меня высказать свое мнение или согласится с большинством, и дело о смерти Дебро закроется, толком не начавшись.

— Лорд Квэлле, — Карел Киар отошел на несколько шагов назад и приглашающе махнул рукой, — что скажете?

Я нервно и криво улыбнулся под пристальными взглядами и направился к трупу. В мыслях царил разлад: инстинкт самосохранения из последних сил взывал к разуму, но я понимал, что все уже решил. Конечно, до конца правду я не раскрою, но на несколько нюансов укажу.

Так же, как и несколькими минутами ранее Киар, я наклонился над телом и сделал вид, что внимательно изучаю Дебро. Несмотря на то, что в комнате пытались проветрить, запах стоял отвратный. Лорд — не лорд, хоть сам император, кишечнику все равно, какие титулы имел его хозяин при жизни. Картина смерти была самая классическая — хоть по учебнику сверяйся. Для вида я произвел все необходимые измерения, как если бы меня пригласили для экспертизы какого-нибудь незнакомого