Главный инженер 3 - Вадим Фарг

дернулся вперед, но вовремя вспомнил про мою руку в кармане и замер на месте. — Откуда у мелкой сошки могут быть такие доказательства? Тем более, пока казино зачищали, я сидел вместе с Кабаном и Сысоевым, сам же знаешь. И все же я знаю один адресок.

— Что за адресок? — тут же заинтересовался я, надеясь, что поиски этого идиота не были напрасными.

— Есть один склада в старой промзоне. Туда обычно свозили что-то важное, думаю, все, что в казино было, сейчас тоже там. Ну, не все, конечно, но большая часть точно. Они, видимо, думали чуть позже все это добро по другим точкам раскидать, когда все утихнет. А потом из-за тебя и Дениса шум пошел, так что этот склад они могут сейчас зачищать. Но если менты туда нагрянут, то успеют взять их с поличным.

— Этот склад наверняка пустой, все-таки после того, как тебя спалили прошло больше недели. Твои начальники не дураки и не станут ждать, когда ты высунешься из норы и расскажешь про эту точку, — вслух рассуждал я. — Но проверить информацию все равно стоит, лишним не будет.

Сиплый закивал с такой скоростью, будто от этого зависела его жизнь.

— Я дам адрес, только умоляю, вытащи меня из этого дерьма!

— Я тебе никаких гарантий не даю и давать не собираюсь, — жестко отрезал я. — Я обычный сантехник, а не программа защиты свидетелей. Максимум, что я могу для тебя сделать, это передать в руки тех людей, которые еще не прогнили и не продались.

Сиплый обреченно закрыл глаза и опустил плечи.

— Тогда что мне делать? — тихо спросил он.

— Ты сейчас оставишь мне номер, по которому с тобой можно будет связаться, — начал диктовать условия я. — И дашь адрес этого склада. Я сообщу кому надо, его проверят, и уже тогда, отталкиваясь от того, что они там найдут, мы поговорим о твоем будущем.

— Ладно, мастер, — пробормотал он. — Пока у меня есть, где перекантоваться. Я все понял.

— Ни черта ты не понял, — спокойно, но веско возразил я. — Сейчас я объясню тебе ситуацию проще. Ты нужен мне живым. И не потому, что ты такой хороший парень, которому нужно помочь. Это далеко не так. Но в живом виде ты сейчас крайне полезен для дела. А вот мертвый ты сразу превращаешься в уличный слух. А слухи, как известно, в суде не принимаются, у них ног нет, чтобы до трибуны дойти.

Сиплый низко опустил голову, признавая мое правоту.

— Я знаю, мастер. Я все напишу.

— Вот и отлично. Пиши разборчиво.

Я выдвинул ящик стола и достал оттуда старый блокнот и ручку. Но это был не тот блокнот, где я вел свои расчеты и чертил схемы. А забытый богом и Смирновым блокнотик, который здесь пылился, наверное, с момента постройки дома.

— Дыши спокойнее, — посоветовал я, наблюдая за мучениями Сиплого. — Это не школьный экзамен сдавать, здесь за плохой почерк убивают не сразу, а только после допроса.

Он хрипло выдохнул, издав звук, похожий не то на кашель, не то на нервный смешок. Стараясь унять дрожь в руках, он написал номер телефона, точный адрес склада, набросал схему скрытого проезда между ангарами и сделал пару важных пометок на полях. Я забрал у него листок и внимательно изучил написанное. Память Смирнова подсказала, что промзона находилась за железнодорожной веткой на окраине района. Место было выбрано идеально. Вряд ли там много камер или свидетелей.

— Кто еще знает про этот склад? — спросил я, складывая листок пополам.

— Сысоев, точно в курсе, но он сейчас в камере сидит и ничего не решает, — ответил Сиплый, потирая лоб. — Еще пара их водил, которых обычно вызывают на такие дела, но я с ними лично незнаком, так, видел пару раз. Кабан тоже краем уха слышал, но он лучше битой орудует, чем адреса запоминает.

— А Кравцов?

Сиплый замялся, отводя взгляд в сторону окна.

— Я точно не знаю. Но если меня сдали сразу после разговора с ним, значит, либо он сам в доле, либо кто-то из его оперов.

Сиплый медленно поднялся со стула, опираясь руками о стол.

— Я дам вам все, что знаю, мастер. Все схемы, все фамилии. Только не слей меня ментам просто так.

— И это ты заявляешь после того, как вскрыл мою дверь? — вскинул я бровь.

Он побледнел еще сильнее, если это вообще было возможно.

— Я больше так не буду, честное слово.

— И еще одно маленькое уточнение, — я сделал шаг к нему, заставляя его вжаться спиной в стену. — Если ты это все же сделаешь, я лично, своими собственными руками, оформлю тебе путевку в камеру к Кабану. А перед этим я подробно объясню Дюбелю, что ты теперь не гость, а его законный корм.

Дюбель, словно поняв смысл моих слов, спрыгнул с подоконника и уселся прямо у дверного проема.

— Я все понял, мастер, — сипло прошептал взломщик. — Больше я тебя не побеспокою.

— Не нужно обещать мне невозможного, мы оба знаем, что жизнь штука сложная.

Я проводил его по коридору до входной двери, но открыл ее далеко не сразу. Сначала я прижался ухом к прохладному металлу и внимательно прислушался к звукам на лестничной клетке. Подъезд был пуст.

Сиплый выскользнул за дверь быстро и бесшумно, как тень, но при этом не побежал по ступенькам, а пошел быстрым шагом. Это было правильное решение. Бегущий по ночному подъезду человек привлекает к себе внимание сильнее, чем голый депутат в храме. Я аккуратно прикрыл дверь, подождал около минуты, пока звук его шагов окончательно не стихнет внизу, после чего вернулся на кухню и подошел к окну, осторожно отодвинув край занавески.

Во дворе тускло горели фонари. Никакой подозрительной машины я не заметил, но это ничего не значило. Профессиональный хвост не обязан светиться под окнами объекта с табличкой «мы ведем слежку».

Я постоял у окна еще пару минут, наблюдая за двором. Сиплый вышел из подъезда, натянул капюшон и пошел вдоль стены дома. Через двадцать метров он свернул за угол и скрылся в темноте. Пока что он был жив, и для его криминальной биографии это уже считалось достижением.

Убедившись, что двор спокоен, я задернул шторы и вернулся к кухонному столу. Дюбель подошел к