Ревизор: возвращение в СССР 62 - Серж Винтеркей

уделить время Ивлеву, то тогда попрошу вас с ним побеседовать. А если захочет лично принять отчет по поездке в Италию, то мы с вами в это дело не лезем. Мало ли он лично какие-то задачи перед Ивлевым ставил, ему, значит, и отчет у него принимать.

– Ясно.

– Да, и проконтролируйте результаты досмотра вещей Ивлева на таможне. – сказал генерал. – Интересно, что он там с собой из Италии привезет.

– Буду там же в аэропорту, как самолет с Ивлевым прилетит, и сразу после досмотра с сотрудниками, что его проведут, и переговорю. Узнаю у них, было ли что-то подозрительное в багаже, да и как он себя вел в процессе досмотра. – сказал Румянцев.

***

Москва, квартира Барских

Вероника пришла домой позже своего мужа. Сегодня у него не было репетиций и постановок. Так что он не был в театре и ездил по другим своим делам.

– Сёма, не получится у меня с Галией Ивлевой встретиться во вторник, – сказала Вероника мужу. – К сожалению…

– А что такое? – встрепенулся тот.

– Она позвонила мне сегодня, сказала, что совсем забыла о каких-то своих срочных делах. Так что очень извинялась, но пообещала, что позвонит мне тогда, когда освободится. Тогда уже мы с ней посидим в кафе и поболтаем.

Вероника не поняла, почему ее муж так злобно на нее после этого посмотрел.

***

Италия, Больцано

В понедельник вечером я со всеми уже в особняке Эль-Хажжей прощался. Все намеченные дела на время моей поездки мы с Тареком и Фирдаусом сделали, да еще и прежние планы перевыполнили. И теперь Фирдаус собирался ехать в Японию уже в начале следующей недели уже не только по запросу своих японских партнеров, но и чтобы много что нового им предложить.

Он уже японцам конкретные предложения повезет по автокреслам и другим идеям, что мы в мой приезд обсуждали. Патентов еще, конечно, не зарегистрируют к тому времени, это слишком быстро, но главное, что уже будут поданы патентные заявки. Будет зафиксирован приоритет в их подаче, чего тоже вполне хватит для того, чтобы никто не мог их оспорить.

Юристам, конечно, придется как следует побегать. Раз Фирдаус в Японию эти предложения повезет, то и в Японии надо тоже все эти заявки на патенты успеть подать. Ну так потому эти юристы и получают огромные деньги за свою работу, что при необходимости готовы тут же вылетать черти куда уже сегодня и работать по двадцать часов в сутки.

Тарек сейчас уже работал с крупной корпорацией, которая занималась патентными делами по всему западному миру. Те юристы, которые приезжали на его фабрику уже дважды, были как раз из нее. Так что это давало гарантию, что все будет сделано самым лучшим образом.

Диана решила в этот раз с Фирдаусом в Токио не лететь. Сказала, что снова несколько дней шопинга и посещения онсэнов с женами японских партнеров Фирдауса она не выдержит. Еще не так много времени прошло после ее предыдущего времяпровождения в Японии в таком стиле.

Усмехнулся понимающе, вполне можно ее понять. Я сам, когда покупками занимаюсь, выхожу из себя примерно через полчаса. Полчаса еще как-то могу выдержать. А дальше только через силу.

Диана же, наверное, с этими японскими дамочками часами вынуждена ходить по всем этим бутикам. Нет, первое время, конечно, когда она только за рубеж вырвалась, ей это было в радость, но все приедается со временем. Вот и Диане, судя по всему, уже скучно было изображать из себя просто жену богатого человека. Видно было, что ей хочется самой чем-то заниматься, а не бродить по Токио вместе с пресыщенными бездельем женами высокопоставленных японских менеджеров, изображая из себя такую же куклу…

– Паша, жди меня, я в Москву скоро приеду. – заявила мне Диана. Фирдаус в Японию поедет, а я на родину съезжу. Тем более папа просил меня надолго так не уезжать, как я иногда делаю. Все же официально я в Москве учусь. Приходится ему договариваться с людьми, что меня прикрывают в Горном институте. Я, конечно, подарков всяких привезу, которые он им отдаст, так что сделают вид, что никуда я не уезжала во время учёбы. Но и совесть тоже иметь надо. Да и соскучилась я по многим людям. К маме тоже съезжу, посмотрю, как у неё дела.

– Прекрасно, – сказал я, – ждем тебя с Галией в Москве, сестричка.

Тарек передал мне все бумаги, что я просил у него, и по заводу своему, и по миланскому антифашистскому восстанию.

Очень меня благодарил, сказал, что рад, что так много новых идей от меня почерпнул. В ближайшие месяцы он ими будет очень энергично заниматься.

Подарков, конечно, надарили мне. Даже жена Тарека для деток моих передала игрушки и для жены духи дорогущие с золотой крышечкой. Блин, я даже не знал в прежней жизни, что выпускают духи в хрустальных флаконах с крышечкой из натурального золота. Нет, конечно, это не было сказано для того, чтобы я осознал, насколько дорогой подарок мне преподнесли для жены. Просто Нуралайн уточнила, что пробочку выкидывать не надо, как и сам флакончик, потому что хрусталь и золото на дороге не валяются. Я чуть не рассмеялся, прозвучало очень похоже на знаменитое: «Ребята, вы когда допьете, бутылочку не выбрасывайте, я заберу». Но сдержался, конечно, а то еще не так бы поняла и обиделась бы еще не дай бог…

Уезжал с двумя чемоданами, хотя приехал с одним кожаным. Кожаный уже был полностью переоборудован. Он теперь и на колесиках, и с телескопической ручкой, и выглядит так, словно всегда именно таким и был. Ювелирно все сделали.

Мне подарили еще один новенький чемодан с завода Тарека, который как раз и набил всеми полученными подарками. Больше всего, конечно, Диана их притащила. Она еще до моего приезда целенаправленно шоппингом занималась, готовя подарки и для меня, и для жены с детьми. И потом еще со мной продолжила этим заниматься. Чемоданы в итоги набили оба достаточно плотно, и весил каждый из них больше двадцати килограммов.

Утром, когда встал, меня уже только Диана и Тарек провожали. Нуралайн и Фирдаус спали. Пять часов утра, все же, не все способны на