Иерархия: Наследники - Мари Браулер

Высокопоставленные лица не могут по правилам служебного положения звонить начальникам отделов. Звонил директор Центрального агентства расследований, сидевший на прошлой встрече в кресле слева. Человек, на которого Эдвард всеми силами старался не смотреть.

— Официального запроса не было, поэтому и не получили, — на автомате ответил Эдвард, надеясь, что Алекс не открыл доступ. — Зачем вашему агентству дело? Все изучается согласно установленной процедуре.

— Хорошо, мы просто хотели ознакомиться с имеющимися материалами, — говорящий прекрасно знал, что Эдвард прав, без специального разрешения нельзя было изучать дела других специальных служб.

— Национальная разведка вплотную изучает собранные данные, — трубка казалась горячей. — Дело под грифом «совершенно секретно».

— Я в курсе. Всего хорошего, — короткий ответ, отбой связи.

Вдох, выдох, спокойно.

Эдвард резко вышел из кабинета, ругая себя за то, что не успел перепрятать дело. Долго он не продержится. Слишком неравные силы.

— Зарина, кто-то просил дело СП-116? — с порога быстро спросил руководитель специального подразделения, заходя в кабинет секретаря.

— Просили, — молодая женщина подняла на начальника светлые глаза. — Несколько раз. Приходили из Центрального агентства расследований. Как в кино, в длинных черных плащах и темных очках. Прямо люди в черном.

Резкий стук сердца отдавался в позвоночнике.

— Разрешения на доступ не было, поэтому документы я не отдала, — пожала плечами девушка.

— Хорошо, — выдохнул Эдвард, успокаиваясь и поворачиваясь, чтобы уйти.

— Проблема не в официальном запросе, — спокойно сказала секретарь.

— Что Вы имеете в виду? — резко развернулся Эдвард, не ожидая подвоха.

— Два дня назад, когда я пришла на работу, дверь в Ваш кабинет была вскрыта, и нижний ящик стола открыт, — Зарина посмотрела на руководителя и в слабом солнечном свете, пробивающемся сквозь жалюзи, Эдварду на минуту показалось, что глаза девушки отливают серебристым блеском.

Дышать. Надо просто успокоиться, безвыходных ситуаций не бывает. Неудобно вот так перед подчиненными резко разворачиваться и бежать в кабинет. Просил же Алекс вынести документы. Сам виноват!

Эдвард сцепил руки сзади, чтобы не выдать внутреннего напряжения.

— Документы я перепрятала, — на удивление ровным голосом сказала Зарина, и опытный руководитель все же не смог сдержаться и вздрогнул.

— Какие документы? — стараясь скрыть дрожь в голосе, спросил Эдвард.

Секретарь подразделения по хранению архивных документов молча встала, подошла к большой сумке, лежащей на стуле у окна.

«Кто носит сейчас светлые сумки, расшитые серебряными узорами? — пронеслось непроизвольно в голове. — Хотя орнаменты очень сложные».

Девушка достала из сумки папку, аккуратно завязанную тесемочками. Напряжение достигло максимального предела.

— Простите, но я забрала файлы, — в голосе девушки не было сожаления или страха. — Нельзя оставлять такое в рабочем столе. Те, кто хочет получить доступ к такой информации, гораздо опаснее, чем Вы думаете.

Эдвард промолчал только потому, что сильно удивился. На автомате он протянул руку, чтобы взять папку, и взгляд остановился на странном рисунке в верхнем левом углу. Витиеватый квадратичный орнамент поблескивал серебром. Как узор здесь появился? Он точно ничего не рисовал.

— Теперь, они точно не смогут взять в руки документы, — в спокойном голосе Зарины проскользнули торжествующие нотки.

Что может знать секретарь архивного подразделения? Откуда?

— Спасибо, — Эдвард не задал ни одного вопроса, сам не понимая почему.

— Не за что, — девушка вернулась и села за свой стол.

Дома поздно вечером он долго пытался понять, что такого было в голосе девушки, что заставило опытного агента промолчать. Серебристый блеск в глазах можно списать на отблески солнечного света. И только засыпая он вспомнил ровные, словно выточенные пальцы девушки, с четырьмя фалангами.

Глава 12. Защитный круг

Исландия, настоящее время

Клеону снова стали сниться светлые сны, хотя назвать яркие и детальные картины сновидениями можно было с большой натяжкой. За долгие годы детства, пока родители пытались вылечить ребенка от странной способности видеть то, чего нет, Клеон понял, что не стоит рассказывать все окружающим.

Другой урок детства заключался в том, что наблюдал он разные явления. Прорывающиеся в реальность картины отражали противоположные силы, поэтому он видел и сжигающие ледяным ужасом кошмары, и согревающие сознание теплым светом отпечатки мира, которого больше нет.

Клеон лежал на кровати, смотря в потолок, пытаясь понять, почему в дешевом отеле висят такие дорогие лампы, распространяющие сверкающие жемчужные искры по всей поверхности. Пока не понял, что сверкающий белым жемчугом потолок отражает не растворившееся до конца ночное видение.

С прошлого вечера настроение было прекрасное, и Клеон постоянно улыбался, не понимая, почему. Обычные дела теперь доставляли радость.

К приподнятому состоянию добавилось предвкушение авантюры, когда к отелю подъехал закрытый фургон-лаборатория Гринлоу.

«Так, надо выходить, за мной приехали», — быстро промелькнула мысль.

Клеон вышел, с улыбкой оглянулся по сторонам, приветствуя всходящее из-за снежных гор необычно белое солнце. Давно он не испытывал подобных эмоций. Колоссальный успех в научном мире по меркам общественной системы каким-то образом уничтожил даже остатки внутреннего счастья.

«Вот он неповторимый дух свободы исследования», — улыбался на ходу Клеон, физически ощущая расправляющиеся после долгих лет сна крылья.

— Клеон! Садись быстрей, что ты там рассматриваешь? — зычный голос Гринлоу звучал громче на фоне морозного утра.

— Иду! — отозвался Клеон, отрываясь от прекрасных видов и забираясь в небольшой фургон. — Так, какие планы? Куда мы сейчас едем?

— Ну карту с тобой обсуждать бесполезно, — уставившись в планшет, проговорил Гринлоу. — Место находится примерно в десяти километрах на юго-западе полуострова. В общем ехать недолго, минут двадцать.

Клеон осмотрелся. Внутри фургон представлял собой перевозную научную лабораторию, впереди за перегородкой сидел водитель. Кроме Гринлоу, в машине находилось шесть человек. Двое ученых, и четверо рабочих.

«Наверное Гринлоу подстраховался и нанял рабочих на случай, если придется вести раскопки», — промелькнуло быстро в голове Клеона.

Небольшое пространство было заставлено различной аппаратурой, и хотя Клеон не сильно разбирался в технике, он продолжал удивляться.

«Источники финансирования у академика явно серьезные, — подумал, оглядываясь по сторонам, Клеон. — Некоторых видов оборудования нет, скорее всего, даже у национальных космических агентств. Потрясающе!».

— Рядом с местом, откуда по данным переносного радиотелескопа поступает сигнал, раньше было древнее поселение, — Гринлоу оторвался от планшета и посмотрел на большой экран, висящий прямо перед ними. — Сейчас все разрушено, сохранились осколки каменных глыб, кое-какие остатки строений. Судя по всему, на месте была небольшая деревушка. Странно, не смог найти точного описания. Известно только, что после страшного землетрясения все засыпало трехметровым слоем вулканического песка.

— Понятно, — кивнул Клеон, внимательно смотря по сторонам.

Машина медленно ехала по грунтовой замерзшей дороге. По сторонам возвышались снежные пики гор, затянутые белым туманом. Выехали они ранним утром и солнечный