Иерархия: Наследники - Мари Браулер

— Что показали результаты радионуклидной диагностики? — спросил Клеон, только для того, чтобы отвлечься от попыток вспомнить то, чего он не мог знать по определению. — Получили уже ответ из лаборатории?

— Да, но однозначно определить возраст конструкций невозможно, — пожал плечами Гринлоу. — Ты же понимаешь, что метод лучевой диагностики регистрирует излучение радиоактивных веществ. Догадайся сам, что произошло при попытке провести анализ монолитных блоков.

— Излучение зашкаливает и выбивает аппаратуру, — кивнул Клеон, понимая, что если вибрации, исходящие от сооружений, зафиксировал мощнейший детектор, измерить такой уровень энергии в принципе нечем.

— Хорошо, что с фиксацией волн от игнитионного детектора? Нашли астрофизики что-нибудь новое? — Клеон посмотрел за пределы круга, где расположились выездные лаборатории, так как Гринлоу привлек других ученых.

— Все время, пока велись раскопки, картина не менялась, — спокойно сказал Гринлоу. — Стелы, или чем бы это ни было, испускают мощное излучение, но стабильное. Проблема только в том, самый сильный сигнал идет из центра круга, причем, колонны либо ловят сигнал от основного источника, либо передают.

Клеон и Гринлоу одновременно посмотрели себе под ноги. Несколько раз они подходили к центру громадного круга триста метров в диаметре, в надежде хоть что-нибудь почувствовать. Обычная мерзлая земля.

— Ты же понимаешь, что раскопать это невозможно, — проговорил Гринлоу, вглядываясь в расчищенное от снега плато. — Никакое оборудование не поможет. Замерзшая почва, покрытая двухметровым слоем льда.

— Детектор не определяет хотя бы примерную глубину, откуда поступает сигнал? — спросил Клеон, понимая, что это невозможно.

— Нет, конечно, — Гринлоу подтвердил очевидное. — Телескоп ловит только вибрации и переводит в частоты. Теоретически место, откуда идут вибрации, определить можно. Мы прямо на этом участке сейчас и стоим. Неизвестно, правда, на какой глубине находится источник мощнейшей энергии.

— Что это, Клеон? — задумчиво спросил Гринлоу, за плечами которого были сотни путешествий по редким местам планеты и исследование самых загадочных объектов. — Кто и зачем построил подобное? И главное каким образом?

— Полион. Один из первых городов на молодой планете, — металлические оттенки в голосе Клеона заставили Гринлоу резко вздрогнуть.

Внутренняя интуиция академика подсказала с первого раза, что когда Клеон впадает в странное гипнотическое состояние, не стоит ничего говорить или мешать. Гринлоу незаметно включил в кармане диктофон, понимая, что сам Клеон не может вспомнить то, что говорит в полном трансе.

На удивление Клеон молчал. Гринлоу посмотрел другу прямо в глаза, что заставило его вздрогнуть еще раз. Конечно, позже, академик убедит себя, что яркий солнечный свет, отражающийся от белого снега, создал иллюзию.

В то же момент он не мог оторваться от глаз Клеона. Мелкие стальные вкрапления, образующие странный узор вокруг зрачков Клеона, всегда вызывали удивление. Только застыл Гринлоу не потому, что удивился редкой глазной аномалии. Очень быстро блестящие точки сливались, и через доли секунды сплошная титановая пластина закрыла и зрачки, и белковую оболочку глаз.

Пребывая в полном трансе Клеон обвел блестящими глазами все двенадцать огромных стел, поднял глаза наверх и резко взметнул прямо вверх левую руку, вытянув пальцы. Серебристый искрящийся луч соединился с рукой, и все пространство между стелами накрыло почти заметным куполом, состоящим из миллионов мерцающих разноцветных и жемчужных линий, сплетающихся в диковинные узоры. Лучи непередаваемо ярких разных цветов быстро перемещались по внутренней окружности купола, жемчужные линии наращивали скорость и плотность. Очень быстро огромная полукруглая оболочка, соединившая все белые колонны, стала почти непроницаемым.

«Защитное устройство, — несмотря на полное оцепенение Гринлоу все же был профессиональным исследователем и мысли мелькали одна за другой. — Стелы из «жемчужного доломита», как назвал это Клеон, отражают неизвестную энергию и образуется непроницаемое покрытие. Что же находилось тогда в центре? Не мог же здесь постоянно стоять человек с вытянутой рукой?».

Удивительное видение длилось секунды, неожиданно Клеон резко опустил руку, и вокруг снова стояли поблескивающие под ярким солнечным светом странные высокие столбы. Гринлоу сдержался, чтобы ничего не сказать, прекрасно понимая, что эти секунды просто выпали из памяти Клеона.

— Холодно уже, наступает вечер, — насколько мог спокойным голосом сказал Гринлоу. — Пойдем, ничего нового мы сегодня не откроем.

— Согласен, — кивнул Клеон и пошел за академиком по направлению к переездной лаборатории. — Завтра подумаем, что еще можно сделать. Может понадобиться более мощное оборудование для раскопок. Я позвоню Павлу, он точно выделит денег, сколько я попрошу.

«Хотел бы я знать, какое оборудование подойдет для измерения появления из воздуха прочного защитного купола?», — промелькнуло в голове Гринлоу.

— Конечно, Клеон, — вслух сказал академик. — Давай отдохнем, хорошенько выспимся, и завтра решим, что еще можно сделать.

В эту ночь Клеона снова снились яркие светлые сны.

* * *

Он стоял внутри огромного круга, залитого искрящимся жемчужным светом. Все вокруг было другим. Сны по определению и должны отличаться от реальности, только окружающая обстановка не вписывалась даже в понятие сновидения. Клеон озирался по сторонам, пытаясь понять, что происходит.

Как он оказался посреди ночи между огромными стелами? Лунатизмом Клеон никогда не страдал, да происходящее казалось слишком реальным.

«Сильно отличается от того, что мы видели днем, — быстро промелькнула мысль. — Стелы сверкают намного ярче, да и освещение какое-то странное».

Слабый отблеск поверх белых столбов, который заметил Гринлоу, был только началом формирования защитного купола. Клеон не мог оторваться от переливающейся сотнями ярких цветов плотной защитной оболочки, закрывавшей все пространство между высокими прямоугольными стелами.

Сплошная пелена мерцающего света из миллионов сверкающих линий, соединяла высокие колонны наподобие стен. Кристальные пластины тянулись вверх и сливались с жемчужным куполом. В результате круг диаметром триста метров надежно закрывало плотной пеленой сильного излучения.

Движение разноцветных искрящихся лучей и потоков жемчужного света не останавливалось ни на секунду. Удивительно, что молниеносное перемещение ярких потоков не раздражало взгляд. Наоборот. Возникало ощущение райского блаженства.

Он попытался сделать несколько шагов, подсознательно стараясь занять место в центре в круге, и с удивлением посмотрел себе под ноги. Привычного покрова льда и снега не было. Под ногами ощущалась твердая поверхность.

Клеон пристально смотрел на кристаллическое основание, на котором стоял, под которым на огромной скорости метались разноцветные сверкающие линии, сливаясь с жемчужными струйками света. Он сделал осторожный шаг, затем с силой наступил на поверхность, кажущуюся неимоверно хрупкой.

«Уникальная прочность кристального покрытия, — мозг продолжал выполнять свою работу по оценке незнакомой обстановки. — Похоже на стеклянное море. Как интересно под поверхностью перемещаются потоки света на огромной скорости? И почему свет настолько яркий?».

Изумрудные, аметистовые, рубиновые, аквамариновые, ярко-розовые, красно-желтые, оранжево-голубые линии сливались в диковинном танце. Он в жизни не видел и десятой части таких цветов и оттенков.