Концессия: Здесь обитают драконы. Туда, но не обратно. Пришел, увидел, поселился - Александр Павлович Быченин

барабанчиком бумажку с моим именем. Даже привстал с табуретки от возбуждения, пролив сок на пол – всеми остальными «деликатесами» я пренебрёг. Про адреналин и колотящееся сердце и вовсе промолчу – как моторчик из груди не выпрыгнул за те секунды, что ушли на определение моего соперника, сам не понимаю. Да и потом ведущий церемонии, как мне показалось, нарочито медленно её разворачивал, вчитывался в накарябанные от руки строки и добрых полминуты выдерживал приличествующую случаю паузу. Однако уже и народ на трибунах начал возмущённо гудеть, так что пришлось рефери таки озвучить выпавшего бойца:

– Дьо-о-о-о-огу Ма-а-а-а-аседа!

Ф-фух! Прямо гора с плеч! Повезло, получается? Впрочем, не я один так считал. Судя по просветлевшему взгляду Дьогу, он обрадовался ничуть не меньше. Да оно и верно – что бы я там ни плёл соседу, капоэйра как прикладное единоборство на меня пока что особого впечатления не произвела. Как я там Вове про Алехандро говорил? Он делает ровно то, что позволяет противник. Очень сомневаюсь, что против Пепе подобные наскоки прокатят. Хотя зрелищности у стиля не отнять. Я бы, пожалуй, приобщился, найдись у меня свободное время и толковый инструктор. Так что в этом аспекте я не лукавил. Крайне любопытная методика. А пластика?! Почти как танцы. Но это всё, конечно же, потом. И исключительно для расширения бойцовского кругозора. А на текущий момент задача ровно одна – выйти в финал. Выйду, а там посмотрим…

Ну и да, реакция участников второго полуфинала оказалась прямо противоположной: боец бразильского джиу-джитсу по имени Гектор Оливейра разочарованно хлопнул себя по ляжке и побледнел, а Пепе… еле заметно скривил рот в усмешке, ничем более не выдав своей кровожадной радости. Тоже, видимо, не особо горел желанием пересекаться со мной раньше финала. А, ещё правой рукой дёрнул непроизвольно, ровно так же, как и вчера утром после нашей несостоявшейся драки.

Ну а поскольку жеребьёвка завершилась минут за пятнадцать до начала первого полуфинала, то и прохлаждаться долго не пришлось – я едва успел унять сердцебиение и немного продышаться, как меня вызвали в ринг. Странно, кстати, что так мало времени дали заинтересованным лицам, чтобы сделать ставки, но организаторам, опять же, виднее. И потом, большинство с предпочтениями наверняка за первые два круга определились, там длительных пауз было столько, что можно раз десять передумать.

К моему удивлению, представлять бойцов рефери не стал, а сразу же перешёл к делу:

– Готов?!

Я кивнул и отшагнул назад, к верёвке.

– Готов?!

Противник отзеркалил мои действия.

– Начали!

* * *

Там же, тогда же

Дьогу Маседа, как выяснилось в первые же секунды поединка, из моих предыдущих боёв необходимые выводы сделал, а потому даже не пытался одолеть меня с молодецкого наскока. Впрочем, как и я – вместо этого мы неторопливо сместились ближе к центру ринга и принялись осторожно кружить на этом относительно небольшом пятачке, не особо стремясь обострить ситуацию. Единственное, если я двигался экономным приставным шагом, готовый в любой момент сорваться в челнок – хоть вперёд, хоть назад, – то Дьогу реально танцевал! Под впечатлением от увиденного я даже вспомнил, как это дело называется – жинга. Самое базовое движение в капоэйре. Плюс всякие развороты, скольжения и перескоки, но не абы какие, а вполне себе функциональные с точки зрения ухода от ударов по верхнему уровню. А в один прекрасный момент он таки выбросил в мою сторону ногу – повторил тот самый ура-маваси с вращением и опорой на руки. Правда, я от него с лёгкостью ушел тем самым челноком назад, равно как и от ура-микадзуки, а вернувшись на исходную позицию, и сам выбросил маэ-гери в скольжении, да ещё и в варианте кекоми, то есть пронзающий. И неожиданно для себя самого попал, правда, немного не так, как рассчитывал: вместо того, чтобы ударить пяткой в грудь, угодил подушечками пальцев в низ живота, аккурат в лобковую кость. Ещё чуть ниже, и вышел бы запрещённый удар в пах. Но и так ничего хорошего, судя по скривившейся физиономии оппонента. Да и на ногах он не удержался, рухнул на пятую точку и немного на ней проехался, прежде чем сумел подняться. Разогнулся, правда, далеко не сразу, из чего я сделал вывод, что всю разрушительную мощь гери-вадза, то бишь техники ударов ногами из традиционных японских будо, Дьогу на себе прочувствовал в полной мере. Да оно и немудрено – я же ведь не просто «щёлкнул» ногой, я ещё и таз вперед подал, вложив не только массу, но и кинетическую энергию. Если бы не ударная поверхность, то скорее тайский «тип» получился, а не маэ-гери. Но это если подходить с каратешными мерками. А если учесть, что Игараси учил меня дзю-зюцу, то там такой вариант имеет место быть наряду со всеми остальными, более традиционными. В любом случае, получилось неплохо – противник, вынужденный перебарывать боль, уже не противник, а лишь половина от него. Сейчас начнёт ещё больше осторожничать и дёргаться, так что поймать его на финт труда не составит.

Собственно, именно так и вышло: удостоверившись, что в атаку Дьогу больше не лезет, хоть и продолжает отплясывать жингу, я принялся «раздёргивать» его стандартным даже не боксёрским, а сётокановским челноком, и в конце концов спровоцировал на необдуманный ответ аналогом моего же маэ-гери кекоми, или, если хотите, фронт-кика. Как раз чего-то такого я и ожидал – обжёгшись на размашистых круговых ударах, мой оппонент решил попробовать более прямолинейные атаки. Ну а поскольку с ударной техникой рук дела у него обстояли далеко не лучшим образом, то вариантов не особо и много. Мне даже неважно было, какой ногой он ударит – всё едино, что правой, что левой. Просто потому, что в челноке я работал из правосторонней стойки, и, соответственно, ушёл влево – Игараси-сама называл такой манёвр «тая-сабаки» – ответив правым йоко-гери точно в рёбра, благо довольно низкая капоэйристская стойка это позволяла. Как там сенсей говорил? Не бей высоко, Генри-кун, бей в средний уровень – такие удары быстры, точны и рациональны. Ну и самые дальнобойные они, так-то. Про силу вообще молчу. А тут ещё попал крайне удачно – повезло пареньку, если трещинами отделался. Впрочем, судя по тому, как Дьогу плюхнулся на бок и скрючился, прижав локоть к телу, как минимум одно ребро я ему сломал. Собственно, на этом можно было считать бой завершённым – я даже не стал развивать атаку, хоть и имел на это полное право, поскольку правила запрет на добивание лежачего не предусматривали.