Как по заказу 1-6 - Сергей Александрович Плотников

действительности прошёл, я вдруг почувствовал, что смотрю на весь этот калейдоскоп со стороны. Да, меня по-прежнему пронимали образцы вооружения и снаряжения у охотников, живого и неживого — прежде всего своей ценой, а потом уже предполагаемыми характеристиками. Но… Ещё вчера я отчетливо понял, что не готов променять университетские знания на крутые игрушки, а возможность самостоятельно выбирать, чем заняться — на поток золотых кругляшей. Которые конкретно в Рении, кстати, Повелители Жизни разрешили заменить на банковские расписки и открыли под это дело специальное казначейство: надо полагать, чтобы лучшие люди республики случайно не надорвались, пытаясь дотащить пару сотен килограмм жёлтого металла до оружейника или казино…

Я слушал звуки живого оркестра из раскрытой двери «моего» кафе, и всё крепче убеждался в мысли, что тихий голос Роны под перебор струн банджо мне ничего не заменит. И спину я охотнее доверю не натренированному до совершенства рабу-«танку» в тяжёлых латах (здесь на аренах продавали «мясо» именно такого уровня), не способному предать, а Маше. И не потому, что она будущий паладин, а потому, что она входит в мою семью. И, пожалуй, предложи мне кто на выбор отдых на недельку в Рении за чужой счёт, я бы отказался. Лучше изучу что-нибудь потенциально полезное, библиотека в Нессарии, даже с учётом моего ограничения по уровню доступа, была совершенно бескрайней в плане доступной литературы. Нет, золото, конечно, нужно — и побольше, желательно. Но деньги — это всего лишь средство для достижения целей, одно из. А цель у меня…

Я зажмурился, стараясь отрешиться и от гомона уличной толпы, и от красивой, но отвлекающей мелодии, от доносящегося от моей кружки с кофе запаха. Проверенный способ, ему меня обучил самый первый коучер, нанятый директором на первой после института работе. Тогда приглашать тренеров и консультантов для повышения квалификации продавцов только-только входило в моду, а «учителя» для персонала делились на изрекающих прописные истины мошенников (зато по «супер-западной методике»!) и редких действительно профессионалов, ещё не дерущих заоблачные гонорары. Мне повезло. Мужик до того был практикующим психологом, а до того — психиатром, и мог не только произносить трескучие фразы, но и понимал, как предлагаемые им методы работают.

Мотивация в виде дополнительных денег за хорошо и вовремя выполненную работу — казалось бы, очень эффективный инструмент. Но вот парадокс: в половине случаев введение такого пряника руководством ситуацию не исправляет, а в отдельных случаях может даже ухудшить*. Почему? Да потому, что положительный стимул сработает лишь тогда, когда для человека он действительно важен, и далеко не всегда в пирамиде приоритетов деньги стоят на первом месте. Вот такой замечательный выверт нашего сознания. Прежде чем думать о мотивации, нужно понять, чем подчинённых мотивировать. И узнать это можно только от самих людей. Беда в том, что далеко не каждый человек знает и может внятно объяснить, чего он, собственно, хочет.

Метод, которому меня когда-то научили, эффективен, хоть и прост. Нужно закрыть глаза, мысленно представить перед собой белую поверхность и сказать себе: «это туман, и сейчас он рассеется. А за ним — то, к чему я стремлюсь». Ну или как вариант «что я хочу», «моя мечта» или что-то подобное. Ещё можно представить белый лист и нарисовать на нём желаемое — кому как проще, вплоть до белого экрана телевизора. Но я всегда представлял именно туман. Итак…

[*Если человек понимает, что не может добиться премии по субъективным или объективным причинам, то он и свой базовый объём работы будет делать спустя рукава. А зачем стараться, если всё равно больше не заплатят?]

…Дом, который проступил через дымку, чем-то напоминал мой коттедж в Миракии: два этажа, простая крыша, окна в мансарде. Стоял он то ли на холме, то ли на поляне: пейзаж то и дело затягивало белизной, из неё проступала то излучина реки, то лес, то ещё какая-то пастораль вроде далёких гор. Как и советовал коучер, я сосредоточился на деталях: ведь именно из них складывается картинка. И вздрогнул, услышав детский смех. Он словно разбил вязкую тишину, видение наполнилось звуками: шелестом ветра, щебетанием птиц, голосами… и умиротворяющим спокойствием. Коттедж разом приблизился и одновременно словно выпал из фокуса, зато я увидел на веранде Рону, возящуюся с вазой для цветов, а потом и Машу. Светлый рыцарь наконец-то променяла камзолы и доспехи на платье, которое ей очень шло, волосы отросли и спадали на плечи мягкой волной, у ног крутилась пытающаяся поймать подол юбки то ли собака, то ли кошка. Взгляд захватил полупустые книжные полки за спиной у девушки, не растопленный камин, кресло… в котором я к своему удивлению обнаружил забравшуюся с ногами Таню. Скрипнула дверь и в комнату вбежал ребёнок — наверно, тот самый, что смеялся. Если девушек я видел очень чётко, а остальные образы были лишь словно подёрнуты маревом, то малыш лет шести никак не хотел проявляться до конца. Зато именно он «заметил» меня, радостно замахал рукой. Мне ещё показалось, что я слышу ещё один женский голос, похожий на голос Миланы…

Ч-чёрт. Пришлось проморгаться, пытаясь изгнать из поля зрения фантомные жёлтые круги: слишком сильно сжал веки. Провёл рукой по лицу, стирая выступившую из уголков глаз влагу. Только сейчас понял, как же меня достала эта вечная гонка со временем… Так, допустим, свою цель, свою мечту я увидел. Теперь осталось понять, что же я такое, собственно, разглядел. Этому меня уже не учили, сам прочёл в одной «научно-популярной» книжке по «психологии», типа «разобраться в себе для чайников» или что-то такое. Именно что в кавычках: одно время увлекался ими, но быстро понял, что содержимое к психологии относится примерно так же, как самоучитель для рисования к картинам в галерее. Лучше бы лекции у кого из институтских знакомых стрельнул — вроде их даже кто-то записывал, а я тогда ещё не растерял все контакты с одногруппниками… Но кое-что полезное я тогда из купленной макулатуры вынес. Собственно, потому я так и хотел добраться до настоящих знаний уже тут. Но — не срослось…

Дом. Дом — это не только собственно здание, это символ. Уюта, своего места, убежища. Которого у меня считай и нет — миракийский коттедж так и остался для меня местом временного ночлега в поездке вместо гостиницы, а квартира в Нессарии скорее претендует на звание проходного двора, чем дома.

Девушки — ну понятно. Они — это они и есть. Удивительно, что моё подсознание уже записало в свою семью ушастую напарницу… с