Размышления русского боксёра в токийской академии - Семён Афанасьев

— А по-прежнему ли сильный мужчина с ней? Или уже какой-то обрюзгший старый слизняк? Не способный управлять даже личным ребёнком?

— Ты перегибаешь, — зло уронил Ватару, неприязненно глядя на младшую жену.

— Тебе не стоит сейчас оставаться одному, — неожиданно мягко предложила та. — Приедешь к нам? Или мы быстро соберёмся и поедем к тебе?

— Скоро буду, — проворчал финансист, разрывая соединение.

— Ты ж говорила, мне надо держаться от него подальше? — как ни в чём ни бывало, с любопытством поинтересовалась Вака. — А сама тащишь его сюда? При мне? — она задумчиво провела свободной ладонью от шеи до живота, намекая новой приятельнице на вполне определенные нюансы.

— А ничего не будет, — уверенно заявила Кога. — Между вами, сейчас… Вот увидишь.

* * *

Там же, через некоторое время.

— Вот ты хитрожопая, — нейтрально констатировала Коюме, сбрасывая с себя хлопковый халат онсена и открывая шкафчик с одеждой в специальной комнате.

— Я умная, — довольно прикрыла глаза Мивако, удерживая в руках одежду Ваки. — Растерянность. Чувство вины. В такие моменты из него можно веревки вить. Просто я его знаю… Справишься?

— Да кто ж его знает, — вздохнула пиарщица. — По идее, парень не давал повода думать, что может наплевать на договорённости.

— Ну, отцу же перед выборами заявил, — фыркнула секретарша, с нечитаемым взглядом наблюдая, как её собеседница застегивает спереди одежду.

— А у кого друг перед другом обязательств больше? У отца перед сыном? Или наоборот? — парировала менеджер.

— М-м-м, смотря с какой стороны, — мгновенно задумалась Мивако. — Если с точки зрения морали, то, конечно, у сына перед отцом. А вот…

— А вот если с точки зрения закона, то вовсе даже и наоборот, — многозначительно подняла бровь более высокая Вака. — И этот сынишка ваш, насколько я его поняла, с точки зрения закона, по своим европейским правилам, мыслит как бы не чаще!

— Бог в помощь! — открещиваясь, подняла вверх пустые ладони Кога. — Если ТЫ знаешь, как подступиться к проблеме…

— Ну, не убедить шестнадцатилетнего парня будет совсем уж грустно, — непритворно вздохнула Коюме. — Тем более, демонстрируя ему свою искреннюю симпатию. К-хм.

— Он тебе нравится?! Или для карьеры?! — мгновенно вцепилась в последнее слово младшая сестра оябуна.

— Карьера у меня в любом месте будет удачной и стремительной. Согласна? — Вака улыбнулась как-то неожиданно мудро и по-взрослому.

Настолько, что Мивако, насупившись, тут же отвела взгляд.

* * *

— Спасибо! — сияющая Икару похлопала себя по животу и откинулась на подушки.

— Ой, да завязывай, — недовольно нахмурился Асада. — Было бы за что…

— Самооценка? — отличница весело кивнула подруге, глазами указывая на парня. — Занижена? Из-за предыдущего жизненного периода, нет?

— Местами, — Цубаса, с хрустом разгрызая третье яблоко, согласилась лишь отчасти. — Но это не оно.

— Да ну?!

— Угу, — компетентно кивнула красноволосая, поворачивая яблоко перед собой и примеряясь, чтобы укусить его с другого боку. — У него заниженная самооценка регулярно компенсируется самоиронией. Я прям как запала — до сих пор тащусь.

— Хм. А ведь да, — Иока по-новому и задумчиво посмотрела на блондина. — Я сформулировать не могла! Он действительно как-то по-взрослому, без пены изо рта, всё это воспринимает! Не доказывает никогда ничего никому. Ну, почти. Хм?

— Мудрость приходит с годами и с проигранными сражениями, — философски вздохнул Асада, продолжая разделывать очень узким и маленьким ножом средних размеров кальмара.

Стараясь не забрызгать при этом пространство вокруг крошечной раковины.

— Уверен? — Кимишима, забросив в рот остатки яблока вместе с огрызком, нависла над плечом одноклассника. — Давай я?!

— Не-е-е, мне надо практиковаться, — не согласился тот. — Вы-то и так сумеете. А я в жизни не делал. Вкусно? — он оценивающе посмотрел на несколько пакетов с морепродуктами.

По его звонку, коллеги с рыболовного промысла отправили ему круглосуточным курьером несколько наименований, отчёркнутых в списке Цубасой.

Буквально по половине килограмма, но сразу несколько пакетов: кальмар, лосось, тунец, осьминог…

Бывшая курсант информационной академии, пока везли еду, не доверяя никому, через забор клиники сбегала до ближайшего гипермаркета.

Несколько приправ, саморазогревающийся рис, одноразовые палочки и такие же плошки — и трое учащихся Тамагава ужинали прямо в палате.

— Никогда не ел столько сырой рыбы, — заметил Маса, бросая несъедобные остатки головоногого в специальный пакет.

— Зря, — синхронно пожали плечами девочки.

— Вкусно. Полезно. Недешево. — Продолжила Цубаса, задумчиво выбирая между ещё одним яблоком и упаковкой с финиками.

— Ты просто не настолько японец, каким искренне себя считаешь, — деликатно обозначила намек Икару. Затем махнула рукой и, не сдерживаясь, заржала вслух. — Это всё большую часть жизни коренные японцы так и едят не термообработанным!

— Угу, — Кимишима решительно выхватила из пачки самый большой финик. — Так вот и сыпятся иностранные шпионы, неудачно притворяющийся японцами!

Маса, по личной простоте и складу характера, решительно исполнил заказ девочек на морепродукты (и щедро добавил к единственному наименованию от них многое от себя).

Но после этого, доведя подруг до колик в животе из-за смеха, он минут десять порывался проявить техническую смекалку — и, за счёт миниатюрной разделки, нажарить всё полученное на электролампочке (в палате медицинского учреждения, помимо энергосберегающих, были и два сета со старыми добрыми лампами накаливания — это светловолосый каким-то образом приметил с ходу).

— Просто я технически грамотный и мало ел сырого, — неуступчиво нахмурился парень. — А жарить в больнице, кроме лампочки, больше не на чем.

Икару и Цубаса, переглянувшись, захихикали очередной раз.

— Мы тебя и такого любим, — напомнила красноволосая.

— А что. Экзотика, решительность, нестандартность — прикольно же! — сквозь всхлипы добавила отличница. — А если серьёзно, то большое спасибо.

— Да ладно, — довольно прищурился блондин. — Это мой мужской долг, ага.

— Народ, мне уже домой пора, — виновато вздохнула Цубаса, с тоской глядя на настенные часы.

— Маса, ты со мной ночуешь? — Икару указала взглядом на вторую кровать.

Медицинская техника, в сочетании с пятиэтапной программой концентратора, позволили ей сейчас уже полноценно сидеть на кровати.

— Да я к Длинному на беседу, — задумчиво ответил подросток. — Там не знаю, как пойдёт.

— Можешь вернуться в любое время, — решительно дёрнула подбородком Иока. — Через заборы вы отлично лазаете и по ночам; а в моей палате для тебя всегда есть место.

— Ладно, тогда на метро вместе? — Кимишима, явно преодолевая внутреннее сопротивление, хлопнула себя ладонями по коленям и решительно поднялась со стула.

— Э-э-э, а это куда всё?! — Асада задумчиво глядел на морепродукты на своих коленях. — Я думал, всё сожрем?

— Не за один раз, — рассудительно сказала отличница. — Брось вон в холодильник?! А завтра, если что, в школу с собой возьмём на перекус? Одноразовых контейнеров там, на нижней полке, тоже хватает. Вы же за мной утром заедете?