"Фантастика 2026-43". Компиляция. Книги 1-21 - Павел Смолин

— Председатель объявил негласную войну повязанным с Западом Комсомольским элитам, — на правах держащего нос по ветру партийца негромко поведал Чень Хуасянь. — Китай стараниями Партии стал слишком могущественным, и нас начинают бояться прежние хозяева старого миропорядка. Америка не первый год накачивает себя пропагандой, в которой прямо объявляет Поднебесную врагом номер один. Это не может не вызывать справедливой реакции, и в свете начавшейся эскалации Председатель и Политбюро прилагают огромные усилия по выявлению и остранению от рычагов управления агентов Запада. Их, к счастью, не так много, и они — наследие десятков лет экономического сотрудничества с Западом.

— Дядюшка Вэньхуа говорит, что могущество государства способен сохранить только суверенитет и прилагающаяся к нему способность отстаивать национальные интересы, — чисто из вежливости поддержал я разговор.

Мне ли не пофигу на войны Председателя? Я с Комсомолом взаимодействую по-другому и с другой, образцово-показательной его частью, почти не соприкасаясь с запертыми в недрах Пекинской штаб-квартиры «агентами Запада».

Имя точке нашего сегодняшнего интереса в свое время дал Мао Цзэдун: «Назовем его Домом народных собраний, потому что он принадлежит народу!» — это мне рассказал сегодня утром Фу Шуньшуй, который тщетно пытался скрыть великое расстройство тем, что его начальство не озаботилось «билетиком» на встречу с Си Цзиньпином для него. Этим же я обосновал передачу своего «плюса» Ченю Хуасяню: если начальство уважаемого «куратора» решило, что тому не положено, значит не мне это оспаривать. Фу Шуньшуй на меня за это затаит, но будет держать лицо, вслух расписываясь в понимании и даже одобрении моего нежелания давать ему билет.

— Уважаемый Вэньхуа Ван — мудрый человек, — хватил маху чиновник. — Надеюсь, если я охарактеризую его как образец носителя глубинных чаяний народов Поднебесной, это не прозвучит оскорбительно.

— Ни в коем случае, — успокоил его я.

Дядюшка действительно тот еще «глубинарий» в не самом лучшем смысле этого слова.

Показав документы оцеплению, мы получили право заехать на подземную парковку под Домом народных собраний. Иллюзий я не питаю: не того я масштаба деятель, чтобы целый Председатель общался со мной один на один, но второй ряд и право на комфортную, подземную парковку себе заслужить успел — такой чести удостоились сильно не все. Наша сборная по футболу, например, благополучно продувшая в полуфинале чемпионата, вынуждена пользоваться общечеловеческой, наземной парковкой, а сидеть аж в седьмом ряду от Председателя.

Государства — штука древняя, и в числе его инструментов есть веками отработанные механизмы наделения «возвышающегося» гражданина мелкими, но системными и без сомнения приятными привилегиями. Это служит «отсечками» карьерных этапов, и вызывает у «возвышающегося» чисто биологическую зависимость, вызывая желание карабкаться выше и выше. Единожды отведав растущих на «лестнице в небо» плодов, уже совсем не хочется лишаться доступа к ним — теперь я гораздо лучше понимаю величину личной трагедии, которую довелось пережить павшему с самого верха Ван Ксу.

Для Китая, даже если ты «избранный» по типу меня, это не означает отсутствия вокруг других «избранных» — подземная парковка была набита битком, и я не без удовольствия здоровался со знакомыми по предыдущим массовым мероприятиям спортсменами и функционерами, знакомился с того желающими доселе незнакомцами и впервые вживую виделся с партнерами по переписке в соцсетях — ее я и мои «сетевики» ведем активно, и в списке контактов у меня ныне сотни китайских знаменитостей от всех подряд сфер человеческой деятельности. Большинство, понятное дело, интересуют перспективы «подружить» к своей выгоде, но хватает и таких, кому от меня на удивление ничего не нужно кроме простого человеческого общения — сильно обогнав на социальной лестнице всех старых знакомых, теперь юноши и девушки пытаются найти друзей «вровень». Не потому что они такие зазнайки, а потому что хочется обсудить и помериться тем, что прилагается к новому высокому статусу со всеми нюансами и проблемами.

Мне в этом плане здорово — у меня есть весьма прошаренные и популярные члены семьи, а еще у меня нет никаких проблем со «взрослым» окружением — я чувствую себя мужиком средних лет, и с ровесниками мне откровенно скучно.

Отстояв длинную очередь к лифту, мы показали документы охране и получили право подняться над уровнем земли в плотно набитой кабине. Вместимость главного зала Дома — семь тысяч человек, и сегодня эта «квота» выбрана без остатка. Председатель — человек занятой, поэтому стремится «окормлять» как можно больше подданных за раз. В последний раз пришлось показать документы на входе в зал, если, конечно,

Си Цзиньпина пришлось ждать почти час. Набившийся в зал народ наполнял помещение шелестом неразборчивых разговоров, бульканьем фляжек и бутылок — употребляющие алкоголь практически отсутствуют, потому что надраться пред очами Председателя это верный способ потерять лицо и загубить карьеру — и шорохами пакетиков с закусками. Подавляющее большинство время от времени тоскливо мяли пачки и сигареты, страдая от невозможности выйти покурить — Председатель может нагрянуть в любой момент, и в зал после появления уже никого не пустят.

Имелось здесь и то, что никогда не попадет на трансляцию: наверху, из «бойниц» технических и специально для этого предусмотренных отнорков, ненавязчиво торчали вороненые стволы винтовок. С моего места было немного видно правый кусочек закулисья сцены, где стоял пяток вооруженных пистолетами и снабженных наушниками в ушах охранников. Это тоже не покажут.

На пятьдесят шестой минуте радостного — все-таки не каждый день Председателя видишь! — ожидания место в центре установленных на сцене, украшенных цветами столами-трибун, где с самого начала сидели подчиненные Председателя, получило своего встреченного бурными овациями и поклонами владельца. Уж не знаю, то ли врожденное азиатское чинопочитание исказило мой взор, то ли на самом деле от спокойно и размеренно читающего «с листа» добрые слова в наш адрес и о важности спорта Си Цзиньпина исходила вызывающая трепет аура.

Все-таки влияет китайское коллективное бессознательное — и на обычных людей, и на тех, кто ими правит. Многотысячелетняя традиция плавит Си Цзиньпина еще мощнее, чем вверенный ему Партией народ: людей—то полтора лярда, а он — один. Даже не представляю, чего ему стоит сопротивляться навязчивому желанию проводить заседания Политбюро сидя в кровати в одном исподнем и сохранять остатки личности и самокритики под напором бесконечного потока лести от окружающих. Кто-то только посмеется от этаких «проблем», но я нескромно предположу, что недалек от истины.

Мероприятие закончилось спустя жалкие сорок минут — после Председателя выступили Министр спорта, после него — совсем коротко — главы спортивных Ассоциаций, померившись успехами («Студент Цинхуа Ван Ван