Трон Войны - Guiltythree

Санни мрачно наблюдал за ходом сражения, чувствуя, как удушающая ярость охватывает его при виде бессмысленной гибели стольких людей. Но он ничего не мог сделать, чтобы остановить позорное злодеяние, творящееся прямо на его глазах… нет, это было ложью.

Санни мог сделать многое.

Он мог создать мост из теней, достаточно широкий, чтобы по нему могли пройти тысячи дополнительных солдат. Он мог послать своих Теней, чтобы те сломали стены крепости. Он мог приказать армии отступить и не подчиняться приказам Короля.

Но что тогда?

Если бы он использовал свои силы, то дал бы Святым Сонг возможность, в свою очередь, высвободить свои. Конечно, Санни мог бы дать им всем хороший бой… но сколько солдат станут побочным ущербом в столкновении Трансцендентных сил?

А преждевременное восстание против Короля Мечей стоило бы Санни жизни и сделало бы свержение Суверенов гораздо более трудным, если не совсем невозможным.

Поэтому ему оставалось лишь скрежетать зубами, оттягивать время и терпеть ядовитое чувство гнева.

«Сколько ещё?»

Он знал, что Король Мечей внимательно наблюдает за малым переходом. Далеко не только Кэсси снабжала его информацией. Поэтому Санни не мог закончить битву, пока не станет ясно, что у сил Домена Мечей нет шансов на победу.

А солдаты… какими бы удручёнными и разочарованными они ни были, они всё равно сражались доблестно. Они стремились к победе всем сердцем, и не в последнюю очередь потому, что победа казалась им единственным спасением.

«Проклятье».

Скрывая лицо за Маской Ткача, Санни молча наблюдал за битвой.

В конце концов кровопролитие стало слишком страшным, и импульс штурма был сломлен.

У него появилось оправдание.

«Отступление!»

Где-то вдалеке штурм Главной Крепости тоже заканчивался смертельным тупиком. Ворота крепости выдержали удары специально зачарованного осадного тарана, и ни одной из трёх атакующих сил не удалось создать устойчивый плацдарм на крепостных стенах.

Остров Слоновой Кости тоже был вынужден отступить: его заполонили рабы Повелительницы Зверей и угрожали захватить воины Сонг.

Это было ещё одно поражение.

«Проклятье, проклятье, проклятье!»

Полный негодования, Санни отвернулся от жуткой сцены битвы и пошёл прочь.

Вскоре бой закончился, и он скрылся в своём шатре.

Он знал, что Анвил не удовлетворится двумя неудачными штурмами… тем более что второй был гораздо более смертоносным для Армии Сонг, чем первый.

Будет и третий штурм, и четвёртый, и пятый…

Пока одна из сторон не сломается.

…Именно в тот момент, когда Санни перебирал в уме события битвы и придумывал, как в следующий раз свести потери к минимуму, к его шатру кто-то подошёл.

Раздался вежливый стук, и внутрь медленно вошёл человек в алом плаще королевского клана.

Санни холодно посмотрел на него из-под маски.

«Что?»

Мужчина поклонился и произнёс почтительным тоном:

«Лорд Тень, сэр. Король прислал вам особый приказ…»

Глава 2077

Фрагменты войны (14)

Армия Меча обрушилась на два перехода, словно приливная волна.

И так же, как волна, она снова и снова отступала, не в силах прорвать неприступный барьер. Даже прибытие Острова Слоновой Кости не смогло прорвать оборону укрепившейся Армии Сонг — по крайней мере, пока. Число погибших среди защитников резко возросло, и каждый штурм обходился им всё дороже.

Но и потери среди нападавших были не менее страшными.

Осада превратилась в патовую ситуацию. С обеих сторон гибло бесчисленное множество солдат, и потери росли. Но ни одна из сторон не могла разгромить врага… ситуация просто продолжала бесконечно обостряться, и казалось, что скоро наступит переломный момент.

Из тех солдат, которым посчастливилось выжить, вырастали поистине бесстрашные воины. Война была похожа на горнило, в котором получались самые прочные сплавы, но твёрдую сталь можно было легко сломать.

У каждого был свой предел, и многие приближались к нему.

Рейн не знала, что происходит в лагере Армии Меча, но здесь, в Главной Крепости, настроение солдат достигло дна. Хотя они мучились меньше, чем те несчастные, которым пришлось штурмовать стены крепости под ливнем стрел, они всё равно чудовищно страдали. Люди умирали, получали страшные раны.

Пробуждённых целителей не хватало на всех, поэтому многие раненые получали лишь обычное лечение. Полевой госпиталь Армии Сонг с трудом справлялся с наплывом пациентов, его переполненные залы пронизывал смрад крови и отчаяния.

Рейн знала об этом, потому что в свободное время добровольно подрабатывала в госпитале медсестрой. И не только по доброте душевной, но и потому, что чувствовала себя горько бесполезной. Ведь она уже была не таким хорошим солдатом, учитывая её неспособность наносить смертельные раны врагам… даже если эти враги в это время зверски убивали её товарищей.

Поэтому Рейн хотела быть полезной своим товарищам каким-то другим способом. В такой большой армии, как Армия Сонг, было много дел, и многие из них не имели ничего общего с боем. Она не была готова просить Тамар об официальном переводе — а её подруга, несомненно, устроит это, если понадобится, — потому что не была готова бросить свою когорту. Но выкроить несколько часов, выполняя рутинную работу то тут, то там, было вполне возможно.

Полевой госпиталь был похож на яму смирения и отчаяния.

…В других частях крепости дела обстояли не лучше.

Моральный дух был низок, солдаты были измотаны — и морально, и физически. К их отчаянию, казалось, что конца ужасной осаде не предвидится. Она продолжалась день за днём, а враг извлекал уроки из каждого неудачного штурма и каждый раз применял всё более эффективные стратегии.

Конечно, солдаты Армии Сонг тоже учились. Они стали гораздо лучше разрушать импровизированные мосты и не позволять солдатам Армии Меча поднимать осадные лестницы. Они стали лучше защищаться от ударных десантников, спрыгивающих на поле боя с Острова Слоновой Кости, и многое другое.

Каждый урок был оплачен кровью.

Остатки центурии Тамар объединили с другой ротой и выделили ей деревянный барак. В нём солдаты отдыхали между сражениями, которые случались раз в несколько дней — последнее было особенно страшным, поэтому все медленно восстанавливали силы.

Как будто они вообще могли их восстановить.

Рейн вошла в барак и огляделась, изучая своих товарищей.

Некоторые сгрудились в углу и играли в карты. Игра должна была быть бурной и энергичной, но выглядела механической и безрадостной.

Некоторые занимались своим снаряжением или перевязывали мелкие царапины. Их взгляды были мрачными и отстранёнными.

Большинство же просто лежали на своих кроватях, не в силах заснуть, но и слишком истощённые, чтобы делать что-то ещё. Они просто смотрели в потолок впалыми глазами, безразличные к тому, что происходило вокруг.

По крайней мере, в