"Дорогой барон". Компиляция. Книги 1-41 - Сириус Дрейк

— Ваше Величество, авангард будет у берега через час двадцать. Десантные группы готовы.

— Хорошо, — Пётр не обернулся.

— Командиры наёмных батальонов запрашивают подтверждение тактической схемы. Первая волна атакует в лоб, вторая обходит с юга, третья…

— Пусть атакуют, как хотят, — перебил Пётр.

Адъютант моргнул.

— Простите, Ваше Величество?

— Я сказал: пусть атакуют, как хотят. Первая волна в лоб. Вторая в лоб. Третья в лоб. Какая разница, если мы превосходим их числом и силой.

— Но… тактическое преимущество…

Пётр наконец повернулся и посмотрел на адъютанта. Тот невольно сделал шаг назад.

— Мальчик, — тихо произнёс Пётр. — Ты когда-нибудь видел, как горит мусор?

— Ваше Величество?

— Мусор не нуждается в тактике. Его просто поджигают и все.

Адъютант побледнел. Открыл рот. Закрыл. Козырнул и ушёл.

Пётр снова повернулся к морю.

Ветер усилился. Впереди, за горизонтом, лежал Сахалин. Маленький остров, который стал занозой в его плане. Впрочем, полезной занозой.

Триста лет назад он создал Организацию. Тайную структуру, которая контролировала финансы, торговлю, разведку. Козырем была информация, которую они добывали теми путями, которыми не могли пользоваться легальные структуры. Инструмент власти. Идеальный механизм.

Сто лет назад механизм начал ржаветь. Внуки основателей обленились. Правнуки обнаглели. Организация из инструмента превратилась в паразита, который сосал ресурсы империи и не давал ничего взамен. Когда вернулся Петр, то он еще пытался чистить изнутри. Убирал лидеров, назначал новых, но бесполезно. Гниль была системной.

Тогда было принято одно верное решение: Организацию нужно уничтожить целиком. Но нельзя было сделать это своими руками. Империя зависела от структуры. Убрать её без замены означало обрушить экономику как минимум одной страны.

Поэтому он потратил некоторое время на подготовку. Создал параллельные торговые каналы по всей Европе, которая теперь так сильно зависела он Российской империи. Заключил тайные договоры с Азией. Перестроил финансовую систему так, чтобы она работала без Организации. Подготовил империю к жизни без паразита.

И когда всё было готово, оставалось последнее: уничтожить хорошо вооружённых людей, которые будут сражаться, как они думают, за еще большую власть и богатства. Болваны…

Сахалин стал идеальной ловушкой. Кузнецов. Нечто. Владимир. Все враги в одном месте. Организация рвётся в бой, потому что считает, что сражается за империю. На самом деле она сражается за право быть уничтоженной.

Пётр достал из внутреннего кармана конверт. Толстый, запечатанный тремя печатями. На нём одно слово, написанное его рукой: «Петру».

Он убрал конверт обратно.

Где-то на севере, невидимый за горизонтом, к Сахалину шёл Владимир Кузнецов с Нечто внутри. Пётр чувствовал его приближение. Как чувствовал приближение грозы, по вибрации в воздухе, по давлению в висках.

Два хищника шли к одной добыче. Они не были союзниками. Но оба знали, что медлить нельзя. Игла сломана, и теперь он смертен. И каждый час промедления мог стать последним.

— Ваше Величество, — адъютант вернулся. — Гвардия запрашивает приказ.

— Гвардия остаётся на кораблях, — ответил Пётр. — В бой не вступает.

— Но…

— Гвардия нужна не для войны. Гвардия нужна для того, что будет после.

Адъютант снова не понял. И снова козырнул.

Пётр Первый смотрел на восток. Через полтора часа начнётся. Наёмники пойдут на берег и умрут. Кузнецов их уничтожит. Или Нечто. Или оба. Результат одинаковый, двадцать тысяч паразитов перестанут существовать.

А потом он высадится сам.

Ветер нёс солёный запах моря и далёкий гул волн. Корабли шли ровным строем. На палубах наёмники проверяли оружие, не подозревая, что их ведут на убой.

— Давай, Кузнецов, посмотрим на что ты способен… — тихо произнёс Пётр Первый, повторяя слова, сказанные когда-то в пустом тронном зале.

* * *

Северное побережье Сахалина.

Одиннадцать тридцать.

Мы добрались до позиции за сорок минут. Данила гнал по разбитой дороге, не обращая внимания на ямы и колдобины. Машина прыгала, Есенин пытался почитать и шипел каждый раз, когда появлялась очередная яма. Эль клацал клювом от тряски. Васька лежал на сиденье и спал. Или делал вид, что спал.

Северный берег встретил нас влажным ветром со снегом. Серое море до горизонта. Низкие волны бились о промёрзший берег. Скалы по бокам, поросшие голым кустарником. Ни души на километры вокруг. Мирных жителей эвакуировали вчера, военных здесь не было: против Владимира с Нечто обычные солдаты бесполезны.

Я вышел из машины. Ветер тут же ударил в лицо. Холодный, сырой, пахнущий солью и водорослями.

— Лора, статус.

— Владимир в восьмидесяти километрах, движется по поверхности воды. Скорость стабильная. Прибытие через тридцать минут. Может, чуть раньше.

— Флот Петра?

— Аналогично. Западное побережье. Кутузов подтвердил готовность. Все на позициях.

Валера встал рядом и посмотрел на море. Корона над его головой едва мерцала, постепенно обрастая новыми узорами.

— Тридцать минут, — сказал он. — Давно я ни с кем не дрался по-настоящему. Последний раз дома. Там были ребята покрепче, конечно, но и тут должно быть интересно.

— Интересно, это когда в шахматы играешь, — заметил Есенин, убирая журнал во внутренний карман куртки. — А когда на тебя идёт одержимое существо, это не интересно. Это захватывающе!

— Вот это я понимаю, настрой! — рассмеялся Валера и отбил Есенину пятюню.

Святослав перелетел с его плеча на ближайший валун. Голубь сидел неподвижно, и смотрел на север.

Я отошёл к скалам. Васька аккуратно шел за мной по пятам.

— Лора, — мысленно позвал я. — Просмотри ещё раз план. Семь ударов. Последовательность. Углы. Всё.

— Уже просмотрела. Четырнадцать раз, — ответила она. — Первый удар в основание черепа. Ерх, смягчит удар. Отдача придет через полсекунды. Я начну компенсацию сразу. Второй удар в центр груди…

Она говорила, а я смотрел на холодное море. Где-то там, за горизонтом, к нам шло существо, которое могло уничтожить остров одним ударом.

Одиннадцать сорок пять.

Эль расправил крылья и вышел на край берега. Чёрная шубка и шапка-ушанка остались на камне. Без них он выглядел более… Пугающе, что-ли. Крупный чёрный гусь с красными глазами, от которого расходилось едва заметное темное свечение. Бог Войны. Верховный вампир. Губернатор Сахалина. Ну чистый винегрет их сил.

— Чувствуете? — спросил он.

Прислушавшись к себе, я понял о чем он. Давление нарастало, постепенно, но нарастало. Едва заметное, как головная боль в начале простуды.

— Он приближается, — подтвердила Лора. — Шестьдесят километров. Идёт быстрее, чем я рассчитывала. Прибытие через двадцать