Газлайтер. Компиляция. Том 1-41 - Григорий Володин

Владислав пожимает плечами:

— Ее Величество Камила сказала, что это как-то связано с брачными обязательствами какого-то обезьяна… но вдаваться в подробности не стала. Сказала лишь, что король Данила сам потом всё объяснит, если сочтет нужным.

Царь Борис кивает, принимая услышанное. Он ощутил, как гигантская жаба, а, что его душит, согнана напрочь. Тут уже и о своих интересах можно подумать всласть.

— Ну что, родичи? Кому там вторую «драконью шкуру» подавай? — триумфальным взором он обводит всех, особенно Кирилла и Константина. — А, может, вам разжевать сказанное? Так извольте! Раз Данила нам сообщил о своей находке, значит, неспроста. Значит, он готов делиться со мной тем, что сможет раздобыть в Эльдорадо. Иначе бы он просто молча работал на себя.

Он снова смотрит на зависших Константина и Кирилла:

— Ну что, торгаши, замолчали? — с усмешкой спрашивает Царь. — Довольны вы такой платой за лояльность будущего Консула?

Константин хмыкает:

— Боря, ты нас всё торгашами обзываешь, а сам светишься, как ночник.

— Ты следи, как с Царём разговариваешь, Костя, — отвечает царь Борис беззлобно, даже с лёгким удовлетворением.

На самом деле Царь доволен. Эльдорадо — мечта всего рода Львовых, многих поколений подряд. Сколько легенд ходило о том, что именно там культивируются Солнечные маги, в уединении создающие тайные техники и развивающие тот самый Дар, что есть у Львовых. И пусть Данила уже приоткрыл Львовым двери в Херувимию и конкретно к лордам Лунокрылым, здесь ставки куда выше и интерес гораздо глубже.

У Бориса нет сомнений, что мечта его рода наконец начнёт сбываться. В конце концов, именно Данила уже дарит им шкуры Золотого Дракона — то, что ещё совсем недавно тоже считалось недостижимой легендой.

Конечно, Царь Борис не знает, что именно даст Эльдорадо Львовым — новые техники, новый виток развития Солнечного Дара или нечто совершенно иное, выходящее за рамки привычного. Но в одном он уверен точно: Данила это устроит. Иначе он бы даже не заикался об Эльдорадо и не стал делиться подобной информацией.

Кирилл хмыкает и говорит, будто между делом:

— Слушай, Боря, а что там, кстати, насчёт сватовства в род Вещих-Филиновых? Кого там выбираем? А то сам знаешь, у меня дочурка младшенькая только-только подросла…

Вот как заговорил, серебролюбец прожжённый! Уже и речи нет о сомнениях и о непризнании «ублюдка Филиновых» над собой, всем Царством и Земным Шаром! Всего-то и понадобилось — намекнуть на усиление рода дарами легендарного Золотого города. Впрочем, Борис не слишком осуждает родича. Положа руку на сердце, у него и самого отлегло после слов об Эльдорадо. Что уж тут говорить — все мы не без греха, особенно когда на кону мечта целого рода.

Царь Борис усмехается:

— В очередь вставай, Кирюш, да только не обольщайся, что она когда-нибудь дойдёт до твоей Маруси. Мы продвигаем Олечку Валеры. А это, — он перекрестился, — путь долгий и тяжёлый.

Красный Влад тяжело вздыхает:

— Да уж… И когда Данила Консулом станет, всё только усложнится. Так что успеть бы до этого.

— Даст Бог, успеем, — отвечает Царь. Он всё же надеется, что Данила понимает: родство с Львовыми лишь усилит лояльность Царства и, как следствие, его позиции и возможности на Ассамблеях Лиги Империй.

* * *

— Сразу бы так, — улыбаюсь я, наблюдая, как хмурый седой гелионт убирает связь-артефакт в глубины своего балахона. Манера, кстати, до боли знакомая — точно такая же и у Организаторов. И я каждый раз искренне удивляюсь, где у них там вообще карманы нашиты.

Вот у Гвиневры, например, балахон подогнан чётко по фигуре, ничего лишнего не торчит, кроме положенного женского, а она всё равно умудрялась доставать оттуда то артефакты, то какие-то штуки, то ещё невесть что. Загадка, да и только.

— Итак, уважаемый переговорщик от тех, кто в миру. Я — Микоса Учащийся, старший гелионт, — он кивает в сторону второго гелионта, стоящего на ногах и беспрерывно зевающего. — Это Крист Весёлый.

Кличка ему подходит как Змейке одежда.

Микоса переводит взгляд на третьего. Красноволосый, постанывая, опирается локтями о землю и с явным трудом пытается подняться.

— А это, — продолжает он, — Чимал Непобедимый.

— Хо-хо, иронично, — бросает по мыслеречи Ледзор.

Непобедимый, лежащий в пыли, — и правда символично. Как будто гелионтам специально подбирают клички строго наоборот их реальным качествам.

— Мы контролируем безопасность Эльдорадо от имени Хранителя Зенита, — продолжает Микоса. — И он приглашает тебя в гости на переговоры. Твоя безопасность и жизнь будут гарантированы на всё время встречи.

Я уже передал Камилле, чтобы Царю Борису сообщили: Эльдорадо найдено. Без лишних подробностей и разъяснений, но этого вполне достаточно, чтобы всполошить Львовых. Такой новости хватит с головой, чтобы у Царя резко выросла мотивация довести вопрос с моим назначением Консулом до конца и не дать никому соскочить в последний момент.

А то я знаю этих правителей. Царь Борис, конечно, не полоумный Ци-ван, но за трон он держится обеими руками. Для справки — не осуждаю. Так и должно быть. Просто моя задача — дать ему должную причину пошевелиться в нужную сторону.

Замечаю, что Микоса пялится на меня.

— Уважаемый?

Я возвращаюсь в разговор и отвечаю спокойно, без спешки:

— Я король Данила. И один я не пойду. С королем должна шествовать его свита. Мне достаточно одного подданного.

Киваю на здоровяка-морхала, который лыбится в бороду, будто уже предчувствует драку. Неужели со мной всегда так? Ни одни переговоры без драк не обходятся? Ну нет, время доказать Одиннадцатипалому обратное, пускай разочаруется для проформы.

Микоса хмурится, явно не ожидая такого поворота:

— Вас приглашали одного, уважаемый переговорщик.

— Может быть, но пойду я не один, — равнодушно отвечаю, давая понять, что обсуждать это не собираюсь.

Ледзор довольно хохочет:

— Хо-хо-хо! — он демонстративно покручивает два топора, снятые с трупов золочёных.

Красноволосый, кряхтя и держась за бок, всё-таки поднимается на ноги и зло бросает:

— Он много хочет, Микоса!

Микоса на него даже не смотрит, только стоит раздумывая. После короткого молчания он говорит:

— Хорошо, берите своего подданного.

Я киваю.

— И ещё, — добавляю. — Перед нашим отправлением вы снимете химерологический «обвес» с другого моего подданного.

Указываю на Тэнейо, который уже сбросил доспех из молний. Кстати, странно что в Эльдорадо он не обратился в обезьяна. Видимо, внешний климат не вызывает преображение организма. Что, впрочем, неудивительно — Иш-Текали наверняка планировала жить со своим возлюбленным майя в Эльдорадо.

Микоса хмурится, явно теряя терпение:

— Что еще за «обвес»? — спрашивает он.

— Можно назвать его также проклятьем.

— Объясните более подробно,