Газлайтер. Компиляция. Том 1-41 - Григорий Володин

Сверху на Троегласа обрушивается ливень пламени. В первые секунды кажется, что это Золотой Дракон заглянул: так много огня. Но с неба раздаётся звонкий крик Светки:

— Ты напал на моего сыночка, урод!

Бывшая Соколова спускается на огненных крыльях, в пылающем доспехе. От ярости пламя на броне колышется, будто живое, четыре руки держат баланс тела при приземлении.

— Теперь гори багровым пламенем!

Слуга Горы кричит от боли. Пахнет жареным. Доспеха-то у менталиста нет, хоть он и очень живучий. Его новое тело принадлежало не человеку, а какому-то мохнатому ракшасу. Интересная раса, надо потом загуглить в банке памяти.

Светка снова бьёт огненным смерчем по Троегласу, и его отшвыривает. Я понимаю, что сегодня легионера мне не достанется. Впрочем, я и не собирался коллекционировать трёх братьев — двух вполне достаточно. Этот третий тем более самый опытный, а значит самый опасный. Такой риск мне не нужен, да и по знаниям он не сильно превосходит остальных.

Дымясь в горящей траве, опрокинутый Троеглас орёт:

— Вам меня всё равно не убить! Я с братьями принёс клятву Горе! Моё сознание всегда будет возвращаться к нему, чтобы он дал мне новое тело! Я вернусь! Филиновы, я вернусь!

Светка смотрит на меня в растерянности.

— Даня?

Но я не вижу проблемы.

— Тогда я расщеплю твоё сознание на куски, — пожимаю плечами.

Кастую огромный пси-шар да накрываю чёрную, как головёшки, голову Троегласа.

— Нет! Бо-ольно! Что ты творишь⁈ — орёт он.

— Недавно я лучше изучил телепатию, — усмехаюсь. — И могу делать новые вещи. Всё я не успею рассказать, но ты не волнуйся — одним открытием я поделюсь.

Пси-шар крутится на голове менталиста, расщепляя память и сознание: внутри сферы идёт встречное вращение пси-слоёв, как у жерновов. Один слой цепляет щиты и вскрывает их как консервную банку, а динамическую защиту перенаправляет в пустоту, второй — режет глубокие связки, третий взрывает опорные «якоря личности». Шар не давит силой, он режет структурой: находит узлы, где сознание держится цельным, и ломает их на сегменты, как стекло по надрезу.

Уходит почти вся моя энергия. Процесс сложный, но в итоге разум Троегласа превращается в переработанный мусор, который уже не собрать воедино. В Астрал отправляются лишь фрагменты — обрывки памяти, крошки личности, пустой шум вместо сознания. Пускай Гора получает этот грязный сор.

Светка оглядывает безжизненное, дымящееся тело и, сбросив доспех, подходит ко мне:

— Даня? — в голосе и испуг, и беспокойство. Разгневанная валькирия уступила место женщине, которой срочно нужно, чтобы её просто держали рядом.

Я обнимаю жену за талию и говорю уверенно:

— Ублюдок не вернётся. Я расщепил его разум на тысячу кусков. Их не собрать никакому Горе. На это ушёл почти весь мой источник, но оно того стоило.

Светка кивает, глаза её блестят от слёз.

— И поделом гаду.

Она кладёт голову мне на плечо, и мы стоим и смотрим на рассвет над Багровым дворцом.

* * *

Когда я возвращаюсь в детскую, Гепара уже обратно подняла первый уровень Астрала. Шельма ушла отдыхать в браслет. Вообще их битва с Троегласом происходила конечно не в детской, а в оружейном зале восточного крыла, который Демонесса и заставила выглядеть как детская. В общем, подальше от детей.

Я беру уже проснувшегося Славика на руки и сажусь в кресло. Мальчуган тянется к моему носу, хватает его обеими ручками — крепко, по-хозяйски, будто проверяет, настоящий ли отец. А сам пристально смотрит мне в глаза, не моргая почти. Слишком серьёзно для такого крохи.

— Что же, Славик, ты такое видишь, — усмехаюсь я, — что даже Астральный бог попытался устроить на тебя покушение?

Вопрос риторический. Возможно, Слава пока ничего конкретного и не видит, а Гора просто подстраховался. Ведь то, что мой сын будет мощным Провидцем, многим известно. Его взгляд уже пронзает Астрал.

Но одно точно — Гора что-то готовит, раз боится, что Слава успеет предупредить меня.

— Астлал, — вдруг в моей голове рождается детский голос.

— Астрал?.. — переспрашиваю я, посмотрев на сыночка. — Ты про Океан Душ? Про «там, где папа ходит»?

Сынок уже играется с моим пальцем, тянет его к себе, пытаясь согнуть. И в голове звучит снова:

— Папа — Астлал.

Я хмыкаю. Ну малой. Умеешь ты загадки загадывать. Точно прирождённый Провидец: вместо «опасность слева» — сразу «разбирайся сам, отец, я намекнул».

Если подумать… Астралом зовётся не только ментальное измерение. Астрал — ещё и тот самый бог, который когда-то создал сам Океан Душ, а потом исчез. И вообще, будь он сейчас жив и «на месте», то уже ослаб бы и с бога скатился бы до полубога, как Багровый Властелин и Диана. Но куда он пропал — никто не знает.

— Дядя Астлал? — уточняю у Славика.

— Папа, — не соглашается карапуз.

Очень интересно. Может быть, я в будущем пересекусь с полубогом Астралом, а может быть даже придется ему накостылять. Ведь он мог превратиться в Астрального бога, как Гора, который тоже был полубогом и собратом Дианы с Багровым Властелином. Возможно, Гора и есть оскотинившийся Астрал?

Гадать можно до бесконечности, и версий скопится вагон и маленькая тележка, да что толку? Я же думаю, что на Ассамблее Лиги Империй Гора, скорее всего, устроит что-то действительно гадкое. Хорошая для Демонов возможность.

Передав Славика няням, я уединяюсь с Лакомкой у себя в кабинете. Сам падаю в кресло, а так и не снявшая платье альва слегка присаживается на подлокотник. Свет от лампы ловит линию её талии, плавный изгиб бедра, напряжённую стройность ног.

— Ставки растут, — задумчиво роняет стройная блондинка.

— Ага, Гора уже об стенку бьется головой, — киваю. — Ему позарез нужно чтобы я вошел в усадьбу Филиновых. Только теперь я сам начну действовать.

— Хорошо, — кивает Лакомка. — Знаешь, Шельма сработала очень быстро.

— Как и Гепара, — соглашаюсь.

— Да, но Гепарочка своя, — замечает Лакомка. — Кроме того, она перед тобой в долгу за спасение своего родного города от Демона Бехемы. А вот Шельма как бы пленница, но все равно старается.

— Верно, — не спорю с аргументами альвы, дожидаясь когда она скажет к чему ведет.

— Неплохо бы наградить Шельму, — неожиданно предлагает Лакомка.

— Наградить Демонессу? — приподнимаю бровь. — Да это интересная задачка.

— Даже Демонессы — всего лишь женщины, — улыбается альва игриво. — А значит, я уверена, мелиндо, ты найдешь чем ее отблагодарить.

Она встает с кресла и походкой от бедра направляется к двери, в разрезе вдоль подола платья мелькает красивая нога.

— Ты не останешься подремать? — бросаю с