Фантастика 2026-152 - Николай Дмитриевич Соболев

— Разве он не имеет права мстить за свое убитое дитя?

— Нерожденное дитя, — напомнил мне Даргерт, — это ведь не считается убийством, Аламинта. Закон будет на нашей стороне, особенно если ты скажешь, что по собственной воле сбежала со мной, что тебя держали в пленницах.

— Я не скажу этого…

— Пока — да, но скоро твоя связь с Хассаиром оборвется, и ты вновь полюбишь меня.

Я не ответила. Прикрыла глаза и тихо плакала. Я бессильна. Магии во мне нет, руки связаны, медальон тоже потерян. Почему же ни эрлорд, ни делорд не могут меня почувствовать? Что сделал Даргерт? Как же ужасно, когда ты не можешь спасти собственное дитя, пусть даже нерожденное! Сейчас я готова бы все отдала, лишь бы он выжил. Пусть бы жил вдали от меня, но лишь бы остался жив!

Вот тебе и сказание о царе Соломоне…

— Готово, — возвестил Даргерт и поднял в руках небольшую пробирку. — Не сопротивляйся, дорогая моя, скоро все закончится.

— Пожалуйста, Даргерт, не надо! Пожалуйста! Умоляю тебя, не надо! — Я буквально забилась в истерике, отползая как можно дальше, пока не забилась в угол между шкафом и стеной — дальше идти уже было некуда. — Пожалуйста…

— Позже ты еще поблагодаришь меня, — проговорил бывший любовник Аламинты и схватил меня за щеки, заставляя открыть рот и запрокинуть голову.

Я пыталась сжимать зубы, пыталась бороться, толкаться ногами, расшатать шкаф, но Даргерт был крупным мужчиной, к тому же магически одаренным. Он просто заставил меня застыть, молча наблюдая за тем, как склянка с ядом опускается к моим губам.

Нет, не надо!

Анвэйм! Пожалуйста!

Посредине комнаты открылся портал.

Глава 15.3

Анвэйм Светлый

 После одобрения запроса на переход, я вышел в портальной комнате Дворца Ночи. По периметру стояли стражи, около двадцати собранных магов, в любой момент готовых начать сражение. Я окинул их безразличным взглядом и устремил взор к тому, что стоял передо мной — Дарриа де Фархату, третьему советнику Его Темнейшества.

— Ваша светлость, — склонил он голову без лишней подобострастности. — Какими судьбами во Дворце Ночи?

— Мне необходимо срочно встретиться с его темнейшеством. Не соблаговолите проводить меня к нему?

— Что-то случилось? — нахмурившись, обеспокоенно спросил Дарриа и тут же склонил голову. — Прошу прощения за необдуманный вопрос и излишнюю заинтересованность. Но сейчас мной руководит беспокойство. Его темнейшества нет во дворце около двух часов. Он отбыл по очень важному делу.

Разумеется, спрашивать, по какому именно, было бы неуместно с моей стороны, поэтому я опустил этот вопрос и сразу же перешел к другому, не менее важному.

— Произошедшее я готов обсудить с делордом. Третий советник, сможете ли вы незамедлительно связаться с его темнейшеством и сообщить ему, что я жду его во Дворце Ночи?

— Насколько важен ваш вопрос? — настаивал Дарриа. — Я смогу с ним встретиться и передать ему известия, но ему нужно будет веское обоснование, причина, по которой я отвлекаю делорда от важного мероприятия.

На мгновение я замешкался, но сейчас не время делать из похищения Светы тайну мирового масштаба. К тому же Дарриа был посвящен в некоторые нюансы отношений между мной, леди Аламинтой и Хассаиром. Я оглянулся, красноречиво давая понять Дарриа о ненужных свидетелях. Темный кивнул и образовал между нами обширный купол тьмы.

— Я вас слушаю, ваша светлость.

Я убедился в непроницаемости купола и только после этого, смотря в глаза темному, ответил:

— Леди Аламинта похищена.

Дарриа переменился в лице. Казалось, с него слетела маска безразличия. Коротко кивнув, он огляделся.

— Думаю, не будет идти речи о гостеприимстве и не стоит предлагать вам подождать нас в гостиной?

— Разумеется. Я останусь здесь. — Огляделся, позволив себе скептицизм. — В окружении этих доблестных магов.

Третий советник кивнул, после чего снял купол и шагнул в портал. Видимо, он отдал мысленный приказ стражам, так как те восприняли происходящее как должное: не сдвинулись с места и даже позы не сменили. Я чувствовал себя отвратительно. Беспомощным. К чему мне моя безграничная сила, когда я не могу найти одну единственную девушку? Иномирянку, которая пробудила во мне эмоции.

Нет, я не мог позволить так просто драгоценным минутам утекать сквозь пальцы. Если Хассаир с помощью особой магической связи способен её найти, то почему я нет? Да, я не проклят, однако той магии, что течет во мне, должно хоть на что-то хватить.

Я отпустил часть от себя, словно сбросил груз. Темные стражи тут же выставили щиты, но светлая магия их даже не коснулась, она растеклась вокруг меня картой нашего мира, видимой лишь мне. Это чертоги. Я прикрыл глаза, пытаясь ощутить место, куда вела магия ребенка. Она была такой же родной, частью меня. Я пытался найти её, но она все время ускользала. Она словно игривый щенок кусалась, привлекала внимание, но в последний момент не давалась в руки для ласки. Я пытался приструнить её, велел идти к ноге, но она была слишком непослушной, слишком озорной.

Это бессмысленно! Так я никогда её не найду. Можно облететь на драконе все земли и на меньшем расстоянии я смогу почувствовать магию ребенка, но вот так, искать камень в горах, это практически нереально.

Не смогу найти Свету, навеки её потеряю. Сейчас я отчетливо представил, каково это: быть рядом с ней, чувствовать её тепло, видеть её улыбку, ощущать её недовольство. Каждый день.

Мне нравилось разгадывать её эмоции. Все в ней было настолько гармонично, что рядом с ней я сам обретал гармонию. Душевный покой — такой, каким его представляли другие люди: с эмоциями, но настолько нежно-меланхоличными, что это вызывало чувство умиротворения. Раньше мой душевный покой был в отсутствии эмоций, но сейчас меня одолевают ярость, злость и… страх. Он сильнее всех, он словно блокирует мои собственные силы.

Или нет? Я всегда пытался отказаться от эмоций, так как слишком тяжело чувствовать их, слишком невыносимо становится от двуличности людей, но что если именно в них и кроется сила? Эмоции…

Чертоги вновь раскинулись передо мной. Теперь я действовал интуитивно: пытался почувствовать не только магию, но и найти эмоциональный отклик. Разве не это мои способности? Я чувствую эмоции других, так почему не могу почувствовать эмоции одного единственного человека, в такой нужный для меня момент, не зря ведь я буквально слышу эмоции? Света для меня закрытая книга, но что если её эмоции будут настолько красноречивыми, что если попробовать настроиться на неё, используя в качестве проводника нерожденного ребенка, чьи эмоции для меня открыты, все получится?