Фантастика 2026-40 - Вячеслав Киселев

– Думаю я, Иван Николаевич, что слово такое нести мог святой человек из древлеправославных христиан. Слыхивал я, что за Волгой, на реке Иргиз, множество скитов основали опосля того, как государь Петр Федорович отменил гонения на истинную православную церковь! – озадачил он меня.

– А старообрядцы то здесь, Емельян Иванович, с какого боку, припеку? Сам же говоришь, гонения отменили, живи и радуйся, никто больше не указывает сколькими перстами осенять себя крестным знамением! – с сомнением спросил я.

– Давно это было, мы тогда на Царицынской линии в дозоре стояли, гутарил я тама с одним старцем. Верил энтот старец, что пресечется вскорости царствующая династия и будет сие знамением господним, что вернется на Русь истинная вера православная. Года с того разговора не прошло и раз, Петр Федорович преставился, – перекрестился он, – вспомнил я тогда его слова. Опосля, конечно, забывать стал про энтот разговор, а тут Екатерина Алексеевна с наследником богу душу отдали. Вот тебе и правда Иван Николаевич, только уже не у кажного своя, а одна на всех – самозванец на русском престоле!

Да, этого нам ещё не хватало, начал я переваривать слова Пугачева. Одно дело схватиться с Орловым и его подельниками, мотивация которых лежит на поверхности, и совершенно другое дело религиозные войны. Не могут же старообрядцы замутить поход на столицу и не вспомнить про церковный раскол. Понятно, что сын Екатерины никаких прав на трон не имеет, но он просто ребенок. Я же в их глазах должен занимать место где-то подле Антихриста. В лютеранство перешёл, а потом ещё и католический орден возглавил.

– Что ж Емельян Иванович, логика в твоих словах есть, будем учитывать это в раскладах. В главном мы с ними согласны, в Петербурге самозванец. Все остальные вопросы следует решать после того, как разберемся с главным. Начнут задавать вопросы, почему мы сами ещё не начали боевые действия против узурпаторов, говори, что нам ещё турка и поляка до конца побить надобно, – принялся я инструктировать Пугачева, – а в отношении веры говори так. Мол император Иван дело сделал богоугодное, какое ни одному православному царю не удавалось – освободил Константинополь от турка и восстановил кресты над Святой Софией. Но с патриархом греческим никаких дел не имел, вообще в дела церковные не вмешивается и считает, что Богу – богово, а кесарю – кесарево. Хочет император, чтобы на русской земле мир восстановился и наступило благоденствие, а как правильно верить, пусть сам народ скажет и священнослужители между собой договорятся, но без принуждения. Если они хотят патриарха выбрать и Земский собор провести, говори, что я не против. И главное помни, ты туда не воевать поехал, а с дипломатической миссией. Стойте с сторонке, смотрите, слушайте и сообщайте без промедления. Оружие только старое, лишний раз показывать свои навыки никому не стоит. В случае опасности немедленно уходите!

– Всё сделаем Иван Николаевич, комар носу не подточит, не сумлевайся. Токмо зачем нам в Донецк с тобой отправляться, время зазря терять, мы прям отсюдова и двинем на Дон. Нам ведь надобно ещё себя в надлежащий казаку вид привести, а хлопцы дома погостят малость! – предложил Пугачев.

Глава 10

Простившись следующим утром с Пугачевым и его группой, в которую он отобрал три десятка казаков, мы повернули на север и через двое суток добрались до пункта назначения, где я чуть не прослезился от нахлынувших чувств. На небольшом пригорке у дороги стоял поклонный крест, а рядом добротная деревянная Стелла «ДОНЕЦК». Все же, это был первый основанный мной город, который жил и развивался, словно ребенок.

Понятно, что здесь тоже никакого секрета в моём приезде, для того, кому положено, не было. Поэтому встречающие оказались тут же, у поклонного креста, с хлебом и солью. Меня эти слащавые церемонии бесили до глубины души, но делать нечего, назвался императором, полезай куда нужно. Выслушав доклад, я крепко обнял по очереди Депрерадовича, Гнома и Войновича, вкусил свежайшего, ароматнейшего хлеба, сказал несколько пафосных слов собравшимся и велел двигать в город.

Донецк, по сравнению с Севастополем, оказался намного более похожим на современный город. Широкие, прямые дороги и целых две улицы кирпичных домов смотрелись солидно. Все же удобный для строительства рельеф местности значительно сокращал трудозатраты, а местные кирпич и цемент делали стройку намного дешевле. На центральной площади, возле Спасо-Преображенской церкви, стояли три однотипных двухэтажных здания. Администрация губернатора, офис Донецкой горно-металлургической компании, а между ними дом, где и проживала вся большая семья Депрерадовичей-Черновых. Всё, как мы когда-то и планировали.

Отправив бойцов на базу компании, я привел себя с дороги в порядок и пока накрывали на обед, а Гном сбежал на десять минут в офис отдать какие-то не терпящие отлагательств указания, успел познакомиться с его женой Катариной, мелкой, под стать Гному, черноволосой кареглазой красавицей, и их очаровательными детишками. Моим тезкой Иваном, которому было уже два с половиной года, и ровесницей моего Кости Милинкой. Отвыкнув за полгода от такого восхитительного времяпровождения, я с удовольствием принялся возиться с пацаном и вдруг понял, что их дед, Георгий Райкович, который составлял мне компанию и с не меньшим энтузиазмом нянчился с внучатами, скорее всего уезжать отсюда не захочет. Выглядел он абсолютно счастливым человеком и был полной противоположностью тому Депрерадовичу, которому я три года назад предлагал возглавить Донецк.

***

Времени на раскачку не было, поэтому обедали мы чисто мужской компанией, проводя попутно совещание, которое началось с обсуждения свежей новости, пришедшей из области Войска Донского.

– Иван Николаевич, вчера доставили депешу. Сообщают, что в связи с событиями на Яике неоднократно упоминалось участие в них игумена Филарета из раскольников, настоятеля скита Введения Богородицы, что на реке Иргиз в Саратовской губернии! – доложил Депрерадович.

– Значит Пугачев оказался прав, – покачал я головой, – он предполагал участие раскольников в этом деле и мы этот вопрос уже предварительно с ним обсудили. Ладно, Емельян Иванович калач тёртый, найдет, как с ними наладить общение. Донесения он будет направлять сюда, вы передавать оптотелеграфом в Крым, а от Ор-Капу фельдъегеря доставлять в крепость Хотин. Дальше я сам пока не знаю, куда направлюсь, но сейчас это не столь важно. Давайте в первую очередь обсудим другой вопрос. Вы бывали в Сербии Георгий Райкович?

Учитывая, что от решения Депрерадовича зависела дальнейшая постановка задач, этот вопрос необходимо было решить сразу и я не стал тянуть кота за