Фантастика 2026-100 - Вадим Фарг

Краем глаза я заметил Кирилла. Он стоял у стены, сжимая в руках пустое блюдо, как щит. Он не пил и не кричал. Он смотрел на меня. И во взгляде его была какая-то странная, жалкая смесь зависти и тоски. Кажется, парень начинал понимать, что выбрал не ту сторону баррикад. И что бежать с тонущего корабля ему уже некуда.

Глава 21

Дверь «Очага» открылась, впустив с улицы облако холодного воздуха. Колокольчик звякнул, и разговоры в зале начали стихать. Николай-Гром замер с вилкой у рта, остальные тоже повернули головы.

Пришла «элита».

Первой вошла Наталья Ташенко. Строгая, прямая, в дорогом пальто. Рядом возвышался Степан — огромный, в распахнутой дублёнке. Следом, придерживая подол платья, зашла Вера Андреевна Земитская, жена главы Попечительского Совета.

Я вытер руки полотенцем и вышел навстречу.

— Добрый вечер. Проходите, — сказал я громко. — У нас сегодня по-семейному, но место найдём.

Степан глянул на сдвинутые столы, увидел знакомые лица и расплылся в улыбке.

— В тесноте, да не в обиде! — гаркнул он басом. — Здорово, мужики! Паша, двигайся давай!

Он скинул тяжёлую дублёнку на руки подбежавшему Кириллу и втиснулся на лавку рядом с фермером Павлом.

Наталья подошла ко мне. Выглядела уставшей, но смотрела тепло.

— Мы гордимся тобой, Игорь, — тихо сказала она и крепко, по-мужски, пожала мне руку. — Весь город говорит.

Подошла и Вера. Осмотрела миски с простой едой, улыбнулась.

— Муж и Совет передавали поклон. Бумаги уже подписаны. «Очаг» теперь под официальной защитой города. Любая проверка в вашу сторону теперь расценивается как саботаж.

Фермеры одобрительно загудели. Для них такие новости звучали как сказка.

— Спасибо, Вера Андреевна, — кивнул я. — Это лучшая новость.

— Ну, хватит болтать! — скомандовал Степан, наливая себе и жене. — Давайте праздновать! За шефа!

— За шефа! — подхватили остальные.

Началось веселье. Я отошёл к барной стойке и просто наблюдал.

Степан уже что-то жарко доказывал Николаю. Им плевать на статусы, у них общие темы — корма, свиньи, цены. Вера Земитская, вся такая утончённая, с удовольствием пробовала квашеную капусту, а Даша что-то ей объясняла, активно размахивая руками. Наталья внимательно слушала деда Матвея.

Кирилл носился между ними с тарелками. Он видел: фермеры, которых пытались запугать, и городская власть сидят вместе. Я поймал его взгляд. Парень всё понял. Пусть расскажет своим хозяевам, что нас так просто не сломать.

Подбежал сияющий Вовчик.

— Шеф, вы видели? — зашептал он. — Жена барона добавки попросила! Моих тефтелей! Сказала, очень нежные.

— Я же говорил: главное — душу вложить, — я взъерошил ему волосы. — Гордись.

Вечер шёл своим чередом. Тосты становились громче. Степан встал с рюмкой, лицо у него было красное и довольное.

— Скажу так, — прогудел он. — Мы все разные. Но собрал нас один человек. И не магией, а настоящим вкусом. Мы забыли, как это — когда еда радость даёт. Спасибо, Игорь, что напомнил.

Он выпил и с стуком поставил рюмку.

— За правду! — поддержал Николай.

Я почувствовал, как к горлу подкатил ком. Я, взрослый циничный мужик, стоял и понимал, что я здесь нужен. Это место становилось домом. И у меня наконец-то появился тыл.

* * *

Разошлись за полночь.

Фермеров развезли, Степан с дамами уехал на чёрной машине. В зале стало тихо, только на кухне шумела вода — парни домывали посуду, а Даша затирала рабочее место.

Я остался у стойки. Уставшая Настя села рядом на высокий стул и положила голову мне на плечо.

— Как ты? — спросил я.

— Хорошо, — выдохнула она. — Я боялась, что они не поладят. А они… нормальные. Живые.

— Всем хочется вкусно поесть и чувствовать себя спокойно. Мы им это дали.

Я погладил её по волосам.

— Настён, я завтра уезжаю. Поезд в семь.

Она напряглась, но голову не подняла.

— Стрежнев?

— Да. Там всё решается. Нужно запустить шоу, сделать его хитом. Тогда нас никто не тронет.

Настя выпрямилась и посмотрела мне в глаза. Взгляд у неё изменился, повзрослел за эти дни. Страха больше не было.

— Я понимаю. Раньше я боялась оставаться одна, думала — не справлюсь. А теперь… — она кивнула на пустой зал. — У нас есть друзья. Даша, Вовчик, Ташенко, Земитские. Я справлюсь. Честно.

— Знаю, — улыбнулся я. — Ты у меня сильная.

— Ты только береги себя там, ладно? Не лезь на рожон. И возвращайся скорее. Без хозяина дом скучает.

* * *

Настя ушла спать, и стук её шагов затих где-то наверху. В «Очаге» наконец стало тихо. Не просто тихо, а как-то пусто.

Я остался в зале один. Сам себе официант, бармен и уборщик. Хорошо хоть Вовчик с Дашей основную грязь растащили, мне осталось только свет вырубить.

Я прошёлся по залу, щёлкая выключателями. Плафоны гасли один за другим, погружая всё в полумрак. Витрины, столы — всё теряло очертания. Оставил гореть только одну лампу над моим столом у барной стойки.

В круге света лежала стопка салфеток, телефон и тарелка с остатками сыра. Мой стратегический запас. Я со вздохом плюхнулся на стул. Покрутил в руках кружку с холодным чаем. Сделал глоток — крепкий, с лимоном. Самое то, чтобы мозги на место вправить.

День выдался бешеный. Мы провернули то, во что я сам до конца не верил: объединили фермеров, власть и столичные деньги. Теперь «Очаг» — это крепость. По крайней мере, на бумаге. Любой, кто сунется с проверкой, получит по зубам от самой системы.

Голова говорила: всё сделано чётко. Шах и мат. А вот чуйка, которая спасала меня в прошлой жизни не раз, шептала: «Слишком всё гладко».

На столе что-то шурхнуло. Из тени, где свет от лампы заканчивался, вылезла серая морда. Усы дёргаются, чёрные глазки блестят.

— Ну что, шеф? — пискнул Рат, по-хозяйски забираясь на скатерть. — Наелся народной любви? Я пока твои тосты слушал, чуть не уснул. Пафоса нагнал — жуть. «За правду!», «За Гильдию!».

Он деловито подошёл к тарелке, выбрал кусок сыра пожирнее и принюхался.

— Ешь давай, критик, — устало буркнул я. — Еле от Степана спас, он им закусывать порывался.

Рат фыркнул, но в сыр вгрызся так, будто неделю не ел.

— Пойдёт, — прочавкал он. — Хотя в отеле был поинтереснее. Но мы крысы не гордые.

Он быстро расправился с куском, вытер лапы о грудь и уставился на меня. Шутовство с него слетело мгновенно. Передо мной снова сидел мой начальник разведки.

— Что по новостям? — спросил я тихо. — Хвостатые докладывали? Что в особняке Алиевых?

Рат нервно дёрнул ухом.

— В том-то и дело, шеф. Ничего.

Я нахмурился.

— В смысле