Газлайтер. Том 39 - Григорий Володин

каменном столе стоит колокол с человеческую голову. Я сразу понимаю — это и есть пульт Кузни-Горы. Причём интуитивно ясно, что стучать по нему не нужно. Он работает иначе.

— Филинов, ты пришел, чтобы стать частью Кузни- Горы, — тут же громоздится стальная гаргулья Голиаф с сотней Живых доспехов, причем очень сильных. Прямо очень. Этих как раз давненько отправляли пугать Багрового Властелина. Короче, не факт, что в лобовой схватке мы победим, даже с учетом Пульса.

То-то и гаргулья вся радостная, хотя все еще не выправила оставленные мной вмятины на стальной роже.

— Вещий-Филинов, — машинально поправляю. — Но не суть. Куда ты меня хочешь затолкать, говоришь?

Гаргулья любезно указывает на открытый железный саркофаг, изнутри весь истыканный стальными зазубренными шипами.

— Очень милое лежбище, — хмыкаю. — Да только там будет душновато.

— А тебя никто не спрашивает, кусок мяса, — гудит гаргулья и кивает Живым доспехам. Те послушно сжимают кольцо.

Грандбомж и Змейка было дёргаются, но я ментально их останавливаю. Нечего нам в лепёшку расшибаться о железки. Не зря же я качал чакру — вот пусть и работает, малая.

Я раздуваю её, как кузнечный мех, направляю короткий, выверенный импульс в руку и просто телепортируюсь к колоколу — прямо внутрь неприступного кольца Живых доспехов.

— Остановите его! — в испуге ревёт гаргулья.

Поздно. Моя ладонь уже касается колокола.

Живые доспехи мгновенно переходят под мой контроль и застывают, будто их вырубили одним щелчком. О, сработало. Хм. Прикольно. План «Б» вообще-то был схватить колокол и уносить ноги, но, как выяснилось, он не понадобился.

— Разберите этого говоруна на запчасти, — киваю на гаргулью. — И достаньте тухлую тушёнку, что там внутри сидит.

Железяки реагируют сразу. Они набрасываются на гаргулью, рвут её, крошат сталь, ломают сочленения, превращая грозную конструкцию в бесполезную груду металлолома.

Одна из железяк протягивает мне стальную пятерню — в сжатых пальцах бьётся маленький лилипут сантиметров пятнадцати ростом, со злыми, бешеными глазёнками.

— Пусти! — пищит он, отчаянно пиная стальные пальцы.

— Так ты и есть Голиаф? — хватаю лилипута за козлиную бородёнку двумя пальцами. — Вот и увиделись воочию.

Перекидываю его в руки Грандбомжа и отворачиваюсь. За спиной раздаётся характерный хруст очень маленьких позвонков. Я на это даже не оборачиваюсь. Меня сейчас волнует только колокол. Ведь это пульт управления всей Кузней-Горой!

Я оглаживаю ладонью холодную поверхность колокола, размышляя вслух:

— Раз местный лорд-протектор отбыл, придётся назначать нового.

В этот момент раздаётся звонкий, отчётливо поставленный голос:

— Эта фальшивая гаргулья не была лордом-протектором.

Из бокового прохода выходит Живой доспех — весь в шипах разной длины. Его форма не просто повторяет, а подчёркнуто вылепляет очертания женской фигуры: выпуклые линии, подчёркнутая грудь, узкая талия и плавный изгиб бёдер, будто сталь намеренно приняла вызывающе женственный силуэт.

Она останавливается напротив, выдерживает паузу и произносит ровно, с нажимом, чуть склонив голову:

— Я — леди-протектор, новый владыка Кузни-Горы.

Раздаётся глухое «бах» — это Грандбомж упал со своего скакуна и, кажется, сломал себе шею.

— Принцесссссса Шипов… — хрипит он, пытаясь подняться со свёрнутой набок головой.

Я смотрю на эту стальную причуду и невольно усмехаюсь про себя.

«Ну вот, — думаю. — Теперь Хоттабыч точно не успокоится, спасибо этим двоим».

Что интересно, меня переполняет только радость за Грандика. Да и грядущие проблемы обещают ворох возможностей!

Глава 11

Осада Кузни-Горы, Та Сторона

Ледзор прибывает в лагерь у подножия Кузни-Горы и, недолго думая, без всяких церемоний заваливается прямо в шатёр к Аусту. У того как раз идёт планёрка с лордами-дроу. За столом разложены карты, схемы, пометки мелом, обсуждение идёт вполголоса. Тут же присутствует и Гумалин Трезвенник, сидящий с недовольным видом.

— Ну чего, остроухие! Совещаетесь? — гремит Ледзор с порога. — А где граф? Хочу уже порубить пару сотен вражеских голов! Хо-хо, хрусть да треск!

Мощный бас загорелого морхала оглашает шатёр так, что полог слегка колышется. Утончённые дроу синхронно морщатся, явно не привыкшие к таким бурным проявлениям эмоций и такому уровню децибелов.

— Шеф сейчас в Кузне-Горе, — грустно вздыхает Гумалин, даже не поднимая взгляда от стола.

— Где? — Ледзор резко наклоняет голову, будто не расслышал.

— В скале-замке, — отвечает Ауст, прочищая пальцем забившееся ухо. — И давай тише, дикарь. У нас тут вообще-то планёрка.

— Какая ещё, мороз на кости, планёрка⁈ — возмущённо гремит Ледзор, оглядывая ряды дроу. — Граф сейчас опять в одиночку сражается в самом стане врага, а вы тут чаи гоняете⁈

Он переводит взгляд на походный самовар на столе, на аккуратно расставленные блюдца с ватрушками и фыркает.

— Это казид притащил, — бурчит Ауст. — А ватрушками королевы угостили. Что до короля — он сам так велел. А сейчас и вовсе приказал отрубить артиллерию и развернуть в тыл Золотого Дракона.

— Ну и насчёт чего вы тогда совещаетесь? — не унимается Ледзор. — Хрусть да треск!

— Насчёт распорядка банных дней, — не дрогнув и бровью отвечает лорд-протектор Багровых Земель. — У нас внезапно обнаружился недостаток печей для растопки, так что вводим очередь.

— Мороз на кости, да уж! — Одиннадцатипалый, не выдержав, машет рукой, разворачивается и тяжело топает к выходу из шатра.

— Ты куда собрался, дикарь? — окликает его Ауст вслед.

Ледзор, уже откинув полог, оборачивается и бросает через плечо:

— Ну, как я понял, граф сейчас в той самой скале. Так что я иду туда.

— У нас приказ дожидаться короля здесь, — лорд-протектор задирает подбородок. — Или ты думаешь, мы тут по своей воле отлыниваем от сражения?

Ледзор усмехается насмешливо, широко и нагло.

— Это у вас приказ, остроухий. А мне его никто не давал, хо-хо!

И уже выходя, добавляет:

— Да и не забудьте меня в очередь добавить. Банька — это хорошо. Особенно с крапивным веником. Хо-хо.

После чего он окончательно скрывается из шатра и направляется в сторону одинокой, мрачно вздымающейся скалы Кузни-Горы.

* * *

Багровый дворец, город Нема, Багровые Земли

Диана приходит в себя медленно, словно выныривает не из сна, а из вязкого, тягучего обморока. Забытьё, навалившееся на неё после плена Живого доспеха, отпускает неохотно, рывками. Зеленоволосая полубогиня несколько мгновений просто лежит, вслушиваясь в тишину, затем поднимает голову с подушки.

— Алкмена, — зовёт она хрипло, не сразу узнавая собственный голос.

Ответ приходит не от той, кого она ожидала услышать.

— Её здесь нет, прабабка, — спокойно произносит Красивая, сидящая на стуле подле кровати да еще в человеческом облике, что вообще для красноволосой редкость.

Диана переводит на правнучку взгляд. Красивая устроилась у кровати так, будто дежурила здесь уже давно.

— Алкмена сейчас у себя, — добавляет Красивая, усмехнувшись. — Выглядывает в окно своего остроухого некромага, когда же