Вода - Евгения Савас

небольшой подиум для модели. Сейчас тут никого не было. Я подошла посмотреть поближе картины. Свет тут был просто потрясающий, словно мерцающая пыль, светящаяся мягким, золотистым светом, кружила вокруг, распыленная в воздухе.

— Это она?

— Да, мастер.

Я больше удивилась непривычной робости в голосе Салли, и поэтому обернулась. Рядом с ней стоял высокий мужчина с белым волосами. Поначалу он мне совсем не понравился. Слишком нарочитый. Присмотревшись, поняла, что и не молодой. Он выглядел величественно, и это мне показалось слишком преувеличенным и немного нелепым. Возможно, из-за соседства с Салли, которая рядом с ним выглядела аляповой и еще более нелепой.

— Покажите, — не отрывая от меня изучающего взгляда, он протянул руку, даже не взглянув на Салли.

Та засуетилась и едва не рассыпала содержимое папки. Я опешила, обнаружив, что она притащила сюда, даже не спросив меня, мои рисунки!

Мужчина подхватил листы и, уделяя едва ли больше десяти секунд на просмотр, стал разглядывать мои работы, отдавая их Салли, даже не интересуясь, успевает она за ним или нет.

Я хорошо видела, что его глаза двигались по рисунку, фиксируясь на двух-трех точках, а потом он отдавал рисунок. Мне стало интересно, кто же он такой, и немного гордость взыграла от его небрежного отношения.

— Я беру её.

Высказав это, не попрощавшись, мужчина ушел. Салли провожала его взглядом, поворачиваясь всем телом, пока он не исчез из её поля зрения, а потом резко повернулась ко мне. Рисунки разлетелись по полу, но она этого даже не заметила, кинувшись ко мне и начав тискать. Обычно она бы еще и громогласно выражала свои эмоции, а здесь, видимо, робела.

Кое-как подобрав рисунки, она потащила меня на улицу, и только усевшись в ауто, затараторила, не обращая внимания на взгляды других пассажиров.

— Деточка! Миечка! Как тебе повезло! Я даже не надеялась, что он с нами говорить захочет!

— Да кто он такой? И что это было за место?

Она раскрыла рот и выпучила на меня глаза, словно не в силах была поверить, что я не знаю таких элементарных вещей.

— Ты что?! Это же Мастер, — с придыханием, прижав руки к груди, она еще и глаза закатила для того, чтобы я поняла, наконец, как мне повезло.

38

Салли, как бы это сказать... человек социально активный. У нее множество знакомых в самых разных сферах жизни. С её легкомысленностью это и не удивительно. Хотя, по-моему мнению, подмена качества количеством никогда не срабатывает должным образом. Она была знакома с огромным количеством людей и, не особо задумываясь над значением слова, называла их друзьями. Мне даже жаль её становилось иногда, когда я думала, что может случиться так, что в один прекрасный момент она остановится, оглянется и никого рядом с собой не найдет. Впрочем, этого могло и не произойти никогда. Я вовсе не желала ей этого. Пусть её легкое сердечко порхает, словно бабочка, до конца её дней.

Обнаружив в моем лице средство для того, чтобы она могла приобрести некоторый вес и значимость, она активно взялась за дело. Помимо того, что она все и про всех знала, найти лучшего в сфере, что меня интересовала, не составило для неё труда. И получить доступ к кругам, куда ей путь был заказан в силу элементарной бесталанности. Забегая вперед, стоит сказать, что ничего у неё не вышло. Праздных людей те, кто, напротив, занят делом, не любят.

Мастер. Без преувеличения о нем можно сказать, что он был лучшим. Экспертом, художником, учителем — все, что связанно с изобразительным искусством. На данный момент он почти не занимался рисованием, а учеников брал с большим разбором и в минимальном количестве. Попасть к нему в класс без всякой подготовки, придя практически с улицы, могла осмелиться только Салли! К счастью для меня это сработало. Не знаю, хватило бы у меня когда-нибудь решимости познакомиться с ним. Я не считала себя способной приблизиться к его уровню. Но, как оказалось, он считал иначе.

Вернувшись домой после короткой встречи, я несколько дней изучала материалы о нем, и чем дальше, тем больше понимала, как же мне повезло. Сказать, что я была впечатлена — ничего не сказать.

Нужно ли говорить, что когда я шла на первый урок, была взвинчена почти до предела? Как всегда, когда волнуюсь, руки дрожали, и я несколько раз роняла то, что держала. Парни и девушки, что пришли вместе со мной, поглядывали на меня, почти не скрывая усмешек к концу занятия.

— У тебя не хватает базовых навыков. Срабатывает просто чутье, — посмотрев на мою работу в конце занятия, сказал Мастер.

Эта его манера выносить оценки, казалось, после мимолетного взгляда, по-началу ставила меня в тупик. Хотелось переспросить, а видел ли он хоть что-то за те секунды, что уделил моей работе. Но он сделал замечание не только мне, а абсолютно каждому из присутствующих учеников и точно в такой же манере. Это странным образом подействовало на меня успокаивающе. Не то, что я злорадствовала, просто поняла, что никто здесь не совершенен, как мне почему-то показалось. И может быть, я и худшая из всех, но не безнадежная.

Когда мастер нас отпустил, все уже направились к выходу, когда прозвучал голос Мастера:

— Миия, задержись.

Вся с трудом обретенная уверенность тут же покинула меня. Уловив любопытные взгляды, брошенные на меня моими одногруппниками, я вернулась, не зная, что думать. Он решил, что ошибся, и сейчас проявленная капля такта испарится, и меня выставят за дверь, по счастью, не на глазах у остальных — вот все, что пришло мне в голову.

— Возьми. Просто посмотри до следующего урока.

Мне вручили несколько альбомов, и даже не попрощавшись, Мастер ушел.

Я вышла на деревянных ногах, прижимая непривычно объемистые книги к груди. Недалеко от входа увидела парня из группы, как оказалось, он поджидал меня.

— Ты Миия? — вполне дружелюбно заговорил он.

Я кивнула, все еще думая о том, зачем Мастер дал мне такое задание. Было любопытно взглянуть, что за "добычу" я несла домой.

— Ребята пошли в кафе. Поболтать, познакомиться поближе. Хочешь с нами?

Я снова кивнула, не совсем уверенная, стоит ли идти еще. Но он так явно обрадовался моему согласию, что передумать было бы уже просто невежливо.

39

Уже второе испытание за один день, ставящее под угрозу мое хрупкое душевное равновесие. Я не привыкла общаться с кем-то больше, чем необходимо для работы или решения каких-то проблем. Общаться ради