Даль-цвет. Том 2. Киноварь - Владимир Прягин

но нет, ни разу с тех пор не выполз. То ли паханы уголовные его задавили, то ли и вправду лорды. Или он сам из столицы смылся вместе с подельниками. Как там на самом деле всё было, мой приятель-сыскарь не в курсе.

Я размышлял.

У Невидимки есть сообщники в кланах…

Эта версия, конечно, не стала для меня особым сюрпризом, она напрашивалась давно. Но теперь она, значит, считалась официальной, заставляя сместить акценты. И буквально подталкивала к выводу — Невидимка связан с Вирчедвиком через серебристую прель.

Вопрос только — кто в этой паре главный, а кто ведомый?

Теоретически можно, наверное, допустить, что Невидимка — эдакий криминальный уникум, профессор Мориарти местного разлива, создавший настолько разветвлённую сеть, кто в неё входят даже лорды…

Но как-то это сомнительно.

Мне отчётливо вспомнилась наша встреча на рынке. Припёрся бы Мориарти лично на место действия, чтобы проконтролировать, как рядовые урки толкают краску? Фиг там, он сидел бы где-нибудь в тайном логове и оттуда раздавал бы приказы…

Да и не показался мне Невидимка носителем запредельного интеллекта и кукловодом. На главаря бандитской шайки тянул вполне, но не более. Правда, его лицо я увидел лишь на пару секунд, но смотрел при этом не просто так, а следопытским зрением, подмечая нюансы…

Если бы меня попросили дать оценку интуитивно, навскидку, я ответил бы однозначно — манипулятор в этой паре Вирчедвик. А Невидимка — марионетка, которую задвинули за кулисы, как только она задёргалась слишком самостоятельно…

— Ладно, Даррен, — сказал я, — один вопрос напоследок. У сыщиков были какие-нибудь наводки на Невидимку? Я понимаю, что полицию попросили не рыпаться, но наверняка ведь шла оперативная информация. Косвенная хотя бы…

С ответом он не спешил. Пожевал губами, хмурясь, после чего сказал-таки неохотно:

— Накрыли поздней осенью одну хазу… Ну, то есть как накрыли — была наводка, что Невидимка там зависал недолго, но смылся. И, прежде чем наверх докладывать, сыскари в этом домике осмотрелись. Не нашли ничего, но…

— Договаривайте, пожалуйста, — сказал я.

— Есть в сыскном отделе мужик — не то чтобы одарённый, как в кланах, но кое-что унюхать всё-таки может…

— Да, такое бывает.

— По молодости он даже надеялся, что дар у него проявится во всю силу, чтоб в следопыты взяли. Но не срослось… И вот он что-то почуял там непонятное, очень смутно. Даже не смог толком объяснить, да никто особо и не выспрашивал. Доложили, как водится, по инстанции, что хазу нашли. Примчались спецы, которые на лордов работают, сыскарей спровадили, осмотрелись. Если и раскопали что, я не в курсе…

— Понятно, — медленно кивнул я. — А адресок этой хазы у вас случайно не завалялся?

— Случайно есть, — хмыкнул Даррен. — Когда приятель мне всё это рассказывал, я по старой привычке сразу адрес спросил. Приятеля аж смех разобрал. Говорит мне — да, мол, инстинкты из ищейки не вытравить. Но продиктовал-таки, погодите…

Даррен поднялся и побрёл к дому. Через пару минут вернулся, протянул мне клочок бумажки с каракулями.

— Рыбный переулок, где порт. Но толку-то, Вячеслав? Если и было там что полезное, лорды давно нашли. И не удивлюсь, если Невидимку как раз-таки через этот след и прижучили. По времени совпадает вроде бы…

— Скорее всего, — согласился я. — Но проверить всё равно надо. Других конкретных зацепок у меня сейчас нет.

Я встал и протянул ему руку:

— Благодарю за помощь.

Даррен молча ответил на рукопожатие, а когда я уже направился к выходу на улицу, окликнул меня негромко:

— Погоди, Вячеслав. Съезжу за компанию…

— Ну, поехали, — пожал я плечами. — Но ты же сам сказал, что толку не будет.

— Мало ли… Дай минуту, умоюсь…

Металлический изогнутый кран торчал из земли, недалеко от крыльца. Сняв рубаху, Даррен ополоснулся до пояса, кое-как пригладил волосы пятернёй. Сходил в дом и быстро переоделся в чистые шмотки.

Таксист меня ждал, как я и просил. Мы влезли в машину, назвали адрес и, попетляв по городу минут десять, въехали в район, граничивший с портовыми складами. Дома были ветхие, из грязновато-бурого кирпича или из самана с облупившейся штукатуркой.

— Здесь тормозни, — сказал Даррен таксисту.

Я вновь попросил водителя подождать. Мы с Дарреном вылезли из машины, и тот махнул мне рукой — туда, мол.

Припарковались мы, как выяснилось, далековато от цели, чтобы не привлекать внимания. Миновав переулок, вышли на поперечную улочку и там наконец увидели нужный дом — длинный и приземистый, как барак, с шестью узковатыми прямоугольными окнами, которые потускнели от грязи.

Я посмотрел следопытским зрением.

Дом выглядел нежилым, покинутым — и вообще, производил гнетущее впечатление. Он как будто был болен, поражён неведомой хворью. Но непосредственной опасности я не чувствовал.

Вся эта постройка была рассчитана, очевидно, на три семьи — со двора имелось три однотипных входа. Даррен кивнул на крайний справа, с полуоткрытой фанерной дверью. Та скрипнула неприятно, и он переступил порог, а я шагнул следом.

В двух маленьких комнатёнках царил разгром после обыска — ящики из комода выдраны, шифоньер отодвинут от стены и распахнут настежь, маленькое настенное зеркало сорвано и разбито. На полу валялись грязные тряпки и перевёрнутые колченогие табуретки. Даже обои кое-где были содраны.

— Всё перетряхнули, — сказал Даррен вполголоса. — Можно, конечно, ещё порыться, но сначала глянь своим взглядом. Ну, специальным. А я на улице осмотрюсь, постою на стрёме. Кто их тут знает…

Когда он вышел, я сконцентрировался, форсируя следопытский навык.

Комната теперь выглядела ещё непригляднее. Даже косые солнечные лучи, проникая в окна, не скрашивали картину, только подсвечивали застарелую пыль.

Но хлам не таил никаких секретов — я почти сразу в этом уверился. Если следы и были, то не столь очевидные.

И да, ощущался какой-то фон, едва уловимый, смутный…

Будто оттенки чуть исказились…

Если бы это была не комната, а её фотография, то я бы сказал, что здесь применили слабенький светофильтр, почти незаметный…

Наверное, это и уловил сыскарь с задатками следопыта, но не смог сформулировать. А уж спецы из кланов почувствовали наверняка…

Однако мне требовалась конкретика.

Шаг за шагом я обследовал обе комнаты, пытаясь найти места, где фон сгущался бы явственнее. Но нет — тот выглядел однородно, без всяких указаний на тайники.

Я вышел в коридорчик-предбанник, узкий и тесный. Кухонный столик ищейки выпотрошили, посуду оставили на полу. На столике стоял примус. Ещё был кран с