Как приручить дракона - 2 - Евгений Адгурович Капба

— Я бы очень постарался, — продолжал рубить напрямую я. — Но теперь уже ничего не попишешь: говорят, никогда не представляется второго шанса произвести первое впечатление, но мне он представился — и я его просрал.

— Ха! — Ядвига дала по тормозам, и машина ушла в дрифт.

Благо дорога была пустая! Я даже от ножек её отвлекся: может, ну их к бесам, эти ножки, если хозяйка у них — придурочная?

— Мы поворот не пропустили? — спросила она.

— Это он и есть. — Кивнуть и не стошнить для меня стало настоящим подвигом. — Еще раз предупреждаю…

— Орки, я помню. Поверьте, я могу за себя постоять… Ну, и вы ведь меня в обиду не дадите, вы же смельчак, Пепеляев?

— Йа-а-а? — удивился я. — Ну да, наверное… Вот сижу рядом с вами и сам от своей смелости с ума схожу. Разговоры вот с вами разговариваю, даже заигрывать пытаюсь…

— Да-а-а? — Её брови взлетели вверх. — Что, я вам прямо нравлюсь?

— О-о-о да, — кивнул я. — А толку? Мы с вами в разных лигах. Даже и пытаться не стоит.

— Глупости какие… — Вишневецкая, кажется, даже обиделась. — Что за ерунду вы говорите? Какие ещё разные лиги? По грунтовке ехать?

Последнюю фразу она произнесла другим, деловым тоном.

— По грунтовке, — сказал я. — Вперёд до металлических ворот с неоновой подсветкой. Разные лиги — это значит, что вам со мной будет сначала непонятно, а потом скучно. А мне с вами — сначала тревожно, а потом грустно.

— Много вы обо мне знаете! Думаете, небось, что я какая-то фифа с крутыми тачками… Да! Мне нравится выглядеть привлекательно и нравится быстро ездить, но это ведь не всё! Это — не вся я, понимаете?

— Прекрасно понимаю, наверное, даже лучше, чем кто-либо. — Что-то, наверное, у неё в жизни происходило, раз она решила со мной об этом поговорить. — Вот мы и приехали…

Я оттолкнулся ногами — и резко выпрыгнул из машины, не открывая дверцу. Красиво получилось, мог бы и сальто попробовать сделать, но очень не хотелось опростоволоситься.

— Во-о-о-ождь!!! — закричал я. — Открыва-а-ай! «Урсе» кирдык пришел!

— «Урсе»? — услышал я удивлённый выдох девушки.

Ворота загромыхали, и перед нами предстал Вождь — зеленый, мускулистый, в своих цацках-бряцалках и с той самой Леночкой в обнимку. Леночка, которая променяла проживание в семье человеческих алкашей на общество молодого-перспективного орка, тоже была ничего, фигуристая деваха с лицом диковато-красивым и живыми, хитрющими глазами.

— Учитель! Что за базар? Как — «кирдык»? Я сам же её перебирал! Не мог никакой кирдык…

— Я зарядить забыл, — развёл руками я. — Замотался. Стоит тут, в лесочке, в десяти километрах.

— Ну… Это… Ох, тяжко не материться, учитель. Ох и тяжко! — Вождь аж надулся весь от негодования. А потом медленно выпустил из легких воздух, успокаиваясь, и спросил: — А это кто с тобой?

Он и его банда смотрели на Ядвигу Вишневецкую во все глаза. Как дети смотрят на торт, который на день рождения вносят. А потом вдруг их взгляды переменились на настороженные, опасливые — и я проговорил:

— Это хорошая девочка Яся, она меня на трассе подобрала, домчала до вас, аки ветер, и вообще — ведите себя прилично, а то напугаете человека.

— Это! — Старый автослесарюга-снага, который вместе с Вождем крутил мою «Урсу», тоже старался не материться. — Она — эта! Магичка! Это самое! Не человек, а колдунша! То есть… Самое! Она — эта!

— А? — Я обернулся к Вишневецкой и глянул на неё квадратными глазами. — В каком смысле — магичка?

Её глаза были не менее квадратными.

— В каком смысле — учитель? — одними губами спросила девушка.

— Так! Лена-а-а… — Вождь почесал свои космы. — Лена, мне нужен запасной аккум от «Ставра». Помнишь, где он?

— В боксе у Чуба. — Девчонка-то его тоже не промах, вон как в снажьем бардаке ориентируется…

— Та-а-ак, уже легче… Значится, Чуб и Сипатый — идите берите танковый аккум. Грузите его, мнэ-э-э-э… Например, в мой пикап. И едемте в лес заводить «Урсу». Аккум мы поставим в салон, подключим по-дикому. А потом пригоним «Урсу» сюда и будем заряжать. А с тебя, учитель — лекция про Митрандира, Буддия и Христоса. Ты обещал про мировые религии!

— Есть проблема, Вождь. — Сипатый, крупный, толстый снага, мялся на месте. — В пикапе сильно насрато, там только два человека влезут… А разгружать — нах-нах-нах… Ой!

Он даже ладонями рот прикрыл, глядя то на Лену, то на Ядвигу. Вот ведь как их Вождь выстроил — действительно стесняются! Значит, я им про Буддия с Митрандиром, а они мне — аккумы зарядят? Нормальный расклад.

— Я довезу, — сказала Ядвига. — Мне все это ужасно интересно! Садитесь, Пепеляев!

И она снова похлопала ладонью по сиденью.

Когда мы ехали все по той же Светлогорской трассе, она спросила:

— Что это за прикол такой с Буддием, Митрандиром и Христом? Почему снага просят вас лекции по религиоведению читать? И как вы оказались учителем? Я-то думала, вы сталкер! Или — бандит.

— Я не бандит, — обиделся я. — А что в Мозыре в Хтони подрабатывал — так это потому, что в Поисковом батальоне служил, комиссовали меня по контузии месяца три назад.

— Да-да-да, Олежа говорил, что вы сослуживцы…

— Вот! И попросили помочь там, по специальности. А я с них оргтехнику стребовал, себе в кабинет. Я ж в школе работаю, в самой обычной, земской — там в плане принтеров-ноутбуков, не говоря уже о проекторе — шаром покати. Вот я и перся тогда из Мозыря с этой сумкой…

— Уф! Капец какой-то. — Ядвига потерла лоб костяшкой большого пальца. — А орки тут при чем?

— А они в Орду хотят. К пану атаману Бабаю Сархану! — пояснил я. — А у него — жёсткий конкурс, как я понимаю. Вот Вождь и решил помимо собственного бизнеса еще и общий культурный уровень повышать, потому что хочет в важные ордынские шишки выбиться.

— Ах, в Орду-у-у-у! — понимающе протянула она. — Тогда кое-что на свои