Земля: Выживание. Том VI - Михаил Ран

— Когда это чудовище приземлилось, за ней метались жгуты тьмы. Мы сразу потеряли передовую четверку. После чего я и оставил большую часть команды сдерживать её. Большего не знаю. — покачал головой Мрачный. — Надо спрашивать у тех, кто вернулся раньше. — показал он рукой на оставшихся в живых членов своего подразделения.

— Она перебила ещё троих, потом скрылась в вентиляции. — вышла из рядов девушка с короткой стрижкой пикси, и показала туда же, куда до этого показывал мужчина. — Многих перед этим успела ранить.

Лидер снова повернулся в сторону, откуда пришел его подчиненный, и словно заглядывал за пределы видимости. Туда, где огромные глыбы бетона и переплетенная арматура надежно перекрывали путь, а столб пыли всё еще висел в воздухе, оседая во тьме.

— Что ж, досадно что мы потеряли Шепота и Шквала. — произнес Лидер, но тем голосом, в котором нельзя было прочесть даже капли реальных сожалений. — Пока повременим. В любом случае, мы обязательно ещё встретимся. А пока всем рассредоточиться. И отправьте сообщение на базу, пусть пришлют заряды и рабочих, чтобы мы могли расчистить путь.

Фигура развернулась на сто восемьдесят градусов, и автомат, болтающийся на плече, по инерции описал дугу.

— Мрачного отправить в лазарет, как и всех, кто был ранен.

— Есть! — отрапортовал помощник, который тенью следовал за своим начальством.

В то же время, кабинет полковника Маркова, как всегда, был наполнен едким запахом табака, и очень крепкого кофе, который не так давно удалось достать одной из групп зачистки, регулярно снующих по поверхности.

Помимо этого в воздухе присутствовал странный аромат напряжения, от которого даже при сильном желании хозяина кабинета никак нельзя было избавиться. На столе, прямо перед полковником, лежали карты со свежими метками в красных и синих цветах.

Свет настольной лампы выхватывал из полумрака лицо Маркова, человека, чьи плечи сильно придавило грузом ответственности за десятки тысяч жизней, а может уже и за все сотни тысяч.

Напротив него, в обычном офисном кресле, сидел подполковник Егоров. Он выглядел подчеркнуто официально, в идеально отглаженной форме, но нервный стук его пальцев по подлокотнику выдавал имеющееся внутреннее напряжение.

— Это недопустимо, Артем Артемович. — Егоров нарушил тишину резким, хлестким голосом. — Как мы можем просто так закрыть глаза на произошедшее? Так называемая Алиса Вишневская убила кадрового военного, находившегося в подчинении лейтенанта Полякова. И ранила самого офицера, а вместе с ним и ещё одного человека. Какими бы ни были обстоятельства, это плохой прецедент. Если мы позволим гражданским, тем более одаренным, безнаказанно убивать других людей, завтра начнется анархия. Думаю, что вы понимаете, дисциплина — единственное, что отделяет нас от тех же бандитских формирований, снующих наверху. Или от тех же фанатиков, нападающих на нас с юга…

Марков медленно поднял взгляд от карты.

Было видно, что он совсем не торопился с ответом и решением, которое от него ждал подполковник. Пара дней успела пройти, не страшно, если пройдет ещё несколько.

Поэтому мужчина аккуратно потянулся к пачке сигарет, доставая одну из них, слегка перекатывая ту между пальцев, прежде чем наконец подкурить зажигалкой.

Сизый дым медленно поплыл к потолку.

— Дисциплина, говоришь? — Марков произнес это тихо, почти ласково, но Егоров внутренне подобрался, совсем не доверяя такому тону. — Знаешь, подполковник, я тоже люблю порядок, почище многих. Но порядок… это не когда солдат может делать всё, что ему вздумается, прикрываясь своими погонами. У меня на столе лежит отчет, собранный службой внутренней безопасности. Хочешь с ним ознакомиться?

Егоров поджал губы, но промолчал, так ничего и не сказав.

— Вижу, вижу что хочешь. — сам себе кивнул полковник. — Поляков, вместе со своим взводом, занимался вымогательством в зоне, где размещали беженцев из последней волны. — продолжил Марков, с каждым словом вкладывая все больше и больше стали в свой тон. — Судя по полученным показаниям, он облагал «налогом» людей, якобы за защиту, вплоть до того, что отнимал выданную им еду, и без того ограниченную. Также у нас имеются свидетельства о насилии над гражданскими. Получается, этот лейтенант считал, что в происходящем хаосе он — бог и судья в одном лице. И когда ему в голову пришла идея очередной раз воспользоваться своим положением, он выбрал противника, оказавшегося ему не по силам. Вот и вся история.

— Это только слова! — Егоров подался вперед. — А на деле у нас есть труп военного и показания бойцов, присутствующих во время происшествия. Включая самого Полякова. Даже беженцы, которые там были, утверждают…

— Лично у меня нет доверия к людям, которые совершают такие поступки. — похлопал ладонью по документам полковник. — Тем более, что они с легкостью могли запугать гражданских. Стервятники. — добавил Марков, и на этот раз он уже не скрывал нарастающего внутри гнева. — Они будут петь все что угодно, лишь бы выгородить себя и своих подельников. Но я не позволю превращать вооруженные силы в сброд. Никому не позволю. — уняв голос, командующий продолжил спокойнее. — Тем более, именно вы протежировали мне Артема Вишневского, как очень перспективного кандидата для вступления в специальный отряд. А сейчас что? — стряхнул пепел в пепельницу, Артем Артемович потушил сигарету. — Вы хотите устроить суд его родной сестре близняшке?

— Люди требуют ответа. — не сдавался Егоров. — Слухи скоро поползут за пределы тех блоков, и разойдутся по всей станции. А вдруг каждый одаренный начнет так себя вести? Что будет дальше… Кроме того, если мы не предпримем официальных действий, через неделю у тебя тут будут делегации от других управляющих станциями и офицеров.

— Пусть приходят. — Марков толкнул в сторону от себя пепельницу, подхватывая пальцами кружку с недопитым кофе. — Я им лично зачитаю список подвигов твоего Полякова. А потом предложу отправиться в тоннели вместо семьи Вишневских, которые оттуда не вылазят. Желающих, думаю, будет немного. — сделав большой глоток, полковник с легкой улыбкой добавил. — Если вообще такие будут.

В этот момент дверь кабинета распахнулась без стука, и на пороге, как призрак, возник помощник полковника, которому было приказано докладывать обо всех чрезвычайных ситуациях, происходящих на их территориях. Его молодое лицо было бледным, а дыхание сильно прерывистым, словно он только и делал, что бегал по лестнице.

— Товарищ полковник! Срочный доклад! — выпалил адъютант, протягивая Маркову лист радиограммы.

Марков выхватил бумагу, быстро пробегая глазами по строчкам, и его лицо мгновенно окаменело. Он медленно опустил лист на стол.

— Что там? — Егоров тоже поднялся, чувствуя, как холодная волна тревоги накрывает его самого.

— Узловая. — коротко бросил Марков. — На них было совершено нападение. Неизвестная, но очень хорошо вооруженная группа. Использует и обычное