S-T-I-K-S. Веда в Улье - Женя Дени

молнии, а губы растянулись в волчьем оскале. И вот тут пушок замешкался, не понимая, что ему делать: стрелять, снова ей вломить или вообще убегать, но он всё же решил замахнуться, только квази есть квази: все они куда быстрее, ловчее и, естественно, сильнее любого человека. Поэтому она резво подскочила к нему, перехватила ружьё, большим пальцем ударила под основание курка и одновременно увела ствол в сторону, отчего пушок ойкнул и в следующую секунду получил уже сам своим же прикладом под дых.

Фиона отличалась крутым нравом и людей ранее она убивала, но опять же… это ж был парнишка, у которого молоко на губах дай бог вчера обсохло, а убивать детей не было её принципом, зато отметелить за милую душу! Преподав урок — вполне себе дело воспитательное и благородное. Парень согнулся, издав сдавленный хрип, и с глухим шлепком рухнул на камни, а ружьё теперь было у неё, что её ой как порадовало, хотя она не знала, заряжено ли оно вообще, ведь пушок так и не выстрелил.

Разумеется, на шум вылетели двое мужчин. Но Веда тоже зря времени не теряла, и пока квази метелила мелкого, она следя за парочкой, успела подхватить горсть земли, перемешанной с сухими иголками и трухой. Так что когда мужики выскочили из-за дерева, она метнула эту пыль прямо им в лица. Земля и хвойный мусор взвились в воздух, ударив в глаза и рты, отчего один из них, зажмурившись, начал палить и чуть не прошил пушка вместо девок, но Фиона вновь среагировала и увела себя с блондинкой с хаотичной линии огня, а второй закашлялся так, будто в него вселился старый дизельный мотор, срывая дыхание и теряя ориентацию.

Фиона не теряла ни секунды и, обогнув ель, успела ударить прикладом в бок первого, когда тот уже и проморгался, и проорался, и отстрелялся. От этого удара раздался хруст, мужчина согнулся и охнул, а она, не давая ему шанса оправиться, в придачу всадила коленом в грудь, отчего он упал, как бревно, лицо его покраснело как у рака, а из таких же красных глаз полились слёзы.

Второй, несмотря на свои слёзы и сопли, всё-таки попытался прицелиться, на секунду разлепил глаза и увидел перед собой высокий, мрачный, в отблеске хвойной пыли силуэт. Но Фиона шагнула вбок, как будто танцуя, и въехала ему по запястью, отчего ствол выпал из его рук, ударился о корень дерева и лёг. Без промедлений последовал ещё один удар с локтя прямо в челюсть, после которого мужчина рухнул лицом в землю.

Тишина накрыла берег, и Веда осторожно вынырнула из-за ели, пока квази окидывала взглядом всех троих: пушок отполз к дереву и пытался подняться, держась одной рукой за живот, но она подлетела и отвесила ему пинка, отчего бедолага влетел в ствол прямо головой и отключился. Второй ревел от боли и корчился, похоже, она ему рёбра переломала, а третий спал беззаботно.

Фиона связала троицу, буквально упаковав их, как подарки перед Новым годом, используя всё, что под руку попалось: их собственные ремни, стропы от рюкзаков и даже шнурки с берцев. Мужиков она уложила лицом в землю и так, чтобы они не дотянулись друг до друга, а узлы затянула тугие, как у профессионального моряка, глухой восьмёркой с замком, чтобы не развязались, даже если им вздумается кувыркаться. Один из пленных попытался шевельнуться, но только всхлипнул от натяжения.

Закончив с обвязкой, Фиона выпрямилась, отряхнула ладони и направилась к одному из мужиков, у которого заметила флягу с необходимой для девушек жидкостью. Фляга была у ещё одного мужика, а вот у парнишки почему-то не было. Отвинтив крышку, она сделала приличный глоток, и обжигающая влага ударила в горло, расползаясь теплом по груди, так что квази даже зажмурилась на пару секунд, а затем протянула баклагу Веде. Та взяла её, на удивление ничуть не побрезговала, присосалась, как к сиське, и сделала несколько жадных глотков, отчего у неё даже глаза засияли.

— Боже, как хорошо… — прошептала она, переводя дыхание.

Тем временем парнишка, который ранее попытался оглушить Фиону, очнулся и захлюпал носом, перемежая всхлипы с испуганными взглядами в её сторону. В нём явно, жаль только не вовремя, проснулось осознание того, насколько плохой идеей было нападать на такую женщину.

Фиона уселась на лесину, глядя на связанных, как хищница, которая всё ещё решает: перекусить сейчас или потом.

— Ну что, мужики? Поболтаем? — выдала она фирменную улыбку, от которой у многих мурашки спринтуют по позвоночнику.

— Ну давай… поболтаем, — буркнул один из них, с трудом повернув голову к ней и уткнувшись щекой в землю, рыжая хвоя причудливо украсила его лицо.

— Чо тут забыли? — Фиона хлюпнула носом и с нескрываемым интересом уставилась на самопал одного из мужиков, который лежал возле неё.

— Ничо не забыли, — коротко бросил тот.

— Чо тут делали, я спрашиваю.

— Да мы возвращались в свой стаб! Не успели речку перейти, — начал объяснять он, кашлянув и тут же зашипев от боли, а потом сплюнул хвою и землю, которые успели забиться ему в рот. — Дамба, зараза, снова рухнула. Тут неподалёку кластер каждые два месяца подгружается вместе с этой чертовой дамбой, её регулярно бомбит от перезагрузки. Она рушится, всё сносит к чертям, и реку размывает мама не горюй.

— М-да, видели мы такое… — подтвердила Фиона, вновь вспоминая этот фееричный опыт.

— Ну вот… Не успели мы перейти в узком месте, решили спуститься вниз по течению. И тут вы… Красотки. Засели за ёлкой, караулите нас…

— Ну не надо, не придумывай! — пожурила его квази. — Кто вы есть, чтобы мы да вас караулили? С чего вдруг? Вы же прекрасно видели: мы просто сидели у костра, грелись. Оружия у нас и в помине не было, хотя теперь, благодаря вам, немного разбогатели… если, конечно, не считать вот эту пародию на оружие. — Она легонько пнула самопал.

— Ага! Не строй из себя овечку! Дюже зубастая как волк она выходит! Знаем мы таких!

— Это каких таких? — спросила Веда.

— Да вот таких как вы! Мы что на дураков похожи? Хотя ладно… тьфу… — он снова сплюнул грязь, забившуюся в рот. — Похожи… Но мы то в курсе… какими коварными бывают бабы!

Веда не смогла сдержать смех и тут же пожалела, потому что ухо снова зашлось болью.

— Если бы вы, пентюхи, получше глядели, то заметили, что у нас даже фляги с живчиком нет… Вот придурки… — Фиона устало потёрла переносицу. — Коварные бабы… сидели две бомжихи, млять, никого не трогали…

— И что дальше