Главный инженер 2 - Вадим Фарг

узлу, вошёл в систему через резервный доступ и начал исправлять свой ночной сценарий. В журнале оставил следы обычной диагностики. Картина для Глеба должна была быть простой, система сбилась, а внештатный специалист подключился, восстановил контуры и синхронизировал автоматику. Если кто-то полезет глубже, то, конечно, увидит странности. Но для этого надо понимать, что искать, и не бояться Лику. А это очень редкое сочетание. неприкосновенность.

— Глеб, — сказал я, глядя на экран, — на счёт три приоткройте сброс на четверть оборота. Не больше.

— Понял.

— Лидия Викторовна, у вас появится белая кнопка. Нажмёте один раз. Не держать. Не нажимать дважды.

— Я умею нажимать кнопки, — сказала она с раздражением.

— Сегодня дом в этом сомневается.

В подвале Глеб хмыкнул и тут же закашлялся.

— Раз, — сказал я. — Два. Три.

Глеб сработал вовремя, да и Лика тоже.

Ошибки начали уходить. Одна линия стала зелёной, потом вторая. Насосы сбросили обороты, а канализация сняла ложную защиту.

— Давление выравнивается, — сказал Глеб с облегчением. — Макс, пошло. Реально пошло.

— А разве кто-то сомневался? — улыбнулся я в пустоту.

Я отключил адаптер, собрался и вышел из кабинета. На секунду остановился у двери и оглянулся. Но кабинет выглядел так, будто ничего не произошло.

Идеально.

В гостиной у панели всё ещё стояла Лика. Злость с лица не ушла, но теперь к ней добавилась растерянность. Она смотрела на экран, где красные зоны сменялись нормальными статусами. Глеб поднялся из подвала мокрый, но счастливый.

— Ну… вроде пошло, — сказал он, глядя на планшет.

— Не вроде, а пошло, — поправил я. — Но сразу скажу, что питание вторичных модулей не надо трогать пару часов, только после этого штатный перезапуск, не раньше.

Глеб быстро закивал.

Лика подошла ближе. Вблизи она выглядела почти как на похоронах, красивая, но холодная, и не изображавшая на лице фальшивую скорбь.

— Вы всегда так работаете? — спросила она, внимательно разглядывая меня, словно какое-то редкое животное.

— Когда не мешают, да.

— Вы слишком уверены для мастера по вызову.

— А вы слишком дорого платите за системы, которые ваши инженеры боятся трогать, — пожал я плечами, — У каждого свои странности.

Глеб рядом снова нервно сглотнул, но остался на месте.

Лика не отвела взгляд. И вот мне показалось, что я увидел в ее глазах что-то кроме удивления… тревогу? Может что-то в моём голосе, в движениях показалось ей знакомым? Да нет… не может быть, Смирнов был полностью противоположностью Орлова.

— Сколько мы вам должны? — спросила она после паузы.

— Счёт выставит УК, — ответил я. — Выезд через них.

Лика молчала, потом кивнула Глебу.

— Оформите оплату. И проследите, чтобы всё проверили.

— Конечно, Лидия Викторовна, всё сделаем, — быстро сказал Глеб.

Я взял кейс. Он стал тяжелее, но не настолько, чтобы кто-то заметил. Глеб проводил меня до крыльца.

— Макс, ты реально выручил, — сказал он тише, оглядываясь на дом. — Я не знаю, как ты это сделал, но если бы не ты, нас бы сегодня закопали.

— Вас ещё могут закопать, если не просушите перекрытия и не составите акт по зонам протечки.

Я спустился по ступеням, подошёл к скутеру и закрепил кейс. Невольно поднял голову и в окне второго этажа увидел Лика. Она стояла за стеклом и смотрела вниз, на меня. Я не удержался и помахал рукой, после чего надел перчатки и выехал с участка.

Охрана на воротах смотрела на меня уже иначе. Не дружелюбно конечно, скорей с опасливым уважением. Теперь в их глазах я уже не был курьером на табуретке с мотором, а был человеком, после которого в доме перестала течь вода. В мире, где все боятся ответственности, тот, кто умеет чинить, быстро становится нужным.

Первый охранник поднял шлагбаум без вопросов.

— Починили? — спросил второй, выглядывая из будки.

— Пока да, — кивнул в ответ.

— А что было?

Я посмотрел на него и пожал плечами.

— Просто дом устал от хозяев.

Глава 10

Я вернулся в свой двор ближе к полудню, когда местная экосистема уже жила своей привычной, суетливой жизнью, заглушая шум далеких проспектов. У соседнего подъезда стояла полная женщина с пакетом из продуктового магазина и на весь двор ругалась по телефону, доказывая ему свою правоту. На деревянной лавке у моего подъезда сидели Жанна Сергеевна и Марья Ивановна, которые смотрели на меня с тем уровнем внимания, с каким охрана на элитной Рублевке обычно смотрит на чужие автомобильные номера.

После богатства Рублевки этот контраст мог бы показаться настоящим наказанием, но мне, наоборот, стало спокойнее на душе. Там, за высокими заборами и камерами, люди за огромные деньги строили себе крепости, а потом в панике бегали по дому, потому что один старый пароль оказался сильнее всей их хваленой системы безопасности.

Здесь же все было устроено гораздо проще и честнее по отношению к реальности. Если в подвале течет труба, значит, она просто течет и ее нужно менять без лишних разговоров. Если твой сосед запойный алкаш, значит, он просто алкаш, от которого нужно держать дистанцию. И никаких тебе итальянских панелей, скрывающих за собой внутреннюю гниль и пустоту человеческих душ.

— Доброго дня, Максим, ты сегодня как-то рано вернулся, неужто заказов совсем нет или выходной себе решил устроить посреди недели? — поинтересовалась Жанна Сергеевна, плотнее запахивая драповое пальто и внимательно изучая мой кейс.

— Добрый день, Жанна Сергеевна, просто утренний объект оказался слишком легким, пришлось быстро все починить и ехать домой, чтобы вечером взяться за более серьезный проект, — ответил я спокойным тоном, останавливаясь перед дверью и вежливо кивая обеим старушкам. — У вас тут во дворе все тихо было, никто чужой не бродил вокруг и в подъезд не пытался проскользнуть?

— Да какие тут чужие, только этот придурок с пятого этажа опять свою музыку включал на полную громкость, пока участковый мимо не прошел и не пригрозил ему штрафом, — проворчала Марья Ивановна, поправляя платок на голове и благодарно улыбаясь мне за проявленное внимание. — Ты бы, Максим, посмотрел на досуге трубу у нас на кухне, а то капает уже третий день, сил никаких нет тряпки выжимать, я тебе заплачу, как положено, с пенсии.

— Обязательно зайду вечером и посмотрю, Марья Ивановна, а про деньги пока забудьте,