Направо от Юпитера - Матвей Геннадьевич Курилкин

Они быстро сдали добычу — вдвоём с помощником это занимает даже меньше времени. Потом вернулись в док — на заправку. Пока готовился, горючее заливали, Макс шустро проводил инвентаризацию. И очень неприятно удивился, обнаружив, что бокс с рационами практически пуст.

— Офигеть… — Растерянно пробормотал он. — Куда всё делось-то?

Ещё перед первым рейсом с нейроумком он забил всё до отказа и рассчитывал, что уж на три рейса точно хватит. Когда возвращались с низкой земной орбиты обратил внимание, что как-то многовато припасов истратилось, но тогда это было не так заметно.

— Иван, куда у нас жратва вся девается⁈ — Возмутился он. Если прикинуть расход, выходило так, будто у него не один помощник прибавился, а сразу два. А то и два с половиной.

— Искусственнорождённым гражданам требуется гораздо больше питания, поскольку наш мозг работает иначе, чем у естественнорождённых. Нейросеть, которая помогает мне функционировать, не совсем рационально тратит ресурсы организма…

— Всё-всё, я понял, — отмахнулся Макс. — Тогда надо до чипка добежать. Пойдём вместе, быстрее получится. По дороге прошерстим доску заказов, может, что хорошее удастся ухватить.

— Максим, а куда мы так торопимся? Разве у нас сейчас не должно быть два-три дня отдыха? По трудовому законодательству…

— Всё компенсирую, не нуди, — отмахнулся Макс. — Оплата по повышенным нормам, всё такое. Нам нужно залечь на дно, пока всё не уляжется.

В глазах у нейроумка явственно проступило сомнение, но он послушно зашагал вслед за Максом.

Ермаков тяжко вздохнул — вот совершенно человек не понимает, когда можно артачиться, а когда это несвоевременно! У них тут, можно сказать, жизнь на волоске, а этот всё про трудовое законодательство забыть не может. Вообще Максу впервые было неуютно на станции. И одновременно — жутко не хотелось в новый рейс, потому что последние его изрядно утомили. Остро хотелось в «Зеленуху» и поесть чего-нибудь вкусного. И, может быть, даже выпить бутылочку настоящего пива. Пусть и втридорога.

— Мужики, вам ничо не надо? — Мелкий торговец появился как из-под земли, Макс его и не замечал до этого. — Рационы есть свежие, в полцены отдаю. Или опознаватели. Качественные, ни одна система не поймает. Не интересует? Или хоть кино?

— О, нам как раз нужны рационы… — Начал было Иван, но Макс отрицательно мотнул головой, перебил напарника и отрезал:

— Не интересует.

И, не останавливаясь, отправился дальше. Утягивая с собой за рукав растерявшегося Ивана.

— Но почему⁈ — Возмутился нейроумок.

— Потом объясню, мы торопимся, — напомнил Макс.

Вообще-то Макс ничего не имел против нелегальной торговли. Даже поддерживал её всеми фибрами души. Но такие сделки проводятся по знакомству, с надёжными поставщиками, а не с непонятным типом с улицы. Услугами таких типов пользуются только самые неопытные пустотники, и, естественно, контрабандисты этим пользуются. Рационы — китайского производства. И не те, что настоящие и вкусные, а самые дешёвые, которые в рот не вломишь и хорошо, если не траванёшься. Макс даже из экономии не собирался жрать кашу, приготовленную из мушек дрозофил, которых китайцы выращивают на своей станции. Про опознаватели и говорить нечего — это уже откровенный криминал, тут даже штрафом не отделаешься. Подменять автоматический ответ своего корабля, чтобы тырить добычу на чужих делянках — это откровенная хрень, Макс в таком даже в худшие времена не собирался замазываться. Да и плохо кончают такие деятели.

Вот кино можно было бы прикупить. Посмотреть, что там новенького голливуд и прочие наваяли за последнее время. Да и узнать, наконец-то, что за Мартина Лилли такая. Запрещёнка же — всё, произведённое на западных киностудиях нелегально. Но сейчас действительно некогда.

Иван всё продолжал растерянно оглядываться на торговца, а потом вовсе резко затормозил и решительно зашагал назад. Макс тоже оглянулся, и мысленно выругался. Барыгу щемили полицейские. То ли не заплатил вовремя, то ли и в самом деле новенький на станции, так что один из служителей правопорядка его в данный момент тщательно обыскивал, а второй — проверял документы. Но ровно до тех пор, пока к ним не подошёл Иван.

— Господа полицейские! Вы нарушаете процедуру досмотра! Я буду вынужден направить жалобу! Почему вы досматриваете гражданина без присутствия понятых⁈ Это совершенно…

— Это кто тут такой наглый⁈ — Сержант на секунду скосил взгляд на планшет, — Гражданин Иванов! У вас разве других дел нет! Проходите, не мешайте работе полиции!

— Я не с ним, господин сержант! — Тут же затараторил торговец. — А он — не со мной! Я его вообще не знаю!

— А вы почему такое позволяете⁈ — Иван и не думал успокаиваться, и теперь переключился на торговца. — Патрульные нарушают массу процессуальных норм, а вы это покорно сносите! Вы должны сразу сообщить им об этом и предостеречь от нарушений!

— Я его не знаю, господин сержант! Я вообще его впервые вижу! Это же псих какой-то!

— Это совершенно неприемлемо. Я буду вынужден сообщить о вашем поведении вашему руководству! Я собираюсь составить заявление и потребовать, чтобы к вам применили санкции. Ваше поведение абсолютно непрофессионально и порочит честь сотрудника полиции!

Сержант оставил в покое планшет, который повис на поясе, и молча заломил руку Ивану.

Макс к тому времени подошёл, так что сержанта узнал — тот самый, который его тогда в Зеленухе опрашивал.

— Это незаконное задержание! — Иван, несмотря на то что был скрючен, боевого духа не утратил. — Вы должны меня немедленно отпустить и принести извинения! Иначе получите строгое взыскание от командования, когда оно об этом узнает! А оно узнает, я обязательно в подробностях опишу всё, что вы здесь творите!

— Максим Сергеевич, ну я же просил присматривать за своим сотрудником! — Укоризненно посмотрел на него сержант — патрульный.

— Извините, пожалуйста! — Повинился Максим. — Не углядел. Понимаете, мы только что с рейса, и вот…

— А раз предупреждал, то сами виноваты! — Строго сказал сержант. — Мы его сейчас оформим на сутки за оказание препятствий сотрудникам при исполнении. А потом суд и штраф. Или восемь суток ареста, в зависимости от решения судьи. Или…

Договаривать фразу сержант не стал, но посмотрел очень красноречиво. Намекающе. Макс мысленно застонал — в этот раз контрабандным пивком точно не отделаешься. Придётся платить, и судя по суровому виду — стандартный тариф. Недёшево, между прочим!

«Стоп! — Поразился Макс. — Восемь суток!»

Он подхватил