Имя нам Легион. Том 34 - Евгений Лисицин

выходят дальше этих стен. Мне же хотелось изучить новый мир изнутри и наладить контакт с его коренными обитателями. И попойка в этом плане — идеальный вариант сближения. Алкоголь развязывает языки и открывает сердца — лучшего первого шага и придумать нельзя.

Город явно строился хаотично, без какого-либо плана. Больше всего он напоминал бразильские фавелы или любые другие трущобы. Многие здания нависали прямо над пропастью: одно неверное движение — и пролетишь с высоты в десятки метров, окончив свой путь в кислотном болоте.

Привычной канализации не было: все отходы сливались прямо в воду. На экологию это никак не влияло: ядрёная вода с одинаковой лёгкостью растворяла всё, что в неё бросали. Ну и запашок стоял соответствующий, но всех всё устраивало. Местные не обращали на него внимания, а федераты носили кислородные маски.

За энергию отвечал мощный реактор на первом уровне, защищённый бронекапсулой. Его по праву считали сердцем города, и там же проходил последний рубеж обороны. Ещё, по словам Лайлы, у них имелись больницы, школы, торгово-развлекательный центр (громадина, занимающая половину третьего яруса), рынок и целая куча питейных заведений.

Весь разговор проходил на ходу: потарцы бежали по узким шатким мостикам, прыгали с крыши на крышу или пробирались по запруженным аборигенами улицам. Как я и думал, федераты редко спускались ниже пятого уровня, создав себе комфортную изолированную зону. Поскольку я практически не отличался от местных, на меня не обращали внимания, принимая за своего.

— Мы на месте! — Долгий путь закончился на втором ярусе, где болотный смрад ощущался гораздо мощнее, чем наверху. Очередной своеобразный фильтр от федератов, хотя они всё равно не суются сюда без масок. — Посмотрим, насколько глубокий у тебя кошелёк!

Многие вещи во вселенной походили друг на друга — не стали исключением и бары. Они могли отличаться интерьерами, работниками и ценовой политикой, но атмосфера везде одинаковая. Сейчас нам выпал классический вариант — высокая грязная стойка, обшарпанные столы с шатающимися стульями и непередаваемый запах кислой самогонки.

Потарцы жили в весьма стеснённых условиях: по пути вниз я заметил крохотные комнатушки, заставленные деревянными нарами. Город на болоте не мог расти бесконечно, из-за чего здания постоянно уплотнялись. В таких барах люди собирались не просто выпить — подобные заведения становились центрами притяжения, где можно было отдохнуть от суровой реальности, найти друзей или работу. Здесь все всех знали, а чужаков чуяли за версту.

Многочисленные посетители сразу развернулись ко входу, излучая мощное недоверие. Лайла, ни слова не сказав, подошла ко свисающей с потолка балке и ударила кулаком, заставив её зазвенеть.

— Этот хрен на самом деле Легионер! И он обещал угостить всех нас! — выкрикнула она, вызвав бурное одобрение.

Я перепрыгнул через стойку, потеснил протирающего кружку бармена и схватил первую попавшуюся бутылку, воздев её над головой:

— За храбрых охотников, защитников Потара!

Вечеринка удалась на славу: алкоголь развязывал языки и делал их мир лучше. На меня нескончаемым потоком лились различные байки, истории и местные легенды, из которых я без труда вычленял правду.

Борьба за этот мир шла больше века. Когда-то планета находилась на территории Федерации, но жуки неумолимо приближались. Тогдашнее правительство предлагало всем принять участие в глобальном эксперименте или же отправиться в эвакуацию, и потарцы выбрали первый вариант. Они позволили модифицировать собственные тела и заразить атмосферу, полностью преобразив весь мир.

По какой-то причине кислота не давала жукам устраивать фермы. А ведь до этого момента я считал, что Рой мог выживать в любых условиях. Также заражённая атмосфера делала тварей слабыми, позволяя аборигенам и федератам уничтожать сброшенные десанты. Орбитальные бомбардировки тоже не приносили результата: кислота в атмосфере ослабляла жучиную плазму, а выпущенные в ответ ракеты неизменно уничтожали живые бомбардировщики.

В итоге жуки поступили, пожалуй, самым логичным образом — забили на этот мир, переведя всё в состояние вялотекущей войны. Федераты получили уникальный плацдарм во вражеском тылу и базу для диверсионных операций, но всего одна планета не смогла переломить ход войны. И по неясной причине эксперимент не распространили на другие миры… или я об этом ничего не слышал.

Вопреки комментариям одного крайне ехидного ИИ, весёлый вечер не закончился в кровати с Лайлой. Девушка не проявляла ко мне интереса. Не чувствуя взаимности, я тоже не предпринимал никаких шагов. Мы устроили турнир по пьяному пинг-понгу и чему-то вроде дартса, где вместо дротиков выступали сюрикены. Подсчёт очков немного затруднился: брошенные сильными зеленокожими снаряды постоянно раскалывали используемые в качестве мишеней доски. В итоге победила дружба, и я снова ударил по балке, утонув в одобрительном рёве.

Мне понравилась эта планета. Мир был суровым, недружелюбным, но потарцы искренне любили его и были готовы за него сражаться. Под конец я вышел подышать «свежим» воздухом и без удивления обнаружил Лайлу. Девушка сидела на покосившейся крыше и болтала ногами.

— Не помешаю? — Подпрыгнув, сел на освободившееся место и вдохнул полной грудью. Стало немного лучше: оказывается, болотная кислота не так уж плоха на фоне духоты в баре, где собралось под сотню пьяных аборигенов. — Можно личный вопрос?

— Валяй, чужак, вряд ли ты меня удивишь, — оскалилась она, чуть повернувшись и взявшись за грудь. — Хочешь узнать, каково это — переспать с дикаркой?

— Нет. — В который раз мне удалось удивить её. — Почему вы остаётесь здесь? Работаете за гроши, постоянно рискуете жизнью. Неужели вам бы не хотелось переехать в более безопасный мир?

— А зачем? — Лайла быстро оправилась и перешла на покровительственный тон. — Здесь наш дом, наше предназначение — сражаться с Роем.

— Всегда можно выбрать другую судьбу. Федераты сделали ваших предков такими, но вы не несёте ответственность за их поступки. — Мне и правда была интересна мотивация потарцев. За всю вечеринку я ни разу не слышал разговоров по типу «пора валить», крайне популярных в депрессивных государствах. Все обсуждали обычную жизнь, охоту, лучшие способы приготовления личинок и почему корпораты такие жмоты.

— Раз спрашиваешь, то не поймёшь. Ладно, ты и впрямь хорошо проставился, попробую объяснить, — усмехнулась она. — Мы здесь родились, росли, сражались, любили, здесь же и умрём. Это дом, его не выбирают. Покинем его и сами станем чужаками. И разве мы сможем там дышать? Я часто слышала от чужаков, что в других мирах совсем другой воздух.

— На самом деле я прекрасно тебя понимаю. Моей планете тоже угрожает Рой: жуки находятся у нас на пороге. Многие советовали купить корабль и