Там, где исчезает свет - Ирина Дементьева

Уличив момент, я смогла догнать его, когда тот, тяжело дыша, перетаптывался с ноги на ногу.

— Ну, что дружок, пришла пора поквитаться! — злобно оскалившись, процедила я.

Но Бонька от чего-то вдруг перестал бояться, он задорно похлопал ушами и снова заржал во весь голос. Затем снова двинулся в свой путь. Сквозь помятую, уже подгнившую траву, он побрёл прямо по грязи, пока не вышел на узенькую тропинку, и там уже гарцуя, как настоящий конь, поскакал по дорожке.

Я припустила за ним, отчётливо понимая, что он не просто ходит туда-обратно, а чётко знает дорогу, куда идёт. Возможно, он сможет привести меня к своему неведомому хозяину, который посылает осла к своим будущим жертвам.

Как только эта мысль пришла мне в голову, я тут же сменила гнев на милость и постаралась и вовсе не отвлекать осла от своего пути. Мы шли с ним ещё недолго, и уже минут через десять он вывел меня на небольшую поляну, где в тени огромного дуба, стоял старый, слегка покосившийся и опалённый пожаром дом.

— Что это за место? Ты здесь живёшь? — удивлённо подняв бровь, я покосилась на осла.

Он лишь похлопал ушами и побрёл вперёд, выискивая в земле что-то съестное.

— Что ж, — заговорила я уже сама с собой, пытаясь тем самым снять напряжение, — Ещё один дом. Надеюсь, он здесь в единственном экземпляре.

Нервно сглотнув, я направилась в сторону прогнившего крыльца. По торчащим столбам в земле, я поняла что когда-то здесь стоял забор, отгораживающий дом от незваных гостей. Но сейчас от него осталась лишь парочка столбиков, доски очевидно растащили местные жители. Дом остался совершенно незащищённым и скорее всего разграбленным до последней чайной ложки.

Проверив на прочность ступеньки крыльца, я осторожно поднялась и толкнула ногой скрипучую дверь. В тишине замерзающего леса скрип казался оглушающим. Я сморщилась, прикрывая уши ладонями, затем резко схватилась за ручку и закрыла дверь, чтобы холодный ветер не пронёсся сквозняком по комнатам дома.

Как я и предполагала, внутри почти ничего не уцелело. Что-то было загублено пожаром, а оставшиеся ценные вещи очевидно уже мирно доживали свой срок в других домах города. Опустевшая прихожая и полностью распотрошённая вандалами кухня выглядели сиротливо брошенными. Я шла на цыпочках, каждый раз проверяя плотность досок, совершенно не имея желания провалиться в подпол. Следующая комната когда-то служила спальней. На полу остались светлые следы от места, где стояла хозяйская кровать. Но ни матраса, ни даже скрипучего каркаса уже не было, лишь отвалившаяся ножка валялась на полу у окна. В комнате остался лишь старый шкаф с покосившейся дверцей, которую по всей видимости уже не смогли аккуратно отвинтить и унести с собой.

Я потянула за дверцу, и она тут же с громким треском отвалилась от своего крепления и осталась у меня в руках. Я отставила её в сторону и снова подошла к шкафу. К моему удивлению, внутри лежали вещи. Полностью разграбленный дом, хранил в себе шкаф, забитый чьими-то вещами.

— Может, здесь действительно кто-то живёт и подкармливает Боньку? — прошептала я про себя.

Осторожно касаясь вешалок, я стала перебирать развешанную одежду. На плечиках висело одно женское платье, довольное простое, приталенного кроя из плотной шерстяной ткани, рядом мужской костюм, сшитый из такого же материала, что и платье. Внизу стояли две пары обуви: мужские и женские ботинки. Они были изрядно изношенные, однако было очевидно, что за ними хорошо ухаживали.

— Не может женщина жить в таком месте. — пробурчала я, — Никогда не поверю. Я конечно тоже сплю со свиньёй, но у меня дома есть хотя бы какое-то подобие уюта.

Я зарылась дальше и снова увидела пару мужских рубашек, женских блузок. Вся одежда была простая и старая, но до щепетильности аккуратно сложенное и отглаженное настолько хорошо, что до сих пор сохранили презентабельный вид.

Небольшой ящик между полками, как водится, хранил в себе чулки, носки и нижнее белье хозяев. И, конечно же, под горой носков нашёлся небольшой тайник в целлофановом пакете.

Вытащив его, я развернула и выложила на пол содержимое. Внутри были небольшая денежная заначка, несколько открытых конвертов с письмами и фотография. Она сразу же бросилась мне в глаза, затмив собой все остальные находки. Ведь с неё на меня смотрела моя ещё совсем молодая мама. Она стояла в обнимку с высоким худощавым мужчиной. Они смеялись, глядя в объектив фотоаппарата. Но самое примечательное, что оба были одеты в белые медицинские халаты.

Сердце сжалось от почти уже забытой тоски, едва я увидела лицо мамы. Когда-то ещё совсем недавно она тоже смотрела на меня, улыбаясь одними глазами. Я перевернула фото и прочитала надпись:

«Первая сессия со Львом».

Я снова перевернула фото и вгляделась в лицо молодого человека. Он был красив, лицо украшала обаятельная улыбка. Взъерошенные тёмные волосы, завивались в лёгкие кудри. И рядом с ним стояла тонкая, как фарфоровая статуэтка, моя мама. На фоне мужчины она выглядела бледно и устало, однако они оба были очень счастливы.

— Мамочка, — прошептала я, пряча фото в карман куртки, — Я обязательно узнаю, что с тобой случилось.

Я осмотрела оставшиеся находки. Бумаги очевидно принадлежали Льву Георгиевичу. Я нашла несколько старых рецептов, неразборчивые медицинские записи. И ещё несколько конвертов, адресованных ему от моей мамы.

Я вся покрылась мурашками от осознания, что наконец-то нашла что-то стоящее. Мама знала главврача местной больницы и даже поддерживала с ним связь, как раз незадолго до своего исчезновения. Конверты пусты, но если он сохранил фото матери, то и её письма мог хранить, но в более надёжном месте.

Он точно знает что-то о моей семье, но почему же не сказал ничего при первой нашей встрече? Потому что есть что скрывать, или он сам ничего не знает? Однако, чем бы ни было вызвано его молчание, ему придётся его прервать.

Я решительно встала, собрала все вещи обратно в пакет и спрятала в шкаф. Дверцу шкафа было уже не починить, поэтому совсем стереть следы моего присутствия здесь не получилось, однако я и не хотела. Я напала на след преступника и мне хотелось, чтобы он это знал. Пока он спокойно сидит в засаде, мне будет трудно его поймать, однако если он поймёт, что я нашла его логово, то точно проявится. И тогда я узнаю всю правду.

Глава 9

В больнице снова толпилась куча людей. Холл гудел от многозвучия