Хранители Тории: Город запретных желаний - Дарья Верескова

Вода немного помогла, хотя внутри всё равно всё клокотало. Хотелось отправить Оскару длинное, полное негодования письмо, обвинить его в том, что он даже не допустил мысли о лжи со стороны своей любовницы. Но от этого я бы выглядела ещё большей идиоткой, расписавшейся в собственной неуверенности. Обвиняющей соперницу. Единственным логичным вариантом было отпустить Оскара, но сама мысль об этом казалась чудовищной.

Воспоминания о наших счастливых днях и тёплой заботе друг о друге буквально душили. Это были самые долгие и важные отношения в моей жизни… Я видела нас мужем и женой, родителями общих детей…

— Где ты? Почему не отвечаешь? — услышала я голос Джина Робертсона перед тем, как выйти обратно в зал, откуда доносился одуряющий аромат еды. — Что значит на отдыхе?!

Он выслушал ответ, а после произнёс с деланным, холодным спокойствием:

— У нас был договор, Хару. Ты знаешь, что мне сейчас нужно. Нет, я не могу ждать три часа и не могу организовать для тебя частный самолёт. У меня было одно простое условие — твоя доступность после моих ночных смен. Всё.

Он сделал глубокий вдох и выдох, нервно барабаня пальцами по столу.

— Нет, мы не в отношениях, сколько бы ты ни твердила об этом на каждом углу. Я помог тебе с карьерой, мы сразу всё обсудили. Ты нужна мне сейчас только ради секса, и если тебя это не устраивает — ты вольна найти себе вариант получше.

Девушка на другом конце провода явно занервничала — я услышала её сорвавшийся голос даже с такого расстояния и только потом поняла, о чём они говорили.

Свободные, чисто транзакционные отношения. Но Хару, похоже, считала, что у них всё серьёзнее.

Я прошла мимо Джина к своему месту, вновь уловив аромат его парфюма. И в тот момент поняла, что из всех встреченных мною мужчин за последние годы, я никогда прежде не чувствовала такого… мужского. Они просто не интересовали меня — разум был слишком поглощён Оскаром.

Но Робертсона я замечала всегда.

Рука по-прежнему сжимала телефон с сообщением, полным обвинений от любимого человека, но глубоко внутри я уже принимала решение. Джину Робертсону сейчас необходим секс — после похода за ворота тории и почти медикаментозного состояния.

Почему я не могу просто попробовать?

У меня есть договорённость, мы в открытых отношениях, я не изменяю. Я даже предупрежу Оскара, что не вернусь с утра — впервые не сказав, что буду отсыпаться в капсульном отеле между сменами.

Конечно, если Робертсон согласится.

Глава 9

Где живет мистер Робертсон

Джин Робертсон по-прежнему ни с кем особо не общался, быстро поглощая своё мясо. Ничего другого он не заказал — ни риса, ни хлеба, ни овощей. Левой рукой он поспешно что-то набирал в телефоне.

Искал замену Хару?

Я посмотрела на стол перед собой, где официанты уже начали расставлять многочисленные крохотные тарелочки со свежей зеленью, чили, специями и лимоном. Там была и тоненькая сухая лапша, обещавшая придать блюду совсем другую текстуру…

Но мне кусок в горло не лез. От злости и обиды на Оскара, от адреналина из-за того, что я только что задумала.

Встала и подхватила сумку, не позволяя себе сомневаться. Ладони вспотели, а сердце колотилось в груди так сильно, что первый шаг казался непосильно тяжёлым, будто весил целую тонну. Однако у стола Робертсона я оказалась всего через несколько секунд.

Молодой мужчина — по-моему, Джин был моложе меня — встретил меня вопросительно поднятыми бровями. Он медленно перестал жевать, словно готовясь к разговору. Наверняка он ожидал, что я спрошу, зачем он нанял меня, ведь именно он назвал моё имя Идзумо Ятогами.

Как вообще можно предложить такое?!

На роковую соблазнительницу я не походила ни разу. Наоборот, Оскар не раз говорил, что я типичнейшая «хорошая девочка». Невысокая, достаточно худая, одетая скромно и профессионально, с типичнейшими длинными чёрными прямыми волосами. Таких тысячи на улицах.

И я совершенно не походила на идеальную Хару Шираи с её светящейся кожей, стильной стрижкой и высокой модельной фигурой.

— Привет, — улыбнулась я. — У меня есть к тебе предложение.

Джин Робертсон сузил глаза, выпрямляясь на деревянном стуле, и я только сейчас заметила, насколько у него широкие плечи. Он явно посещал тренажёрный зал — как Оскар или «хирург» Наоми. Физически Робертсон был мне очень приятен, особенно его запах. И, может быть, это поможет мне наконец избавиться от дурацкой зацикленности на Оскаре, потому что я не видела выхода.

— Я слушаю, — произнёс он внимательно.

— Меня зовут Рэй, — я сомневалась, что он вообще запомнил моё имя. — Я случайно услышала твой разговор с Хару, извини.

Джин сразу нахмурился, потому что никому не нравится, когда в личное пространство вторгаются чужаки, я прекрасно это понимала и сама была бы недовольна. Но следом в его глазах промелькнула безграничная усталость.

По-моему, он ждал, что я начну читать нотации или вещать о том, что в мире есть вещи поважнее секса. А может, что я стану плохо говорить о Хару, как она упоминает его имя в каждом интервью.

Нырять — так с головой.

— Я никогда раньше такого не делала, — я прикусила губу, чувствуя, как волнение стягивает каждую клеточку в груди. — Но… у меня… самой.

Хватит бормотать невнятности!

— Если тебе нужен партнёр на сегодня, я могла бы им стать. Прямо сейчас.

Кровь тут же прилила к лицу — я просто не могла это проконтролировать, но отворачиваться или отводить взгляд не стала. Это я пришла к нему, это я произнесла эти слова.

К чести мужчины он не позволил себе показать, насколько неожиданным было то, что я произнесла. И в отличие от меня он не покраснел, только его глаза расширились, потому что это было последним, чего он ожидал от меня.

Повисшее между нами молчание, длившееся всего минуту, показалось мне бесконечным. С каждым мгновением температура накалялась так, что становилось трудно дышать.

— Ты преследовала меня там, в Хакушу? — спросил он наконец.

— Нет, — ничего другого добавлять я не собиралась. По-видимому, он думает, что я его ненормальная фанатка, мечтающая с ним переспать, но худшее, что он может сказать — это «нет».

— Мне не нужны никакие влюблённости, не нужны проблемы, не нужно, чтобы ко мне привязывались. Здесь никто не должен об этом знать.

Я кивнула, словно это было самим собой разумеющимся. Вообще-то на работе не запрещалось иметь отношения, я внимательно прочла копию своего контракта, каждый пункт