Псевдоним «Испанец» 1-9 - Евгений Юллем

и сочли их отродьями дьявола, заслуживающими истребления. Ну а бонусом было, естественно, золото, на которое и списали творимый испанской короной геноцид. Нет, я не оправдываю жестокость конкистадоров — те еще отморозки, но и к древним мезоамериканцам отношусь с не меньшим омерзением. И пусть рыдают историки о погибших цивилизациях — я не думаю, что им понравилось бы жить в том мире, где их могли бы в любой момент схватить, торжественно объявить избранной жертвой для богов и сбросить их вырванное из груди сердце с пирамиды-небоскреба. В беснующуюся от вида крови толпу на Таймс Сквер. Хотя тогда она называлась бы по-другому, но дела это не меняет. Скверна есть скверна.

— Это я заберу, чтобы никто случайно им не воспользовался. Вещь проклятая, — объяснил я ему по-простому.

Ну вот это объяснение Сид понял.

— Давай отсюда убираться, — согласился он. — А эту статую расколотим, слишком много крови на ней.

— Не трогай эту дрянь, — сказал я. — Даже не прикасайся.

Не стоит уничтожать то, что может уничтожить тебя. Почему-то я уверен, что эта хрень не настолько простая, и при попытке ее уничтожить может что-нибудь да произойти. Пусть сейчас я не вижу ни ловушек, ни прочих штучек Древних, но они могут быть так же скрыты, как и все остальные. И стоит двинуть один рычажок… Вон, створки каменные не сами по себе открываются, а с хитрой механикой. И поди разбери, что может случиться.

— Давай лучше попробуем открыть вон ту дверь. За ней я вижу большой зал, — кивнул я на каменную плиту метрах в пяти за статуей.

— Давай. Как?

— А точно так же, — я дал ему золотую фигурку божка, увидев знакомые отверстия около плиты.

— Хорошо. Раз, два, три, — мы одновременно вставили фигурки, как ракетчики ключи перед запуском.

Дверь дрогнула, открылась со страшным скрежетом…

— Да чтоб меня… — как сказали в том фильме пошли «непереводимые местные обороты».

Только теперь эта реплика принадлежала Сиду. И неудивительно. Зал размерами с предыдущий был доверху забит золотом. Всевозможные статуэтки, нагрудники, золотые головы, украшения… Нет, до удобоваримых и хорошо транспортируемых золотых слитков они не додумались, все добытое переводили в изделия.

— На сколько тут хватит? — обвел глазами кучи золота Сид.

— Я думаю, на лундийское с зунландским королевством точно. Чтобы всех накормить, построить дома и устроить всем сотни лет счастливой жизни. Госпиталя, школы, мастерские…

— Не те у тебя идеи, — вздохнул Сид. — Нельзя никого насильно осчастливить. Богатствами должны владеть только те, кто избран богом.

Вот и все. Наивненько и по-феодальному. Что поделать, если идеи социализма в местном обществе — крамола. До тех пор, пока сам не окажешься в положении бедного родственника и не потребуется помощь, хоть какая.

— Ну что, набиваем фургон и делаем ноги? — перевел разговор на другую тему я.

— Да, — Сид все не мог оторвать глаз от блеска золота и камней.

— Бери, что понравится. Все равно это наше общее достояние и будущее нашей общины. Ну и личного богатства тоже никто не отменял, — разрешил я.

— Тогда надо брать то, что подороже, — сказал Сид, и полез копаться в барахле.

— Давай, давай, — одобрил вполголоса я.

Мне эти деньги нужны были совсем для других целей. Блюдо для подачи принцу постепенно остывало, а сервировщиков еще не было. Теперь, на часть этих немыслимых денег — будет. Деньги для войны я нашел.

Мы выехали из храма с утра, переночевав в фургоне. От жадности нагрузив фургон трофеями до отвала, пока оси не прогнулись. Но это было еще скромно — чтобы вывезти все, требовался не один десяток повозок, желательно конестог. Пусть это место будет нашим кошельком, откуда в случае необходимости мы сможем черпать богатства. А чтобы никто больше не воспользовался нашей заначкой, я обвил все плетениями так, что, наверное, было видно из космоса. И никто кроме меня не знал, как их деактивировать — ну может найдется какой-нибудь маг-самородок, пусть пробует, бонус хороший. А для пущей подлянки я заминировал своими самоделками подходы к храму, куда точно должна была ступить нога человека или колесо телеги. Надеяться можно было только на то, что божков было всего двое — наверное, кто-то случайно уцелевший создал их для своих последователей, если такие возникнут, чтобы возродили культ и восстановили популяцию сектантов. В любом случае, чтобы обыскать весь город и найти древнюю лабораторию, в которой их сделали — а работа была явно не дикарская и с материалом Древних — требовалось время, очень много времени. У нас его не было.

Проехав через мертвый город, мы снова заехали в тоннель, благополучно миновали его и выехали из котловины, оставив райскую долину за собой. Но вот что-то я сомневаюсь, чтобы после моего отчета о приключениях там кто-то бы собрался жить. Место, конечно, отличное, но памятуя о том, кто там обитал и что с ними стало… Жить как на вулкане, всегда ожидая, что тот, кто уничтожил местных, вернется, спутает колонистов с теми сектантами и повторит геноцид? Нет уж, увольте. Такого счастья нам даром не надо.

На выход я набросал приличный слой грязи и поставил в прогале пару мин для особо любопытных. На всякий случай. Вдруг кому-то взбредет в голову поискать затерянный город? Или просто котловиной заинтересуется?

— Давай срежем через лес, — предложил Сид, рассматривая нарисованную от руки карту.

— Лезть в джунгли? — спросил я. — Да ну его нафиг. Только этого нам еще не хватало.

Друг гавкнул, подтверждая мою правоту. Соскучился небось по теплой лежанке у камина, полной миске и всеобщему вниманию. А в джунглях змеи, ядовитые лягушки и прочие гады, которые вредны для здоровья.

— Что-то я не вижу джунглей, — приставил ладонь ко лбу он. — Редколесье, там наш фургон пройдет.

— Сомневаюсь, — сказал я, посмотрев на изрядно просевший от тяжести трофеев фургон. По объему вроде и небольшие, а тяжелые, черт…

— Зато сэкономим пяток лиг…

— Из ста? Смысл? Лучше поедем по саванне, выбирая места, где посуше, чтобы не провалится по ступицы в грязь. А то хороши же мы будем, если с таким грузом застрянем посреди чужой территории, да возможно еще и враждебной.

— Ладно, давай ни мне, ни тебе, — сказал Сид. — Если проехать вот здесь, на границе с лесом, то мы здорово срежем крюк.

Он провел пальцем, описывая более короткую дугу.

— Ну что же, давай так. Но если мы завязнем, то тащить на себе будешь.

— Буду, буду. Куда же я денусь… — для вида согласился он.

— Ну, сам подписался, — предупредил я, и полез в фургон.

Теперь я уже ехал на минимальной скорости, с таким грузом пробовать конструкцию