Современная зарубежная фантастика 6 - Адам Пшехшта

недавнего времени были лишь противниками, неприятными компаньонами в деле. Иногда их встречали с нежеланием, иногда с ухмылкой, иногда с пониманием. Это – «покорные». Насколько же наивным теперь казался себе Даниель Бондари двухлетней давности. Он не любил «покорных», но относился к ним как к любым людям, отличающимся от него в каких-то вопросах: мог убеждать, спорить, доказывать, а порой мог даже сам признать справедливость чужих аргументов, ибо «покорные» хоть и были политическими противниками, но не выходили за пределы его понимания. Только теперь он увидел, как сильно ошибался.

Они были очень опасны. Годами занимались размягчением гладианского общества. Выступали с набором предложений по изменению «Хартии Прав». Среди этих предложений встречались справедливые, другие были только внешне убедительны. Они предлагали готовый взгляд на мир, на государство, на жизненные цели, ценности. Отрицательно относились к армии, презирали танаторов, критиковали электорскую систему власти, борьбу с генетическими ограничениями, протестовали против запрета клонирования, осмеивали религии, расхваливали виртуальную жизнь… Одновременно с болтовней и демагогическими фразами постоянно проталкивали то, что было для них самым важным: продоминианскую пропаганду. Так было всегда, и Даниель почему-то мирился с этим.

Но теперь все изменилось, «покорные» перестали быть политическими противниками общественного договора. Придя к власти, тут же не замедлили нарушить этот договор. Стали ревностными вассалами, наместниками Доминии в свободном, что ни говори, мире Гладиуса. Они, не колеблясь, очерняли наиболее отличившихся в борьбе. Позволили солярным стукачам допрашивать таких, как Даниель, солдат, защищающих Гладиус. Начали «зажимать» и лишать свободы своих недавних противников. Наконец, принялись убивать.

– Не спеши, – попросил Даниель, когда Каролина снова начала на него забираться. – Я хочу запомнить каждое твое движение.

* * *

– Пятый день, – проворчал Даниель. – Где может быть база?

Они сидели в буфетной и обедали. Автоповар предлагал только одно блюдо: тарелку диетических земляных груш и кружку густого киселя, скорее всего тоже диетического. К радости путешественников земляные груши и кисель можно было заказывать на выбор с десятью вкусами и ароматами.

– Теоретически уже завтра мы могли бы выйти на орбиту Клеванга, задумалась Каролина. – А если лететь в другую сторону, то в Пояс Фламберга.

– Или же мы летаем вокруг Спаты, чтобы сбить с толку и себя, и противника, а секретная база находится под полом моей кабины на Семирамиде.

– Не исключено и это, – улыбнулась Каролина. Губы у неё были зеленоватые не от помады. Они стали такими благодаря введенному пигменту. Кстати, это были не единственные зеленые губы Каролины.

– В принципе-то здесь весьма недурно. Пища неплохая, немного темноватое, но приятное жилище, да и женщина в меру привлекательная и нетребовательная.

– Если б ты не был единственным на борту представителем твоего племени самцов, то увидел бы, какая я нетребовательная.

– Тебя не раздражает, что мы не знаем, где находимся? А если нас не примут? Так и будем летать до самой смерти?

– Законсервированными… Извольте, археологическая сенсация! Обнаружен космический корабль, уже десять тысяч лет кружащий по орбите планеты Спата, и в нем тела двух наших примитивных предков, так называемых самца и самки. Сейчас мы телепортируемся на место события.

– Так это вполне может окончиться. Если те, кто выслал нам паром, запеленгованы и схвачены, то единственная морда, которую мы ещё увидим, будет физиономия солярного боевого киборга.

– Уродливая?

– Скорее всего да. У них убирают губы и ноздри, глаза сопрягают напрямую с камерами. На уровне ушей монтируют комплекты датчиков.

– Мы таких чудовищ не делали?

– Я не видел. И предпочитаю не видеть.

Наступило молчание. Они не могли слишком много говорить о себе. По крайней мере пока не знали, что будет происходить и каковы действующие коды секретности операции, в которой участвуют. В принципе они даже не должны были обмениваться замечаниями по любым темам. Единственное, что могли себе позволить, не нарушая инструкции, – это секс.

– Я думаю, база находится в районе Махейры. До Клеванга далековато, а в районе Спаты – слишком большое движение.

– Большое движение позволяет засекретить полеты и коммуникации с окружающим миром.

– Но затрудняет контроль обеспечения безопасности.

– Тогда, может, в Поясе Фламберга?

– Но где? По периферии летает слишком много сырьевых траулеров. В центре спокойнее, но долететь туда невозможно, не врезавшись в какой-нибудь каменный осколок.

– Долететь можно куда угодно, – тихо сказала Каролина. – Или ты забыл, что разговариваешь с летником?

– А может, – Даниель счел вопрос чисто риторическим, – станция спрятана где-то вне плоскости эклиптики? Такую пылинку никто не запеленгует.

– Но зато можно засечь летящие к ней корабли и передачи. Если хоть раз тебя поймают в прицел, ты уже никуда не сбежишь.

– А может, ты знаешь, куда мы летим, только не хочешь сказать? Даниель погладил девушку по руке.

– Представь себе, курьер, не знаю, – ответила она, глядя ему в глаза. Но даже если бы и знала, то должна была бы вести себя так, чтобы ты не знал, знаю я или нет. Ясно?

– Пожалуй, да, – буркнул Даниель, и в его мозгу снова возник вопрос: курьер? Интересно, черт побери, что такое я перевожу?

Через несколько часов после разговора о солярных боевых киборгах их ракета добралась до цели полета. А поскольку на борту была точно полночь, Даниель спал. Бортовой компьютер не был обеспокоен этим фактом и, громовым» голосом известив о маневре причаливания, приказал надеть форму и подготовиться к докладу. Возвратившись ненадолго к реальности, сознание Даниеля зарегистрировало сообщение и вновь погрузилось в сонное отупение. Однако угасающее эхо информации коснулось наконец соответствующего нейрона в мозгу, и тут же началась лавинная реакция. За две минуты Даниель сумел проснуться, вскочить с койки, сбегать в санитарную кабину, удариться носом в закрываемую в этот момент Каролиной дверь, нервно потоптаться в коридоре, ворваться в ванную, сполоснуть лицо, отлить то, что имелось для отлития, и натянуть комбинезон.

Он успел.

– Процесс швартовки закончен, – сообщил компьютер. – Через минуту начнутся контрольные процедуры. Прошу стоять на порогах своих кабин спинами к коридору.

– Что ещё за фокусы? – проворчала Каролина. Но распоряжение выполнила.

Бондари услышал далекий приглушенный скрип, потом тихое шипение, почувствовал волну холодного воздуха на щеках. Это раскрылись переборки шлюза.

За спиной Даниеля послышались голоса, защелкали какие-то аппараты. Бондари не поворачивался. Он стоял на пороге своей кабины, не зная, кого увидит, когда обернется: солдата в гладианской форме или солярного киборга.

За спиной послышались шаги.

– Прошу подтвердить идентичность.

Даниель медленно повернулся. Напротив своего лица увидел черную поверхность защищенных очков и рифленый шланг кислородного провода. Тяжелый желтый комбинезон делал пришедшего похожим на какого-то монстра.

– Сообщаю тебе, – сказал солдат, – что ты находишься под юрисдикцией армии Гладиуса.