Фантастика 2026-128 - Андрей Схемов

— Что?! — спросила у них.

— А грудь где? — от ребят.

— Лет через двадцать появится, — ответила и пошла спокойно дальше.

— Точно? — прилетел мне вопрос в спину.

— В теории у девочек драконов в семьдесят лет начинается перестройка тела на взрослое. То есть появляется грудь и бедра становятся шире и округлей и другие нюансы.

За спиной послышался разочарованный вздох.

— Так что да, еще лет десять я точно буду плоской доской.

— Как самокритично, — сказал куратор — На следующий раз готовьте себе вещи заранее. Это касается всех.

Я послушав куратора сразу в душевую отнесла комплект чистой одежды, чтобы переодеться после следующей тренировки. Мальчишки последовали моему примеру и тоже отнесли вещи в душевую. А чистые перенесли на кровать. На обычных занятиях мне было достаточно скучно. Я это мало того что в школе учила, так часть еще и в академии три раза проходила. Почти все преподаватели отметили, что я почти не пишу и задавали вопросы, почему собственно. Правда выражалось это все в вопросах по теме, что они рассказывали и немного наперед. Но стоило мне ответить на все вопросы правильно, претензии отпали. Для себя я делала небольшие пометки того, что было на уроке. Домашние задания выполняла почти не смотря в книги. Мальчишки смотрели на меня с легкой завистью.

— Если у кого-то есть вопросы могу помочь. Это же можно? — спросила повернувшись к куратору.

Он только кивнул. Сам он был в легком шоке, что я почти не пользуюсь книгами и все с головы пишу. Только физическая подготовка давалась мне сложно, а порой очень сложно. Ладно еще бег и обычные упражнения. А как начали отрабатывать постановку ударов, то тут хотелось выть в голос. Отрабатывали мы их в специальных перчатках на деревянных куклах. Руки даже сквозь перчатки очень болели и я не могла скрыть слез и после таких тренировок ревела почти взахлеб. Мальчишки, нужно отдать им должное не смеялись надо мной, а просто уводили в душ и помогали снять перчатки.

— Крис, нам всем больно, — говорили они — просто у тебя более тонкие и нежные ручки и тебе еще больней.

Куратор нам всем выдавал после душа специальную мазь и мы обрабатывали руки.

— Обрабатывайте пока есть чем, — говорил он нам. — А то когда следующая партия будет, неизвестно.

— Я могу помочь приготовить, — сказала всхлипывая. — Я же отучилась на целителя и зельевара с отличием.

Куратор хлопнул себя по лбу и сказал:

— Прости, забыл. Часть предметов сдашь экстерном и будешь помогать местному целителю и с артефактами тоже поможешь. Совсем забыл, что ты у нас умная кнопка.

— Сэр, а почему вы Кристину кнопкой называете?

Куратор виновато улыбнулся:

— Так ее в семье родные часто называют, и как-то это прозвище само прилипло.

— Для вас Кристина или Крис, — сказала парням — это только для взрослых кнопка. Хотя мне обещали, что не будут так называть если я в академию поступлю сама.

Заметила как ребята удивились.

— Я школу закончила в шестнадцать.

— Зачем?! — от нескольких парней разом.

— Скучно было и отец мне преподавателей нанял и я училась в том темпе, что мне было интересно. А потом сразу поступила в академию на курс зелий и целительства, потом на бытовую магию, а потом на артефакторику.

— А зачем ты сюда пришла?

— Мне хочется научиться постоять за себя, — сказала со вздохом — я прекрасно понимаю, что я очень слабая и если на меня нападут хулиганы сила в любом ее виде будет не на моей стороне. Пока была в академии за меня было кому заступиться, дома тоже. Но так не может продолжаться все время. Потому попросила брата помочь мне научиться единоборствам и владению оружием. Просто когда братья берут оружие в руки это так красиво! А Трой сказал, что он сам не сможет меня научить, ему будет меня жалко. И он не сможет с меня так требовать как нужно.

Мой ответ ребят порадовал. Я по мере сил помогала им с домашкой и стала помогать целителю с изготовлением мазей и настоек. В силу возраста я могла мало вливать энергии. И меня просили все подготавливать и целитель только подбегал, когда нужно было в очередное зелье влить силу. Так мы в разы ускорили создание лекарств.

— Нужно пополнить запасы, — сказал целитель.

— Да. Тем более сейчас наилучшая пора для половины растений. Бабушка всегда их в это время собирает и у нас даже осенняя выездная практика была. К счастью осенняя всегда без приключений была.

— Нужно найти тебе добровольца, кто тяжелые корзинки таскать будет.

— Или дать мне накопитель и я создам корзинку с пространственным карманом и обнулением веса.

Целитель на меня смотрит шокировано и глазками хлопает.

— Или штатный артефактор сделает?

Пришлось делать мне. И это было еще одним зачетом. Как по мне, главное накопитель полный дали. А так корзинку сделать дело легкое. А в лес меня послали с тройкой старшекурсников. И им еще пригрозили всевозможными карами если меня потеряют.

— Лучше пусть под ногами не путаются и травы не топчут. И еще вопрос, как же мои занятия? Особенно физической подготовки?

Куратор улыбнулся и сказал:

— Не переживай, потом отработаешь. Или думаешь в лесу слишком легко?

— Мне в лесу хорошо, я уже привыкла.

— Тогда засчитаю тебе этот поход за все дневные уроки физподготовки. Но постарайся за день уложиться.

Вернулись мы на следующий день, рано утром грязные как поросята. А все потому что дождь ночью пошел и мы едва взобрались на склон к школе. Нас встретили с кривыми улыбками и хотя бы очистили от тонны налипшей земли. Меня на себе вытащил один из старшекурсников. Потому что у меня физически сил не хватало подтянуться и не уплыть в грязи.

— Живы с добычей, уже хорошо, — отметили наши кураторы.

А я потом в столовой слышала восторги ребят, что ходили со мной. Так получилось, когда мы пошли в лес, резко потемнело перед дождем и видимость была очень слабая.

— Видимость пару метров. А эта белая пигалица обернулась и выискивает травку. Найдет обернется обратно и собирает. Потом опять обернется, корзинку хвостом подденет и пошла дальше. Мы за ней в обороте ходили, иначе земля под ногами уплывает. И круто, что она беленькая в темноте хорошо видно.

Через пару дней один из помощников куратора начал делать мне замечания на вечернем уроке.

— Быстрей двигайся, резче удар! Сильней, еще сильней!

— У меня перчатки развалились, — пожаловалась ему.