Фантастика 2026-128 - Андрей Схемов

Он магически закрепил свое наказание. Я не могла сопротивляться и могла только в полную силу бить по деревянной кукле руками без длинных укрепленных перчаток даже помимо своей воли. Куратор заметил сначала, что меня нет на ужине, а потом в казарме.

— Где Кристина? — спросил он у мальчишек. — Где вы уже свою одноклассницу потеряли?

— Господин куратор, она не пошла с нами в здание после вечерней тренировки и помощник сказал, что у нее два часа дополнительного наказания.

— Что?!

Взревел куратор и выскочил под проливной дождь. Мое наказание закончилось, но я так устала, что не могла и шагу ступить. А руки болели настолько, что я ими шевелить не могла. Он подхватил меня на руки и занес в помещение. Быстро побежал к целителю.

— Я его убью, — сказал он зло — какие к черту наказания? Вы еще месяц не отучились! Где твои перчатки Крис?

— Они порвались еще на вашем занятии и свалились с рук. А он сказал, что не смотря на них должна отрабатывать в полную силу. А потом что-то сделал, что я не могла не бить ту куклу.

Мальчишки с класса смотрели на меня широко раскрытыми глазами и не знали как помочь. Куратор отдал меня целителю, а ребят отослал в казарму. Сам за шиворот вытащил своего помощника и заставил отрабатывать без перчаток тоже упражнение. Но он не сказал ему, что задал время всего час, а не два как было у меня. Я приходила в себя и восстанавливалась почти двое суток. Мальчишки приходили рассказывали, что было на уроках и спрашивали как делать домашку. Я с удовольствием им помогала, это позволяло отвлечься от боли в руках. Ведь за время отработки я сломала все кости, что были в руках до локтя. А мягкие ткани были содраны до костей, которые местами торчали наружу.

— Очень больно? — по новой спросили ребята.

— Уже не так, — сказала с улыбкой — обезболивающее все же действует. Что вам помочь?

— Мы все сделали, — признались они — просто пришли тебя проведать. Когда тебя выпишут?

Мы вместе посмотрели на целителя.

— Завтра утром. На разминке уже будет с вами бегать. Вот, лучше отнесите в столовую записку. Нашей девочке нужно лучше питаться, а то она слишком тощая даже для своего возраста. А косточки такие тонкие и хрупкие просто диву даюсь. Ты раньше часто ломала конечности?

— Нет, — честно призналась — всего несколько раз было. Сильнее всего когда летать училась и упала.

Целитель побледнел и сел на край стула.

— Бедный ребенок! Хорошо хоть выжила. Тебе сколько лет было?

— Когда поломалась шестнадцать.

— А вылетела ты во сколько? — нахмурился целитель.

— В четырнадцать. Меня тогда ветер подхватил и швырнул, я не смогла удержаться в воздухе.

— Еще бы кнопка была маленькая, а туда же в воздух. Куда только мать смотрела?!

— Она бы обрадовалась сдохни я.

Все кто слышал выпали в осадок.

— А папа? — вкрадчиво поинтересовался мужчина.

— Папа бы расстроился как и братья и бабушка с дедушкой. Мама меня не любит и не скрывает этого.

— Вот потому и не говори так больше. Если кто-то один не любит, это его проблемы.

— А можно я буду уже в казарме спать?

— Нет, я еще перевязку ночью буду делать. И если ручки меня твои порадуют отпущу утром на тренировку.

Утром уже смогла бегать, прыгать и делать все что и раньше. Ребята мне были рады и все подошли проверили что мои ручонки в порядке и больше не выглядят страшными. На завтраке мне досталась персональная порция творога и стакан молока. Парни с меня дружно смеялись.

— Ты первый раз молоко видишь? — спросили они хохоча, я им кивнула — Да ладно?

— Раньше не давали. Дома как бы на всех одинаково готовили и у бабушки с дедушкой такого тоже не было у брата дома тоже.

Съела все и чувствовала себя немного обожравшейся ящерицей. Парни надо мной по доброму смеялись. На уроках на удивление все быстро усваивалось и на втором занятии по физподготовке я уже нормально могла тренироваться.

История была одним из предметов, что мне не дали пропускать. Могу не писать, но присутствовать обязана. Преподаватель видел, что я делаю краткие пометки из его лекции. А если неожиданно спрашивал, то отвечаю на все вопросы.

— Кристина, — позвал он — откуда у вас синяк на голове, — он убрал прядь волос и внимательней посмотрел. — Да точно синяк под волосами. Только не говори, что сама ударилась. Кто тебя ударил?

— Мальчик.

Мужчина хмыкнул.

— Который из них?

— Не из нашего класса, я не знаю как его зовут. Ему показалось забавным стукнуть меня подносом по голове.

— Так-с мальчики это не нормально обижать девочек! И не нормально не заступаться за девочку которая с вами учиться.

— Они не видели, я первая в столовую прибежала.

Дальше вместо истории была лекция о том, что мальчики должны бережно относиться к девочкам и защищать их. Я сама слушала открыв рот. В столовую меня вели за руку ребята из класса. Тот парнишка, что утром меня треснул подносом тоже уже был здесь. И стоило мне взять свою еду на поднос и отойти у меня забрали его и вывернули на меня. А несколько ребят стали смеяться. Кто-то из них когда вывернул поднос еще и уронил меня на пол.

— Не могу понять что тут такого смешного? — спросила у хохочущих ребят.

— Таких как ты нужно ставить на место?

— Таких как я? Это каких? Может объяснишь, а то я не понимаю, по каким критериям ты оцениваешь.

Парень, что говорил мне про мое место растерялся. Подошли два куратора.

— Ну мы тоже хотим послушать ответ, какое такое место ты отвел Кристине?

— Девчонкам здесь не место!

— В уставе такого нет, — фыркнула и применила к себе заклинание и снова стала чистой. — Сам приберешь? Ты ведь это устроил.

— Живо убрали! — прошипел их куратор — Еще одна выходка и я вас выдеру на плацу.

Парни на меня посмотрели затравленно. Я промолчала про их утреннюю подставу. Но зато понял мою мимику мой куратор.

— Кристин, ты не хочешь ничего про них сказать еще? Пусть их отлупят.

— Нет, не хочу, — буркнула и пошла за новой едой.

Мне ее выдали без очереди.

— Вас только что спасли. И кто же?! Девчонка младше вас троих балбесов.

В этот же день у нас была отработка ударов. Как зовут паренька, что меня