Фантастика 2026-12 - Виктория Юрьевна Побединская

хорошо ли я выгляжу, я остался доволен собой. Этакий мальчик-зайчик, не качок и не задрот, очень даже среднеинтеллигентская внешность в тщательно отглаженном самолично костюме, блестящих начищенных туфлях, галстук обычный, ни в коем случае не любимая американская бабочка, которая придает их лицам глуповато-напыщенный вид. Взяв презент, я вышел из дома.

Хорошо-то как! Солнышко светит, птички поют и небо голубое! Благодать, блин! Прогулявшись так до дома Холли я преисполнился самого благостного расположения духа.

Мэр жил в шикарном особняке колониального стиля и еще той же постройки неподалеку от исторического центра нашего городка. Поднимаясь по белокаменным ступеням, я все-таки испытывал некоторую робость — ну как же, все-таки родители Холли, да еще и шишки местного полусвета, главы могущественного клана…

Все прошло на удивление просто и хорошо. Мэр, корчивший рожи политика на людях, дома оказался веселым компанейским дядькой и радушным хозяином, что обычно американцам несвойственно. Видимо, он для смазки печени перед обедом вмазался вискариком, который привел его в благодушное настроение. Миссис Берроуз играла радушие, да так, что Станиславский бы сказал — «Верю!», и прибавил бы пару крепких слов. Ну а сама Снежная Королева вела себя как обычный подросток без всяких комплексов и ужимок. Так что обед прошел замечательно и в дружеской обстановке. Единственное, что я столько за обед сказал, «Да, сэр» и «Нет, сэр», что можно было это считать рекордом. Я, как мог, старался себя сдерживать, и не вдаваясь в подробности, отвечать односложно, ну или очень кратко. Хотя провокационных вопросов было море.

Как ты относишься к политике? А к ношению оружия? Чему вас там вообще в школе учат, если демоны разгуливают, где хотят, и даже напали на мою дочь? А что ты смотрел в последний раз? В общем, полное составление психологического профиля. Такие вопросы задают не к ночи будь помянутые психологи, сравнивая свои комплексы с комплексами пациента, чьи тараканы в башке сильнее. И ведь не пошлешь, а скрепя сердце, отвечаешь. Хотя нет, один раз дуру-клинпсиха послал по матери, когда она начала задавать слишком личные вопросы, так потом стук руководству пошел не детский. Ну а здесь полный допрос с милой людоедской улыбочкой.

— Что мы все о делах да о делах? — промокнул салфеткой губы мэр. — Томми, хочешь, покажу свою коллекцию оружия?

Я бросил беспомощный взгляд на Холли, та чуть прикрыла веки, показывая «иди».

— Конечно хочу, сэр!

— Ну пойдем!

Вот что значит быть богатым и позволить себе все, ну или почти все! В оружейке мэра был ассортимент, от которого удавился бы от зависти любой продавец оружейного магазина. И не только — некоторые образцы были явно коллекционными, и принадлежали не этой эпохе. Я прямо-таки залип от пары седельных пистолетов, сверкающих лаком ореховых рукоятей и начищенными замками.

— Что, нравится?

— Да. Начало девятнадцатого века?

— Смотри-ка, почти угадал! — удивленно сказал мэр. — Конец восемнадцатого. Одни из первых, сделанных американскими оружейниками, уже после провозглашения независимости.

— А пули из серебра? — я посмотрел на шарики под рукоятью. На свинцовые они были не похожи.

— Разбираешься. Из этих пистолетов мой прапра и так далее уложил вербера. Из пистолетов, представляешь?

— Да уж, — насколько я помню, иметь пистолеты на охоте было в те времена дурным тоном. Но если охотиться на нечисть… — Это надо уметь.

— О чем я и говорю.

А вот и знаменитая кентуккийская винтовка, сделанная переселенцами из Германии, уж очень хорошо у них получалось это оружие. А дальше — все по нарастающей, от «Браун Бэсси» до Спрингфилда первой мировой.

— А вот это что? — я посмотрел на висящий на стене ящичек со столь знакомым неповторимым силуэтом внутри. Люгер, явно еще военной поры. А вот на рукоятке у него свастика с закругленными лучами, в круге. Эмблема «Туле», выложенная золотом.

— Это? Трофей моего деда, работавшего еще в УСС. «Люгер» принадлежал одному из членов общества «Туле», слышал о таком?

— Немецкие черные маги.

— Да, — кивнул мэр. — И дед как раз на них охотился. Этот как раз еще и некромантом был.

Мы прошли чуть дальше. А вот и современное… Да эти стволы стоили целое состояние!

— А вот с этими охотился я, — с гордостью сказал мэр и снял с креплений «Шапуи», богато украшенный серебряной гравировкой и чернью. — Попробуй!

Да, настоящее оружие чувствуется сразу. Руки сами легли на ухватистую ложу, приклад почти прилип к плечу.

— Умеешь держать. Хочешь, как-нибудь возьму на охоту?

— Увы, сэр, — развел руками я, отдавая ему ружье. — Не охочусь. Жалко зверюшек убивать.

Здесь я не покривил душой. Невинных я не убиваю. Я охочусь на более опасных тварей, двуногих, и не всегда принадлежащих нашему миру. А убить животинку, чья вина всего лишь родиться не человеком — нет.

— Жаль, жаль. Вот и жена с дочерью не поддерживает. Вот помню… — ну все, мэра понесло. Сейчас начнет травить охотничьи байки, до которых я небольшой любитель…

Слава богу, спасла меня Холли.

— Я похищу у тебя нашего гостя, папа? — невинно хлопая глазками спросила она.

— Ладно, так уж и быть, — сказал враз погрустневший мэр, было оседлавший своего любимого конька. — Но если передумаешь…

— Да, сэр! — сказал я, увлекаемый Холли подальше от святилища отца.

— Что он тебе предлагал? Пойти на охоту?

— Ага.

— И ты согласился?

— Нет, отказался. По банкам или бутылкам еще могу пострелять, но по живому — нет.

— Правильно, и я тоже. Да они там тоже по банкам и бутылкам стреляют, сначала предварительно их опустошают. Правда местные минитмэны иногда и за нечистью выходят, вот против этого я ничего не имею.

— Аналогично.

— Ну вот и хорошо. А вот и моя комната, — Холли завела меня в огромную спальню, часть которой я видел по вацапу.

— Гламурненько, — усмехнулся я.

Действительно, уютно и чисто, несмотря на такой объем комнаты, у многих девчонок из нашего мира здесь был бы свинарник. Огромная плазма на стене напротив кровати, и, я чуть не рассмеялся — все розовое, от стен до покрывала на кровати. И как я раньше этого не замечал? А также большая коллекция плюшевых мишек, оккупировавших комоды и шкафы.

— Ух ты, — я поднял одного с кровати, — Мишка!

— Это мистер Пуффи, — вдруг густо покраснела Холли. Я чуть не рассмеялся. Крутая Снежная Королева в душе еще невинная девочка, лучшие друзья — плюшевые мишки.

— Привет, мистер Пуффи, — я пожал мишке лапу. — Я Том, очень приятно. Ну а теперь иди к хозяйке.

Я аккуратно, словно ребенка, отдал мишку Холли. Она взяла его, и обняла, почти как маленькая девочка.

— Ну мистер Пуффи пусть посидит на кровати, —