"Дорогой барон". Компиляция. Книги 1-41 - Сириус Дрейк

— Кто бы мог подумать, что нас выручат гуси, — выдохнул генерал.

Рывок. Хлопок. Существо втянулось в меня, как вода в воронку, и исчезло.

Наступила тишина. Эль развеял свою магию.

На месте, где стояли два божества, дымились две воронки. Обсидиановые обломки первого медленно растворялись в воздухе. Снег вокруг растаял метров на двадцать, обнажив черную землю. Несколько гвардейцев сидели на земле, тяжело дыша. У одного шла кровь из ушей.

Перестукин уже командовал эвакуацией раненых и докладывал Наде по рации.

Кутузов стоял, опираясь на меч. Китель на плече прогорел, кожа под ним покраснела, но генерал выглядел скорее довольным, чем раненым.

— Тени их берут, — заключил он, осматривая свои руки. Темные щупальца медленно втянулись обратно под его ноги. — Не так эффективно, как твой меч, но берут. Это хорошая новость, Михаил.

— Хорошая, — согласился я и покачнулся. — А еще их берут гуси…

Лора тут же оказалась рядом, подхватив меня за локоть. Ее лицо было бледным.

— Миша… Ты прости, но я бы не разрешила открыть протокол до окончания таймера… Говорю, как есть. Моя первоочередная задача, чтобы ты был жив. Как ты себя чувствуешь?

— Позже.

— Миша.

— Позже, Лора.

Она замолчала и пропала.

Люся подошла ко мне. Ее лицо было спокойным, но я заметил, как она незаметно потерла правую руку. Видимо, тот удар пальцем дался ей не бесплатно.

— Ты их затянул к себе? — уточнила она, кивнув на мою грудь.

— Одно. Второе рассыпалось само, когда отдало энергию. Допрошу в Хранилище позже.

— Лучше убей сразу… — посоветовала она.

Изабелла выехала на крыльцо в коляске. Рихтер держал над ней зонт, хотя ни дождя, ни снега не было. Помощник Кутузова стоял по другую сторону.

— Михаил, — обратилась она. — Стена южного крыла повреждена. Три окна в гостевой спальне выбиты.

— Надя, запиши в расходы, — устало бросил я.

— Уже, — отозвалась Надя из-за спины Изабеллы. — У меня для этого отдельная колонка. Она, кстати, самая длинная в бюджете.

— Я не удивлен.

Кутузов подошел, обнял меня за плечи и наклонился к уху.

— Насчет твоего предложения собраться всем в одном месте, — прогудел он. — Теперь ты понимаешь, зачем Изабелла говорила, что это может привлечь внимание?

— Понимаю, — ответил я. — Но она еще кое-что добавила. Что я предпочитаю, чтобы они пришли туда, где я их жду.

— И?

Я посмотрел на южные воронки, где минуту назад стояли два божества. Одно рассыпалось обломками. Второе сидело в клетке в моем Хранилище рядом с первым пленником, который наверняка уже рассказывал новому соседу, как тут плохо кормят.

— И мы их дождались, Сергей Михайлович. Дождались и справились.

Кутузов хмыкнул, подкрутил ус и зашагал к поместью. Из кухни до нас долетел голос Насти:

— Ужин через тридцать минут! Никто никуда не уходит!

Война войной, а ужин по расписанию.

Я убрал Ерх в ножны. Меч довольно загудел и затих. Кицуня подбежал, ткнулся мокрым носом мне в ладонь и сел рядом, прижавшись теплым боком к ноге.

Лора появилась рядом и погладила лисенка по голове.

— Злишся?

— Нет.

— Ой, да ладно, я же знаю, что злишься, — махнула она рукой. — Но скажи мне, дорогой мой, если бы мы с тобой поменялись местами, ты бы так сделал?

— Ты же знаешь, что нет. Поэтому я и злюсь…

Она подошла ко мне вплотную и посмотрела в глаза.

— Если ты умрешь прямо сейчас, то это никто не остановит. — она говорила непривычно серьезно. — Ты для меня все. Буквально. Может для тебя я только часть твоего мира, Миша, но ты для меня — целый мир. Я не дам тебе умереть.

— Я знаю. Тогда мы оба умрем.

Лора улыбнулась и кокетливо наклонила голову на бок.

— И что, ты даешь своей любимой Лоре умереть?

— Прости, — кивнул я. — Именно для таких моментов у тебя и есть полный перехват прав.

— Ладно, забыли. У нас есть хорошие новости. Два божества за один день, — произнесла она. — Если считать японское, то три. Осталось двадцать три. Или двадцать два, если вычесть то, что рассыпалось.

— Двадцать два, — подтвердил я. — И двое в клетках.

— Ты понимаешь, что скоро они перестанут приходить по двое?

— Понимаю.

— И что тогда?

Я посмотрел на небо. Облака расходились, и в просветах появлялись первые звезды. Воины Кузнецова один за другим исчезали в неизвестном направлении, и Нечто где-то строило дверь, за которой ждали существа пострашнее всего, с чем я сталкивался.

А у меня каналы не восстановились. Радовало то, что у Нечто тоже не было полного доступа к телу Буслаева. Пока не было.

— Тогда мы соберем портальную сеть, — ответил я. — Все двенадцать камней. И закроем эту дверь. Изнутри, если потребуется.

— Как завещал Владимир, — тихо произнесла Лора.

— Как завещал Владимир, — повторил я и пошел в дом.

Глава 18

Я бог

Сахалин.

Поместье Кузнецовых.

Утро.

После вчерашней заварухи с божествами у меня была одна мечта — выспаться хотя бы часов десять. Но мечты, как известно, нередко разбиваются о реальность, и моя разбилась ровно в семь утра. Во двор въехал знакомый автомобиль, с крыльца мне было слышно, как хлопнули дверцы.

— Маруся, — Лора появилась рядом в клетчатом фартуке на голое тело. — С довеском.

Я зевнул, поправил ворот рубашки и пошел к входной двери. Настя выскочила из кухни быстрее меня, на ходу вытирая руки о полотенце. На ее лице было облегчение человека, который тащил на себе непосильную ношу и смог дожить до смены караула.

Маруся вошла в дом первой. Круглощекая, довольная, с румянцем на обе щеки. За ней, чуть смущенно и явно не зная, куда деть руки, зашел Алефтин Генрихович. Он как мог старался держаться серьезно: в новом пиджаке, в зеркально начищенных ботинках и с усами, подкрученными с невиданной тщательностью. Если бы я не знал, что передо мной замдиректора КИИМ, то подумал бы, что этот человек пришел свататься.

Собственно, примерно это и произошло. Только в обратном порядке.

— Михаил, — Маруся степенно поклонилась. На губах у нее играла улыбка, которую я видел редко. — Разрешите представить. Мой муж.

Я