Фантастика 2026-94 - Николай Владленович Басов

— Хочешь сказать?..

— Ты же сам говоришь, что я ушёл в Чемульпо на «Варяге». Но тем не менее сейчас стою перед тобой. Вопрос. И как я тут оказался?

М-да. Похоже, для него это слишком. Шесть лет кадетского корпуса вот так просто из головы не выбросишь. А тут ещё и пары алкоголя путают мозги. Не укладываются в голове столь разительные перемены с давно и хорошо знакомым человеком.

Далее пошло по накатанной. Нас приметили ещё какие-то офицеры, потом моряки и армейцы составили столы вместе в честь единения родов войск. Вообще странная картина на фоне неприязни ботинок и сапогов. Но чего только не случается в этой жизни. И уж тем более, когда балом правит молодость и бесшабашность.

— Это как это ты… — в недоумении посмотрел на меня лейтенант.

Он тряхнул головой, чтобы развидеть представшую перед ним картину, но безрезультатно. Я поставил на горлышко бутылки ребром тарелку, а сверху поперёк пристроил вилку. Помимо умения рисовать, у меня проявился ещё и талант чувствовать баланс. Вот я и выставлял порой фигуры из различных предметов. Работать с одними лишь камнями неинтересно.

— Господа, вы только посмотрите, — решил он привлечь внимание остальных.

Увы, но выставленная мною конструкция простояла недолго. Стол на деревянном полу не очень уж хорошее основание для столь тонкого искусства. Но какое-то время предметы всё же простояли, пока не потеряли устойчивость.

Послышались смешки и подначки. Я лишь хмыкнул и, прихватив с собой кое-какие столовые предметы, подошёл к подоконнику. Тут основание было куда устойчивей, а потому и выставленная конструкция держалась как влитая.

— Вы их приклеили? — в недоумении спросил пехотный поручик.

— Ни в коем случае. Всё дело в идеальном балансе, — пояснил я.

— Можете выставить ещё одну тарелку? — спросил давешний лейтенант.

— Это вряд ли, слишком неустойчивая фигура, — разобрав конструкцию, ответил я.

Но разочаровывать собравшихся не стал. Попросил прекратить всяческое хождение, после чего взял стул и выставил его на одну ножку. Затем подхватил второй и пристроил его одной же ножкой на угол сиденья первого. Сверху точно так же выставил третий. Наградой мне были овации. Конструкция вновь продержалась не так долго, как хотелось бы, так как народ вновь пришёл в движение.

Меня наперебой стали просить повторить нечто подобное. Я осмотрелся и, приметив камин с каменным основанием у топки, решительно направился к нему. Уж тут-то основание куда крепче деревянных полов и никакой вибрации от хождения. Офицеры наблюдали за моим выступлением, радуясь, словно дети на утреннике.

А мне что, мне не жалко. Мог бы, конечно, на этом и заработать, заключая пари. Но как по мне, то это жульничество, ведь я знаю, что смогу. А так пусть порадуются. Судьба уже разделила их на живых и мёртвых, отмерив каждому его долгий или короткий путь. Так отчего бы не поразвлечь их, коль скоро мне это по силам.

Глава 11

Авантюрная затея

Я со смаком потянулся под хруст позвонков и встряхнулся. Ночка выдалась та ещё. Задерживаться в «Звёздочке» я не стал, как и слишком много пить. Лишь для порядка, чтобы не обидеть компанию, и не более. На эту ночь у меня было запланировано слишком много дел.

При мысли об этом не сдержал усмешку. После первого и второго перерождения я отмокал от мрачного безвременья по паре-тройке дней в компании проституток и алкоголя. А после как-то отпустило, стал относиться к этому проще и на первое место ставить дело. Вот и теперь удовлетворился тем, что походя спустил пар в Чифу, и сразу с головой в работу.

Вчера это налаживание связей. Сегодня ночью работа с чертежами. Я уже давно решил, как и что буду переделывать на своём катере, мысленно разложил по полочкам, представил себе чертежи, произвёл расчёты. Говорю же, у меня сейчас не голова, а самый настоящий компьютер. Правда, если я всё помню и умею использовать хранящуюся информацию для расчётов, это не означает, что могу сделать какое-нибудь открытие. Увы, но абсолютная память не делает меня гением.

Впрочем, глядя на выполненный мною объём работы, любое конструкторское бюро обзавидуется. Имея только бумагу и карандаш, я за ночь вычертил набело весь необходимый комплект чертежей по запланированным переделкам. Осталось найти способных воплотить это в жизнь. Как я полагаю, проблем с этим возникнуть не должно, потому что свободные мощности и специалисты в Артуре имеются.

Ещё четыре года назад было принято решение о сборке здесь миноносцев Товарищества Невского завода. Для чего на Тигровом хвосте построили крытый эллинг и организовали судовые мастерские. Оно вроде и для сборки, но в то же время некоторые части и механизмы приходилось изготавливать с нуля. Что-то пришло в негодность в процессе транспортировки, другое было утрачено или забыли отгрузить. Как бы то ни было, но проблему пришлось решать на месте, и представители завода справились с поставленной задачей.

Насколько мне известно, в настоящий момент мастерские бездействуют, и рассматривается вопрос о выкупе их в казну. А также о переводе части персонала, решившего остаться в Артуре до конца войны. Именно их усилиями будет производиться систематический ремонт миноносцев на протяжении всей осады.

Но сейчас их основные производственные мощности бездействуют, порту они не подчиняются, будучи сугубо коммерческой организацией, а у меня есть деньги. Предвидятся ли сложности в постановке моего катера в эллинг и в работах по его переделке? Только если технологические. Но, полагаю, господа невские инженеры с этим вполне управятся.

Я едва успел позавтракать, когда к «Новику» причалил ялик с «Енисея», и прибывший на нём мичман Вильгельмс, артиллерийский офицер минного транспорта, попросил вызвать меня.

— Олег Николаевич, я к вам за пулемётом, — когда мы представились друг другу, заявил он.

Я взял протянутый мне наряд на передачу означенного шедевра оружейной мысли и удовлетворённо кивнул. Спасибо Степанову, что не стал откладывать дело в долгий ящик и решил вопрос с Моласом. Иначе мне пришлось бы что-то придумывать, чтобы оставить пулемёт у себя, так как согласно прежнему распоряжению я должен передать его на склад. Мне и лишнее оружие на борту не нужно, и Владимира Александровича подводить не хочется. А так полный порядок.

— Пройдёмте на катер, Павел Альфредович. С радостью передам вам его.

Покончив с этим и простившись с мичманом, я осмотрел своё бравое воинство. Вид помятый, но лихой.