Современная зарубежная фантастика 6 - Адам Пшехшта

ситуация, как поведет себя Танкред, когда все станет близким и очевидным. Опыт Дины подсказывал ей, что большинство мужчин, даже интересных, не в состоянии сдать последнего экзамена. Они оказывались либо слишком жадными, либо нерасторопными, сосредоточенными исключительно на себе, либо нерешительными, слишком агрессивными либо чересчур медлительными… Независимо от того, какие позы они принимали, какие игры вели с ней во время первых партий «романа», когда понимали, что, возможно, все уже вот-вот, через минуту, сейчас! – они не могли сдержаться. Когда они принимались стаскивать с себя рубашку и брюки, Дина чаще всего говорила: «Стоп!» Они ее раздражали.

Сегодня она хотела испытать Танкреда Салерно, однако не имела бы ничего против, если б он сдал экзамен успешно.

Еще раз осмотрела салон, глянула на часы. Танкред никогда не опаздывал. К сожалению, не доводилось ему приходить на встречи и раньше условленного часа.

Теперь она сидела на кровати, немного раздосадованная тем, что скверно распорядилась своим временем, то и дело поглядывая на часы. Танкред продержал ее точно до пяти! Она услышала, как его скользер остановился перед домом. Вскочила, снова окинула взглядом комнату, подошла к столику и, может, на сантиметр передвинула стоящую на нем бутылку. Отступила на шаг, немного наклонила голову, глядя на дело рук своих. Еще не так! Бутылка переместилась еще на сантиметр, и только тогда Дина сочла, что все предметы в квартире занимают подобающее им место. Она не была сторонницей каких-либо геомантических систем или религии фенк-шу, однако считала, что каждый предмет должен находиться на своем месте. Как эта бутылка, например.

Паршивец не спешил! Медленно шел по ведущей от калитки дорожке, поглядывая на садик перед домом. Наклонился к кусту дморианского попугаечника, что-то шепнул растению. Услышав ответ, улыбнулся и погладил его по листьям. Куст затрепетал от удовольствия. Танкред остановился перед дверью, скрывшись из поля зрения Дины. Прошло несколько секунд, прежде чем он постучал – три раза с долгими паузами, тихо.

Когда дверь раскрылась, Дина онемела. Таким она его еще не видела. Весь в черном, он вколол в волосы шпильку, лицо украсил живой татуировкой, кончики пальцев покрасил золотым. Дина понятия не имела, что сейчас носят в Доминии, но прекрасно знала, какие моды действуют на Гладиусе. Танкред оделся очень элегантно, и костюм – несомненно – очень-очень дорогой.

Вдобавок принес ей презент – ожерелье из бусин ауры.

– Они подстроены к тебе, – сказал он вместо приветствия.

– Ты потратил на них целое состояние, зачем же так?

– Нравятся?

– Очень, но зачем ты… – Она улыбнулась, перебирая пальцами холодные, стеклянистые на ощупь шарики с погруженными в них релаксующими частичками. Почувствовала, как с прикосновением к каждой бусинке уходит напряжение и возвращается хорошее настроение. Именно так действовали ауробусины. Побочный эффект опытов над коргардской технологией. Дорогой. Свой прекрасный дом в Переландре она могла бы продать за сумму, равную стоимости трех таких ожерелий. – Оно будет сочетаться с моими глазами, рассмеялась она.

– Я так и подумал…

Вошли в салон. Свет пригас, из динамиков полилась тихая музыка. Дина начала готовить напиток. Наклоняясь над фужером, услышала, как Танкред подходит к ней. Почувствовала тепло, пробежавшее по коже. Куда он сначала положит руку? На спину, на плечи, на волосы? Только теперь она поняла, как сильно этого хочет.

– У тебя прекрасно обустроенный и ухоженный дом, – сказал Танкред, но не сделал ни движения. – И очень симпатичный попугаечник.

Она повернулась, подала ему фужер.

– Жуткий болтун. Исключительно способный. Я посвятила ему уйму времени.

– Ты любишь растения?

– Порой больше, чем людей. Особенно в последнее время. У растений нет амбиций. – Она замялась. – О боже, что за банальные слова.

– Действительно, не очень новаторские.

– А для тебя что-нибудь может быть новаторским? – Она присела, указала ему рукой на другое кресло. К счастью, она сумела взять себя в руки. Даже немного злилась на слабость и неловкость, охватившие ее полминуты назад.

– Не понимаю. – Живая татуировка у него на щеке понемногу изменялась. Дракон превратился в птицу, а та – в разноцветного паука.

– Ну, ты ведь живешь в Сети. У тебя доступ ко всем данным, всем знаниям, всем произведениям искусства. Любая мысль, которую когда-либо записывали или сканировали в Сеть, тебе доступна. Так разве кто-нибудь случайно может застать тебя врасплох.

– Часто. Чаще, чем ты думаешь. – Танкред протянул руку к тарелочке с печеньями. – Однако твой вопрос, честно говоря, достаточно типичен.

– Искренне прошу простить, ваше превосходительство, за скучную беседу.

– Отнюдь, отнюдь… – Салерно понемногу отхлебывал напиток. – Говоря предельно просто: тот факт, что я постоянно подключен к Сети, конечно, облегчает мне доступ почти к любой информации. Но не надо думать, будто вся она у меня здесь, в моей голове. Я могу очень быстро ее получить и мгновенно усвоить, но это вовсе не означает, что я знаю все. Если тебе приспичит ознакомиться с жизненным циклом софорионских дебрей, то через минуту я смогу тебе о них рассказать. Но это вовсе не значит, что пятью минутами раньше я знал о софорионских дебрях что-либо еще, сверх того, что они представляют собою самую любопытную форму жизни в известном людям космосе.

– Ты хочешь сказать, что я тоже в любой момент могу связаться с Сетью и получить всю необходимую информацию, просто на это у меня уйдет больше времени?

– Верно. Однако различие не только в этом. Ты можешь представить себе, как выглядят эти дебри, почувствовать условия, царящие на любой планете, даже поиграть в игру, имитирующую ощущения летника, пробивающегося сквозь бурю на Спате. Я же восприму больше раздражителей: скан мозга одного из летничьих мэтров, показания измерительных зондов, ныряющих в атмосферу газового гиганта, все исторические данные, связанные с колонизацией Софориона, и сотни других факторов, рапортов, фиксаций. Но, если на то пошло, ты тоже их получишь, если посвятишь этому больше времени, встроишь себе специальные сопроцессоры и так далее.

Он отставил фужер. Встал. Дина снова почувствовала тепло. «Еще не сейчас, – мысленно твердила она себе, – еще не сейчас, дай мне побольше времени!»

Танкред наклонился к ней, протянул руку.

– Потанцуем? Или на свиданиях ты всегда беседуешь только о серьезном?

Она впервые почувствовала его руки на своем теле. Он держал ее в объятиях уверенно, двигался изящно, обладал чувством ритма.

– Всегда, когда договариваюсь о свидании с сетевиком.

– И который же это раз?

Он не пытался прижимать ее к себе, даже следил за тем, чтобы его лицо не оказалось слишком близко от ее щек. От него шел приятный запах.

– Первый.

– И не последний.

– Увидим…

– Увидим. – Теперь он обнял ее крепче, закружил сильнее.