Новая жизнь 1-9 - Виталий Хонихоев

родных. И конечно, дочери, воспитанные в местных традициях, как и положено дочерям — сделают все для своего отца. Тем более — для его спасения. Альтернативный вариант — отец присоединяется ко всем этим «должникам» и отрабатывает долг на стройке или на ассенизаторских работах. Но дочери же этого не знают! Им на голубом глазу говорят, что если не отдадут долг, то порежут отца на части, закатают в бетон или растворят в кислоте. Вот и идут дочери торговать своим телом… и ладно бы они от этого деньги получали. Денег они не видят и работают за некий «долг», который… конечно же имеет тенденцию постоянно увеличиваться. Замкнутый круг ада. При этом — на каждом этапе девушка может встать и послать всех в жопу — эти страшные рассказы про «кислоту в лицо» — как правило лишь страшные рассказы, а удерживает всех страх за своих родных. Но на самом деле, если девушка убежит — то и искать ее никто не будет — кругом полно таких же, а преследовать семью на самом деле — нарваться на тот самый закон о «heinousmurder» и быть повешенным.

Вообще, якудза — это интересный пример эволюции преступной организации в современных условиях. В Японии — на каждом шагу камеры, у всех — смартфоны, узнать где ты и что делаешь, найти записи как ты идешь по улице — не составит труда. Потому любое нападение на улице, в общественном месте или даже дома — будет немедленно раскрыто. Убить человека так, чтобы не осталось следов — практически невозможно. Вы можете растворить его в кислоте… но его смартфон? Вот он пропал, вот его последние звонки, а вот отсюда — он перестал отвечать на звонки и писать СМС, перестал общаться в социальных сетях. Устанавливается примерное место и время пропажи. И… дальше легче — устанавливаются смартфоны всех, кто был рядом. Камеры уличного наблюдения. Камеры службы безопасности. И это мы не говорим про специальные возможности полиции, про двойных агентов и прочее.

Так что якудза сейчас — это скорее низовое звено государственной корпорации, они регулируют порядок на улицах, убирают тех, кому повезло меньше (те самые «должники»), не допуская беспорядков или социальных волнений, разрешая бытовые конфликты и конечно — занимая нишу регулирования наркотрафика и рынка сексуальных услуг. Так на рынок страны не допускаются особо опасные синтетические наркотики, тот же крэк, а в секс-индустрии не дают развернуться педофилии и снаффу. Но этот тот случай, когда лекарство не сильно лучше самого заболевания.

Зная это, а также зная тот факт, что у Кумы в клубе также оказываются такого рода услуги — мы можем экстраполировать варианты и вероятности…

Но на самом деле — мне нет необходимости думать о сплетениях кланов якудза и государства. Все, что мне нужно сейчас — это маленькая победа. И эта маленькая победа будет — Кимико. На самом деле то, о чем я думаю сейчас — это уже как монетизировать эту победу, привлекая других людей и раскручивая кампанию.

А победа в случае с Кимико — это частный случай. И желательно одержать ее в стиле Соры-чан — едва вынув меч из ножен, а то и вовсе не вынимая его. Минимум ресурсов и максимум результата. В идеале — создав ситуацию, при которой выиграют все. В том случае, если ее агент — вменяемый человек — просто договориться с ним о победе, сделав такой же подставной матч, как при «поединке» с Сомчаем. Что нужно агенту? Деньги. Больше денег. Предложить ему участие в этом всем, отдав ему долю. Убедить, что в этом случае его доходы вырастут. Все что от него требуется — показать сопротивление на публику. Мы создаем хайп, все это «спасение барышни от грязных насильников», раздуваем его фигуру, потом организуем … какое-нибудь пари. Хм, нет, еще лучше — поединок! Да, поединок, дуэль, публике это понравится, Кума будет в восторге, а какая история! Все эти легенды, мифы, сказки, весь нарратив человечества встает за моей спиной! Как же — рыцарь, встающий на защиту своей дамы против дракона! Конечно, будут и те, кто скажут, что и рыцарь — не рыцарь, а бабник и кобель и дама, скажем так — не невинная барышня, но никто не будет спорить, что дракон — настоящий. О, бойся Бармаглота сын, он так свиреп и дик!

Просто для рыцаря — всегда проще договориться с драконом и провести подставной поединок на публику, а потом — отправиться восвояси, поделив с драконом награду за его голову пополам. Возможно — к следующему поселению.

Возможен вариант, когда агент Кимико — отбитый и неадекватный тип, помешанный на насилии и статусе. Тогда — придется сотрудничать с Кумой, вот уж кто не откажется от лишней прибыли, а на основе его организации и создать профсоюз — то самое «легальное» предприятие, которого так не хватает «законопослушному бизнесмену». И деньги можно через профсоюз отмывать и кассу взаимопомощи организовать и лотереи. Что по сути будет деятельностью кредитной организации и легальным игровым бизнесом. В этом случае мы угрожаем агенту Кимико, давим, а не поддается давлению — либо Кума решит вопрос сам, либо я подам в суд. В зависимости от позиции Кумы.

И даже в этом случае все под контролем — судебный процесс будет освещаться в прессе и под прицелом видеокамер местный суд не решиться на «договорнячок», а по закону я прав. Ближе к заседаниям я начну раскачивать ситуацию через СМИ, у нас тут симпатичная девушка в беде, а люди всегда больше сочувствуют красивым, чем страшненьким, так уж мы устроены.

Вариантов как вести себя дальше — тысячи. В голове проплывают картинки — вот я договариваюсь через Натсуми с «хангурэ», чьи цифровые повелители на самом деле тоже были бы не против поучаствовать в проекте «перетяни к себе немного денег из индустрии», вот мы организуем политическую партию, начав размещать в сети ролики о насилии и дискриминации в этой области, вот — договариваемся с боссами о том, что вверенные активы — будут приносить больше денег и меньше геммороя, если вы позволите девочкам вступать в профсоюзы, с другой стороны — нагнетаем ситуацию и…

— Кента! Кента!! Завтрак закончился! Сейчас собрание будет! — щелкает пальцами у меня перед лицом Юрико: — Хьюстон вызывает Кенту! Кента, прием!

— А? — я оглядываюсь и моргаю глазами. Я по-прежнему в гостиной, девушка из «технического персонала» в маске и очках и глубоко надвинутой кепке — поспешно убрала посуду. Я ловлю на себе обеспокоенный взгляд