Расследования Марка де Сегюра.(Книги 1-26) - Лариса Куницына

После этого он отправился на женскую половину. Проходя по нарядным, наполненным чувственными ароматами комнатам и залам, он встречал фрейлин и служанок, которые мило смущались, увидев его, а потом провожали заинтересованными взглядами. Ему всегда нравилось бывать в этих покоях, хотя было время, когда леди Евлалия запретила ему даже приближаться к ним, но теперь всё было иначе. К тому же в этот раз он явился сюда вовсе не в поисках приятного общения и любовных приключений, а по весьма печальному поводу. Потому он лишь сдержанно кивал в ответ на улыбки дам и поклоны горничных.

Ему показали комнату, в которой жила Клодина де Шаброль. В первый момент она показалась ему большой и богато обставленной, но потом он вспомнил, что вот эта комната и была тем местом, где фрейлина прожила много лет. Комната была лишь предоставлена ей вместе с обстановкой, и почти всё здесь, включая посуду и бельё на постели, ей не принадлежало. Здесь были какие-то личные вещи, одежда, веера, шкатулочки с драгоценностями и ряд баночек с косметикой на изящном туалетном столике. В углу на подставке стояла инкрустированная перламутровыми ракушками лютня с розовым бантом на грифе.

Осмотревшись, он подошёл к небольшой конторке из тёмного дерева, которая выглядела очень ценной издалека, но на поверку оказалась изготовленной из сосны и лишь покрытой тёмным красноватым лаком. Перебрав бумаги на ней, он не увидел ничего интересного, какие-то записки с напоминаниями о встречах, приглашения на приёмы, счета от торговцев за кружева, булавки и засахаренные фрукты. Перебрав содержимое ящичков, он нашёл там лишь какие-то пряжки, мотки тесьмы и подушечку с иголками. Судя по всему, Клодина не любила писать и не хранила чужие послания. Лишь в самом нижнем ящичке он нашёл связанную ленточкой пачку писем. Это были признания в любви и мадригалы, но все они были написаны разными мужчинами, в основном совсем молодыми и вряд ли пользовавшимися каким-то влиянием при дворе.

Он перешёл к туалетному столику и осмотрел его. Здесь в красиво украшенных баночках и шкатулочках хранилась тонко смолотая белая пудра с приятным фиалковым запахом, нежно розовые румяна, карминовая помада, тонкий угольный карандаш в серебряном футляре, какие-то мази, притирания, кремы, духи и ароматная вода в красивых флаконах из цветного стекла. Сбоку стояла шкатулка с драгоценностями. Помимо немногих действительно красивых и дорогих украшений, в нём лежали и довольно дешёвые и безвкусные вещички и даже несколько сломанных, но по-прежнему бережно хранимых. Из этого он сделал вывод, что сама она не отличалась хорошим вкусом и собирала всё, что попадало ей в руки, и при этом была довольно прижимиста: ей было одинаково жаль выбросить испорченное украшение и потратить деньги на его ремонт. Окинув столик взглядом и посмотрев в большое овальное зеркало в резной раме, он решил, что именно здесь, а вовсе не за конторкой проводила большую часть своего времени Клодина де Шаброль.

С сомнением взглянув на два сундука с одеждой, он решил пока не заглядывать в них, уже подозревая, что помимо богатых нарядов, там полно всякого старья, которое ей было просто жаль выбросить.

Книг в комнате не было, корзинка для рукоделия и пяльцы на резной подставке, в которые была вставлена незаконченная вышивка букета роз, покрылись пылью. Трудно было понять, чем она занималась, оставаясь в своей комнате. Хотя, быть может, она приходила сюда лишь ночевать, всё остальное время проводя во дворце или в салонах женской половины.

Подойдя к кровати под высоким балдахином, украшенным пологом из дорогой синей ткани с вытканными на ней серебристыми узорами, он окинул взглядом смятые простыни. Они были из тонкого белого полотна и до сих пор издавали аромат цветов, который смешивался с тяжёлым запахом болезни.

Марк вздохнул, хоть он и не нашёл ничего полезного для расследования в этой комнате, она помогла ему понять, какой была Клодина де Шаброль, белокурая красавица, попавшая из дома небогатого торговца во дворец короля, и отчаянно державшаяся за свою маленькую золочёную клетку, привечая всех, кто оказался падок на её красоту, и собирая с них дань подарками, не слишком разбираясь в том, насколько ценными они являются.

Робкий девичий голосок заставил его обернуться, и он увидел у дверей хорошенькую девушку лет пятнадцати в платье горничной. Она узнала его и не выразила никакого удивления присутствием здесь столь знатной особы. В конце концов, это было не её дело. Она лишь смущённо хлопнула ресницами и сбивчиво начала объяснять, что доктор Фрессон запретил здесь что-то трогать, иначе бы она, конечно, уже навела тут порядок.

Прервав её, он велел ей открыть сундуки и достать оттуда одежду хозяйки. Она снова ничуть не удивилась и с готовностью исполнила его приказание. Пока она извлекала из сундука наряды и бельё своей госпожи, Марк расспрашивал её о том, какой была Клодина, и девушка честно рассказала, что та была довольно вздорной и часто наказывала её и даже била, но потом, чтоб помириться, дарила ей что-то из своих старых вещей. У госпожи не было ни близких подруг, ни постоянных любовников, иногда она приводила мужчин к себе, хоть это и запрещено, и тогда горничной приходилось всю ночь дежурить возле дверей, чтоб вовремя предупредить хозяйку об опасности. Последнее время она сильно болела и, видимо, из-за этого стала совершенно несносна. Она постоянно ругалась, да так, как недопустимо ругаться знатной особе, да ещё во дворце короля. Она даже била посуду и один раз бросила в горничную чашку для бульона, и только доктор Фрессон сумел её утихомирить. Его она слушалась, потому что он давал ей хорошие советы и выписывал лекарства.

— А где эти лекарства? — спросил Марк, осматривая разложенные вокруг платья из шёлка и бархата.

— В коробочке возле кровати, — ответила девушка, с любовью погладив разложенную на крышке сундука кружевную мантилью. — Как заболела, она часто пила их, чаще, чем раньше, только теперь они не так уж и помогали.

Коробочку Марк нашёл на прикроватном столике. Это была простая деревянная шкатулка без какого-либо запора. Открыв её, он увидел уложенные на белую салфетку коричневые шарики. Взяв один в руки, он осмотрел его, а потом, положив на столешницу, достал из ножен кинжал и разрезал шарик пополам. Внутри был какой-то порошок, но, приглядевшись, Марк увидел, что оболочка пилюли состоит из двух слоёв, внутренний тонкий слой был слегка сероватым и по виду напоминал глину. Разрезав следующий шарик, он и там увидел два слоя, но на сей раз