Бастард с нейросетью: Протокол «Вторжение». Том 2 - Виктор Корд

Я достал из герметичного подсумка трофейный планшет, который успел сорвать с пояса одного из мертвых азиатов на платформе (перед тем как мы сбежали в коридор).

— Я взломал их локальную сеть, пока мы были рядом.

Я активировал экран.

Схемы. Графики. Координаты.

— Смотри, — я показал карту Инге (она была на связи через ретранслятор поезда, который мы оставили наверху, сигнал пробивался слабо). — Они не просто бурят. Они устанавливают резонаторы по всей длине Шахты.

— Резонаторы? — голос Инги был тревожным. — Это сейсмическое оружие?

— Нет. Это… камертон. Они хотят отправить сигнал.

— Куда?

— Вверх. По стволу Орбитального Лифта. Сама конструкция Лифта — это гигантская антенна. Если они подадут правильный импульс…

— …они свяжутся с орбитой, — закончила Катя. — С тем, что там висит.

— А там висит Флот, — мрачно подытожил я. — Или автоматическая станция обороны. В любом случае, если Доминион получит код активации, они смогут вызвать удар с небес в любую точку планеты. Или десантировать армию за час.

— Нам нужно помешать им, — сказала Рысь, выжимая волосы. — Взорвать Лифт?

— Лифт сделан из материала, который выдержит падение луны. Его не взорвать. Нам нужно перехватить управление.

Я посмотрел наверх, на далекий клочок неба.

— «Левиафан» ждет. Нам нужно вернуться на поезд. И подготовиться к финальной битве. Азиаты запустят сигнал сегодня ночью. Я видел таймер на их пультах.

— Как мы выберемся отсюда? — Клин посветил фонарем на отвесные стены провала.

— У нас есть крюки-кошки. И у нас есть мотивация.

Мы начали подъем.

Времени оставалось мало.

Азиатский Дракон готовился плюнуть огнем с небес. А мы были единственными, кто стоял у него на пути с огнетушителем.

Два часа спустя. Борт «Левиафана».

Поезд стоял в укрытии, замаскированный голограммами под кусок скалы.

Мы сидели в рубке, отмытые, перевязанные, но злые.

— План такой, — я вывел карту на главный стол. — Они окопались у входа. Пробиться в лоб — самоубийство. Пройти через шахту мы уже пробовали — там Стражи.

— И что остается? — спросил Клин.

— Мы не пойдем к ним. Мы заставим их прийти к нам.

Я указал на точку на карте, в десяти километрах от Шахты.

Железная дорога проходила по виадуку над ущельем.

— Здесь проходит силовой кабель, питающий их базу. Они подключились к геотермальной станции в долине. Если мы перережем кабель…

— У них есть аварийные генераторы, — возразила Инга.

— Да. Но переключение займет минуту. В эту минуту их щиты «Жесткого Света» упадут. И в эту минуту мы ударим.

— Чем?

— Всем. «Левиафаном». Мы выгоним поезд на прямую наводку. Рельсотрон, ракеты, турели. Мы устроим им ад.

— Это отвлекающий маневр? — догадалась Катя.

— Да. Пока они будут воевать с бронепоездом, я и Инга проникнем в их командный центр. На дронах. С воздуха.

— На «Ястребах»? Они же грузоподъемностью пять килограмм!

— Мы сделаем глайдеры. Одноразовые. Из обшивки поезда. Прыгнем с вершины горы и спланируем прямо им на голову, пока ПВО будет занято «Левиафаном».

Безумие. Чистой воды безумие.

Но в глазах моей команды я видел не страх, а азарт.

— Люблю, когда ты придумываешь планы в стиле «умри, но сделай», — усмехнулся Клин. — Я беру на себя управление огнем. Разнесу их базу в щепки.

— Тогда за работу. У нас четыре часа до заката. Ночью начнется шторм. Идеальная погода для полетов.

Гроза над Уралом собиралась тяжелая, свинцовая. Тучи висели так низко, что казалось, они цепляются брюхом за верхушки скал. Воздух был наэлектризован до предела — волосы под шлемом вставали дыбом, а на кончиках пальцев перчаток плясали святого огня.

Мы стояли на краю утеса, на высоте пятисот метров над долиной, где раскинулась база Доминиона.

— Ты уверен, что эта фанера полетит? — Инга с сомнением постучала костяшками по крылу глайдера.

Это была не фанера. Это был сверхлегкий пористый композит, который Модуль «выпек» за два часа из обшивки грузового вагона и запасных бронеплит. Конструкция напоминала «крыло летучей мыши» — жесткий каркас, обтянутый полимером-хамелеоном. Двигателей не было. Только грави-компенсаторы (для мягкой посадки) и маневровые дюзы на сжатом воздухе.

— Полетит, — я застегнул ремни подвесной системы. — Аэродинамика кирпича, зато не светится на радарах. Тепловой след нулевой. Электроники минимум. Для их ПВО мы — просто крупные птицы или куски мусора, сорванные ветром.

Внизу, в ущелье, «Левиафан» уже вышел на позицию. Он стоял на виадуке, замаскированный под скалу, но его орудия уже смотрели в сторону базы врага.

— Клин, готовность? — спросил я в гарнитуру.

— Батареи заряжены, босс. — Голос сержанта дрожал от предвкушения. — Рельсотрон смотрит им прямо в форточку. Катя держит ментальный щит над поездом, чтобы их сенсоры не учуяли наш реактор раньше времени. Ждем отмашки.

— Рысь?

— Я перерезала кабель, — прошептала девчонка. Она ушла в диверсионный рейд к геотермальной станции. — Заложила термитный заряд на магистраль. Таймер на десять секунд.

— Отлично. Удачи нам всем.

Я посмотрел на Ингу. В её глазах, скрытых за визором летного шлема, не было страха. Только сосредоточенность инженера перед сложным запуском.

— Пошли.

— Три… Два… Один…

Внизу, в километре от базы, вспыхнула яркая белая вспышка. Термит прожег магистральный силовой кабель толщиной с бедро.

Огни на базе Доминиона мигнули.

Купол «Жесткого Света», накрывавший периметр, пошел рябью, замерцал и погас.

— Щиты упали! — крикнул Клин. — ОГОНЬ!

«Левиафан» заговорил.

Главный калибр — рельсотрон — плюнул снарядом.

ХЛОПОК.

Снаряд ударил в самую высокую башню базы — излучатель связи. Башня разлетелась в пыль.

Следом ударили «Вулканы» и ракетные установки. Огненный шквал накрыл аванпост азиатов.

Там началась паника. Сирены, взрывы, беготня. Прожекторы ПВО шарили по горам, пытаясь найти источник атаки. Их шагающие танки разворачивались в сторону виадука, открывая ответный огонь плазмой.

— Прыгаем!

Мы с Ингой шагнули в пустоту.

Полет на глайдере в шторм под обстрелом — это аттракцион, который я не пожелаю и врагу.

Ветер швырял нас, как сухие листья. Потоки дождя били по очкам.

Внизу разверзся ад. Трассеры летели навстречу, плазменные шары проносились мимо, оставляя в воздухе запах озона.

Но они стреляли не в нас. Они стреляли в поезд.

Мы были тенями в небе.

— Держи курс на центральный шпиль! — крикнул я, управляя крылом телом. — Нам нужно сесть на крышу буровой!

Мы пикировали. Скорость — двести километров в час.

Земля приближалась стремительно.

Я видел фигурки солдат Доминиона, бегущих к периметру. Видел вспышки выстрелов.

— Тормози!

Я активировал грави-компенсаторы.

Резкий рывок. Перегрузка вдавила ремни в плечи. Скорость упала.

Мы рухнули на плоскую крышу гигантского ангара, построенного над шахтой Лифта.

Удар.