Красный Корпус IV - Илья Романов

обучением личного состава команды, собрать не менее четырёх полноценных звёзд, — чётко и по делу ответил я, а полковник хекнул, подобрался и слушал. — Заняться участием или организацией рейдов, как в уже исследованных Корпусом землях, так и в неизведанных. Это если коротко, ваше высокопревосходительство.

— Коротко, значит, — кивнул он, всё поняв. — Корпус покидать не собираешься.

— Зачем мне это? — сыграть недоумение было легко.

— А вот зачем, — вытащил он из ящика папку и катнул её по столу ко мне. — Ознакомься.

С интересом взяв тонкую папочку серого цвета, открыл первую страницу и не удержал кривую усмешку.

— Два дня назад пришло прошение о твоём переводе, — продолжил полковник, наблюдая за моей реакцией. — Тебя хотят забрать в ИВА. Прошение за подписью директора — полковника Маркова И. В. Скажи, Демидов, ты с кем-то говорил на эту тему? Я имею в виду не твоих родителей, а третьи лица. Может кто-то предлагал тебе учёбу в ИВА?

Взгляд Тимирязева изменился. Стал острым, как у хищника, готового к броску.

— Имелся такой разговор, — не разочаровал я его. — Но тот разговор был… теорией и обозначением интересов.

— Вот как, — прищурился полковник. — Поделишься со мной, с кем ты вёл такие беседы?

— Разумеется, — пожал я плечами. А ведь неплохо складывается. Можно и Селиванову по носу щёлкнуть и Маркова, который вместе со своей кодлой что-то от меня сильно хочет. Оно понятно, в принципе, что им нужно, но что-то менять в своей жизни в угоду им я не собирался. И пусть полковник не занялся этим вопросом, если бы не прошение, но и для него я тоже ресурс. — Селиванова Дарья Владиславовна. Наш преподаватель по алхимии.

— Не поведаешь мне, о чём конкретно вы говорили? — продолжил допрос полковник, а тон его смягчился. Ему явно нравилось, что я не упираюсь и иду на контакт.

Пересказать разговор с Селивановой было делом недолгим. И к удивлению полковника, я выложил ему не только суть беседы, но и реакцию женщины, её действия, эмоции, мимику лица. Всё это походило на развёрнутый доклад, будто меня заранее внедрили с целью разговора и проверки преподавателя алхимии.

— Что ж, понятно, — задумался Тимирязев и неожиданно спросил: — А в каких ты отношениях с родом Распутиных?

Его вопрос меня удивил. Честно. Я даже сначала сбился с мысли, но удержал маску равнодушия на лице. Хм, можно открыто сказать, что Тимирязев лезет в дела рода, ведь этот вопрос явно задал на удачу. Непонятно только, к чему он ведёт? Ладно, отвечу честно.

— Граф Распутин, Григорий Ефимович, присылал мне личное приглашение на посещение похорон, которые должны были состояться две недели назад, — а ведь я ответ с формальными извинениями так и не отправил. Мысль мелькала, но сначала Хаосит появился, потом ранение Розали и кома, следом рейд.

Вот теперь полковник по-настоящему удивился. Неподдельно, искренне. Его кустистые брови взлетели на лоб и он посмотрел на меня так, будто увидел какое-то чудо света.

— Граф Распутин. Лично. Отправил приглашение? — рубленными фразами переспросил он голосом, в котором звучало многое.

— Да, — спокойно ответил я и пожал плечами.

Тимирязев потёр переносицу, переваривая услышанное, но реакция его от меня ускользала. Слишком он впечатлился, это было сильно заметно. Но что такого в Распутиных? Да, сильный род из Сибири. Некроманты и довольно нелюдимы. Про Кощея, конечно, много слухов ходит и его имя, по словам отца, заставляет ту же Боярскую Думу трястись от страха. Но слишком уж гиперболизированная реакция была у полковника. Либо я чего-то не знаю.

— Забавно, однако, — криво усмехнулся он, убрав пальцы от переносицы. В следующий миг полковник преобразился, взгляд его стал серьезным, плечи расправились, а голос лязгнул металлом: — Значит, слушай приказ, Демидов. По ситуации с ИВА и Селивановой, Корпус разберётся сам. Никаких больше разговоров с ней на эту тему, если она вновь захочет с тобой побеседовать. Как я понял, ты желанием туда уходить не горишь? — задал он формальный вопрос и, увидев мой кивок, продолжил: — Хорошо. Продолжаешь службу, заканчиваешь КМБ и действуешь по своему плану. Разрешение на формирование команды получишь после завершения Курса Молодого Бойца, я лично его подпишу. Дальше… Первого декабря, как раз с окончанием КМБ, состоится традиционный Красный Бал. Пройдёт он не в Смоленске, а в столице. Твоя явка обязательна. Разрешение на команду получишь как раз после него.

Я поморщился, а полковник довольно хмыкнул. Мы оба знали — я мог бы не идти. Да, традиции, отказываться не принято, но если бы у меня было на руках разрешение, то я бы лучше занялся всем необходимым для будущей команды. Артефактами, оружием, снаряжением, да много чем…

— Это ещё не всё, — продолжил полковник. — Через три дня ты поедешь в столицу вместе с отрядом новобранцев, отобранных для ежегодного смотра. Будут военные, отряды из ИВА, представители родов и члены Боярской Думы. Помимо них, прибудут отряды из Питерского, Казанского и Киевского отделений Корпуса. Те, кто вместо сражения с тварями выбрал штабную работу, плац и безопасность, подальше от червоточины. Предвещая твой вопрос — тебе не нужно участвовать в смотре, только поехать вместе с остальными и проконтролировать, чтобы всё прошло хорошо.

— Для этого есть Опричники, ваше высокопревосходительство, — сухо произнёс я, решительно не понимая, к чему мне ехать туда. Ладно бал, ещё терпимо, но смотр?

— Вот и поможешь Степану Андреевичу, — твёрдым тоном отрезал полковник.

— Разрешите вопрос, ваше высокопревосходительство?

— Задавай, — коротко кивнул он.

— Зачем мне туда ехать?

— Есть причины, но тебе их знать не нужно, — ожидаемо ответил он. — Пока ты в Корпусе, Демидов, исполняй приказы. Большего от тебя не требуется, — и с усмешкой спросил: — Всё ещё хочешь остаться?

— Вы и сами знаете, что да, — если он на короткой ноге с Нулевым Отделом, то знает что в ИВА моё развитие остановится. Мне нужно убивать тварей Хаоса.

— Это радует, — вновь кивнул полковник и всё же решил кое-что пояснить, обратившись ко мне по имени и более мягко, но всё ещё требовательно: — Так нужно, Костя. Среди представителей Боярской Думы будет не только Марков, но и тот, кто совсем недавно вернулся в столицу.

В голове щёлкнула догадка, а неожиданный вопрос, который ранее выбил меня из колеи,