Особенности фиктивного брака с крылатым - Екатерина Вострова

– Угу, меня оповестили. Древние исчезли все до единого?

– Не все. – Арбитр неоднозначно покачала головой. – Только те, кто очень уж сопротивлялся новому порядку вещей. С теми, кто посговорчивее, мы заключили договоры, чтоб вели себя смирно и не пытались артачиться.

– И они согласились? – с сомнением отозвался Яр.

– Представь себе, да. Даже самые отбитые личности типа некоторых стародавних вампиров решили, что в их интересах сотрудничать с нами. – Анна Рихард довольно ухмыльнулась, как будто в этом имелась лично её заслуга (возможно, так и было). – Ну а кто отказался, тех мы либо прибили, либо заперли на веки вечные. Ну а как иначе? Древние представляют реальную угрозу.

– Тебе ли об этом говорить, Анечка?

Ярослав громко клацнул зубами и рассмеялся. Я тоже едва удержалась от улыбки. Действительно, девушка со старушечьим голосом и умением откусывать головы – тот ещё кадр. Думаю, она и сама по возрасту недалеко ушла от тех, кого называет «древние».

Только вот ей повезло не просто сохранить себе жизнь, но и влиться в новый строй. Интересно, каким образом.

– Но-но. Вообще-то не «Анечка», а глава отдела курирования особо опасных тварей.

– А, то есть опасных тварей курирует самая опасная тварь?

– Прекрати хохмить. Я пытаюсь говорить с тобой серьезно. Я и про договор неспроста завела речь. Ты, к сожалению, тоже древний и тоже, если тебя классифицировать, то… кхм… особо опасная тварь. – Она развела руками, мол, как есть. – Кроме того, ты слишком уж близко контактировал с Арджешем, чтобы просто взять и прикрыть глаза на твое возвращение. Мы обязаны заключить с тобой такой же контракт, как и с остальными.

Голос Рихард переменился, тон стал серьезным, начальственным. Яр тоже убрал улыбку с губ. Очевидно, что шутки кончились и теперь эти двое собирались обсуждать те самые вещи, из-за которых с меня и взяли клятву о неразглашении.

Разумеется, я навострила уши, никак внешне не выдавая своего любопытства.

– Ну и в чем особенности этого вашего договора?

– Ничего хорошего от него не жди. Ограничение силы, жесткий контроль перемещений, постоянное наблюдение Арбитрами. В крайнем случае – полная блокировка магических способностей, если тебя посчитают опасным для общества.

Я поежилась. Да уж. Отнять у нечисти его магию – как будто лишить конечностей. Какой смысл жить, если ты не можешь пользоваться силой? Даже я, низшая, не представляю, как существовала бы без своего дара по улавливанию желаний.

– И древние добровольно шли на такие условия? – уточнил Яр.

– Не совсем. Есть и другие контракты. Так скажем, смягчающего характера. Нечисть вроде тебя может быть полезна Арбитрам, и тогда мы готовы пойти на некоторые уступки. К тебе у меня тоже есть особое предложение.

– Слушаю внимательно.

– Древние хоть и истреблены, но многие из них, как и ты сам, могут возродиться. Потому их тела были заточены в камне. Некоторых вообще запирали живьем, потому что убить их сложнее, чем просто замуровать. Здешние горы – как раз одно из таких мест заточения. Они особой породы, восприимчивой к энергии. Мы наложили на них печать, и они зацементировали в себе силу древних. Навечно. Это если говорить простыми словами.

Меня будто окатило ведром ледяной воды. Так вот зачем нужна была клятва о неразглашении! Анну Рихард волновали не условия освобождения Ярослава. Она не хотела, чтобы я растрепала про древних, которые покоятся в наших горах.

Я с ужасом представила вампиров и прочих тварей, опасных, кровожадных, жаждущих отмщения.

Не хотела бы я с ними повстречаться.

– И?

А вот Ярослав не выглядел удивленным. Ну или очень хорошо контролировал свои эмоции.

– Не так давно некто попытался разрушить печать. Пробрался в горы, убрал защитный контур, начал проводить ритуал по слому печати. У него ничего не получилось, но теневая юстиция логичным образом напряглась. Меня сразу же перевели в этот унылый городишко для расследования. Ты думаешь, все главы отделов протирают штаны в такой серости?

Мне стало даже как-то обидно. Эй, нормальный у нас город. Да, не самый крупный (но и не маленький вообще-то, тысяч четыреста жителей!), зато спокойный, ничем не хуже столицы. Если это для нее захолустье, то что говорить о городах на пятьдесят тысяч человек? Вообще деревня?

– Я вообще ничего не думаю, – отрезал Яр. – Ты лучше продолжай.

– Ты представляешь, что случится, если печать будет сорвана? В этих горах заточены двое: Хида и Дохак, древние могущественные полузмеи. Я лет пятьсот назад с ними сталкивалась, и, скажу так, я рядом с Дохаком, все равно, что какой-нибудь бес, рядом с разъяренным орком в боевой форме. Осознаешь последствия возрождения? Вряд ли они проснуться в хорошем настроении. Кто бы ни был наш «воскреситель», он сумел подойти слишком близко. А тут ещё и ты так своевременно ожил, – добавила она, тряхнув челкой. – Когда об этом узнают в столице, то с ума сойдут.

– Ты считаешь, моё воскрешение может быть связано с этими змеями? Ань, я не шучу: проверь нас с Майей на любом артефакте, мы оба не помним, что произошло.

– Да я тебе верю. И нет, я тебя пока что ни в чем не обвиняю. Мне, Ярослав, помощь нужна. Согласишься посодействовать – будет тебе облегченная версия контракта. И магию сохранишь, и перемещаться сможешь свободно, и Арбитры в твою жизнь не станут вмешиваться… если, конечно, бед не натворишь. Я лично за тебя словечко замолвлю перед начальством. Всё ж не один век знакомы.

– И о чем ты собираешься попросить меня взамен?

– Не догадался? – Уголки губ девочки дрогнули. – Мне нужно, чтобы ты помог найти того, кто пытается воскресить древних. И предотвратить это.

– А если я откажусь?

– Ты откажешь в помощи нам, а мы не захотим идти на уступки тебе. Так что итог будет закономерен: девочка отправится к родителям, а ты – на ограничение силы.

Ярослав наклонился вперед и произнес тоном, от которого по спине поползли мурашки.

– А силенок хватит? Попытаться меня ограничить.

Глава 12

Анна устало вздохнула и покачала головой.

– Ярослав, мне не нравится тебе угрожать. Но вспомни, как все было раньше. Когда вся власть была в руках у одной маленькой группы нечисти и у тех, кого они называли друзьями. Они поделили мир и могли карать и миловать по своему усмотрению просто от скуки. Никто не мог найти в себе смелость возразить им. И отпускать тебя просто так – это все равно что дать незнакомому