Потерянная Мэри - Даниэль Брэйн

Джекки выругалась про себя. Проклятый госпиталь Эндевора забрал у Джекки еще одного человека. Она обернулась к свидетелям и повелительно подняла руку, призывая к тишине и вниманию.

– Мужчина, значительно ниже лейтенанта Балто, темные волосы, худощавый, примерно лет сорока на вид, – назвала Джекки первое, что пришло в голову. – И мужчина выше лейтенанта примерно на полголовы, светлые волосы, залысины, возраст от шестидесяти лет, – добавила она приметы Эдмунда Рока, указанные в архивной справке, и получила от присутствующих категоричные мотания головами.

Под это описание подходил тот самый допрашиваемый, которого она видела в кабинете вместе с Балто, – глуховатый сотрудник государственной службы снабжения. В архив в то время привезли ужин, вспомнила она, а второй сотрудник из этой же службы, как она знала из рапортов, менял перегоревшие лампы на втором этаже. Во время нападения он оказался отрезан закрытой решеткой так же, как и напарник капрала Окка, которого должен был сменить Харгрейв, и Татэм.

– Кто это? – Джекки незаметно для всех указала Балто на сотрудника службы снабжения. – Вы его допрашивали, он что-то сказал?

– Шон Монк, пятьдесят три года. Служба снабжения, развозит питание по объектам государственной службы. Кстати, в ваш дом тоже, капитан. Глуховат, туповат. Вы его в чем-то подозреваете?

– Социальный сирота?

– Да. Мать отбыла на государственных работах. Есть какая-то разница?

Монк подходил под описание Эдмунда Рока за исключением возраста. Джекки рассматривала его в упор и не могла понять, насколько критичными были эти несколько лет.

Кин сорвал с головы задержанной покрывало. Балто молча и изумленно пожал плечами. У Кина не было времени объяснять, что за блажь ударила ему в голову, и он выстроил в ряд всех, кого увидел – одиннадцать человек, обойдя вниманием старшего по званию Балто и караульного у двери, который все равно никуда бы не ушел со своего поста. Сержант Иверс смотрелась браво между капралом Фиро и Монком.

– Назовите ваше имя, – сказала Джекки старухе.

– Раньше вы у меня не спрашивали, рантира. Амайя Гисборн, и да, я из тех, кого когда-то выкинули младенцем как ненужную тряпку.

– Не дави капитану на жалость, – предупредил Кин.

– Кого из людей в этом ряду вы узнаете? – продолжала Джекки. – Будьте внимательны, тангата. От этого зависит намного больше, чем вам представляется.

Сама Джекки, не отрываясь, смотрела на ряд. Ей были важны не столько показания повитухи, сколько реакция кого-то из тех, кто был под подозрением. Например, Лэйси. Один из капралов – патрульных – обрадованно улыбнулся, капрал Фиро напрягся, Монк, казалось, спал стоя, как лошадь, сержант Иверс отвела обеспокоенный взгляд.

«Как неожиданно мы узнаем чужие тайны», – подумала Джекки.

– Вот этот, – Гисборн ткнула пальцем на обрадовавшегося капрала, – этот часто у нас бывает. Но это не тот, – ухмыльнулась она. Иверс она не выдала.

Джекки посмотрела на Балто, тот кивнул.

– Ну и, пожалуй, все. Остальных если и видела, офицер, так все вы на одно лицо.

Джекки махнула рукой, распуская ряд. Старуха взяла реванш, нечто подобное стоило ожидать. Иверс метнулась за стол, Балто подошел к Джекки.

– Укрывательство повторяющихся преступлений, незаконная медицинская деятельность. У нас там обычная семейная ссора и все те же медицинские дела. – Балто понимающе хмыкнул. – Какая-то ночь дерьма, – с тоской изрекла Джекки. – Давно такого дерьма не было. Гисборн отправить под арест, Кин ей позже займется, это не срочно.

– У меня тут не квартал для членов парламента, капитан, – желчно напомнил Балто, – где я вам столько камер возьму? В клубе задержали шестерых человек, нет, смерть естественная на первый взгляд, но живые успели между собой подраться. Еще пара дней этой бури, и весь Эндевор будет похож на тюрьму.

– Он и так уже очень похож на тюрьму, лейтенант, – усмехнулась Джекки, – через пару дней он станет похож на могилу. С третьей линии что-то есть? Сержант?

Кин, занятый тем, что выбирал из кучи вываленных на стол ключей подходивший к наручникам, бросил это безнадежное дело и прислушался.

– Где там Лэйси? – спросил Кин у притихшей сержанта Иверс. Лэйси действительно как-то быстро исчез из холла. – Если и у него нет ключа, пусть она и сидит так, в наручниках, не портить же вещь? – резонно предположил он и вернулся к Джекки.

– Ничего, – между тем отчитывался измученный Балто. – Знаете, капитан, в такое время люди обычно спят, пытаются спать, ну и точно никто не смотрит на улицу, особенно в бурю. На что там смотреть?

Джекки была вынуждена согласиться.

– Как только появятся хоть какие-то новости, найдите меня, – сказала она Кину. – Я в госпиталь. Следы этого Рока где-то тут. Да, сержант, у меня сильное чувство, что он умер не до конца.

Человек обгоревший не мог остаться никем не замеченным. Человек, получивший звание ментора, доктора, не мог остаться неизвестным. И Джекки в очередной раз отправилась в пекло по заметаемым пылью следам.

Госпиталь уснул. Джекки вошла через главный вход, в холле была тишина. Приглушили свет, звякнул колокольчик у входа, обнявшись, за стойкой регистраторов сидя спали две сестры, и при появлении Джекки одна из них встрепенулась, вторая продолжала спать так крепко, что Джекки ей позавидовала.

– Государственная стража.

– Никто из пострадавших не пришел в сознание.

– Я здесь не за этим. Мне нужно в родильное отделение, стало быть, мне требуется халат.

У Фитцджералда выдался непростой день, и, может быть, появилась пара часов для сна. Весь Эндевор готов был уснуть, кому не мешала духота, только Джекки бродила по похожему на кошмарный мираж городу, словно вейра – древний дух пустыни за рекой Эмералд. На картах пустыня называлась Лис, а токуви прозвали ее Вайнгар, «гиблое место», и Джекки подумала, что вот он – идеальный убийца. Тихий, незаметный, бессловесный, как песок, засыпающий спящий город. Если представить, что буря продлится еще несколько недель, – такого не было никогда, но и Бедствия прежде никогда не случалось, – однажды Джекки не выдержит и закроет глаза, чтобы уже никогда не проснуться.

– Я так и думал, что вы придете еще раз, капитан.

Джекки прикрыла за собой дверь. Доктор не спал, и чашки циккора, как ей показалось, были теми же, которые принесла сестра.

– Что вы знаете о человеке по имени Эдмунд Рок? – без предисловий